Ненавистная пара (СИ)

Ты просто искала, с кем податься прочь с того постоялого двора своего отчима, а за меня так уцепилась, потому что просчитала, что такой, как я, с виду состоятельный парень, всяко лучше какого-нибудь голодранца. И отдалась поэтому же на первой остановке, надеясь, что впечатлишь меня настолько, что и правда все мозги растеряю и в храм тебя потащу поутру, как и положено тому порядочному придурку, которого перед тобой сыграл. Так что квиты, любимая!
— Да как ты… — задохнулась Летэ, окончательно теряясь в своем гневе. — Ах ты…
Она явно намеревалась броситься на меня, но я ее опередил, метнувшись навстречу и фиксируя кисть с оружием, практически вынес на сухое место, тут же опрокинул на спину и навалился сверху, пока она молотила меня кулаком куда придется.
Сжал ее запястье, заставляя выпустить нож.
— Доверие и еще раз доверие, сокровище мое, — произнес у ее искаженного бешенством лица, пока она извивалась и брыкалась подо мной, кусала за плечо, норовила садануть лбом в переносицу, возбуждая этим до черных мошек перед глазами. — И чтобы ты знала, я не мстить тебе собирался и уж тем более кому-то сдавать. Мне разве мало тех лет, когда моя истинная принадлежала кому угодно, но не мне? Я веду тебя, чтобы спрятать раз и навсегда ото всех. Чтобы сберечь и начать жить заново. Пусть все вокруг хоть в ад катится, но тебя я сохраню, даже против твоей воли, и можешь уже прямо сейчас начинать меня за это ненавидеть до последнего вздоха.
Летэ обмякла, скорее выдохнувшись, нежели услышав меня по-настоящему. Она несколько минут тяжело дышала, уставившись остекленевшим взглядом в небо, а потом вдруг всхлипнула. Еще и еще раз, до тех пор, пока не разрыдалась, содрогаясь всем телом и взвывая, как раненное животное. Я некоторое время пялился на нее, ожидая подвоха, того, что слезы сменятся опять яростью или она выкинет еще какую-нибудь подлость, в надежде, что расслаблюсь при виде ее такого натурального горя, но нет.
— Не делай этого, — взмолилась бывшая Зрящая, и от муки в ее голосе у меня вздыбился загривок, а зверь-то и вовсе обомлел от ужаса и сострадания.
— Нет, умоляю тебя… Нет, Лор… — твердила она сквозь всхлипы и рыдания, кусая до крови губы и глядя мне в глаза с отчаяньем. — Ради всего святого… не отнимай у меня это…
— Чего, ненормальная ты женщина? — спросил я грубо, потому что собственные эмоции от ее состояния творили что-то дикое.
— Права на выбор… на поступок по собственной воле… не отнимай!
  
Глава 22
 
— Первые Истинные, за что вы меня покарали вот такой чокнутой парой? — воззвал я к Изначальным, скатываясь с Летэ. Эта бесова баба сама ненормальная и мне уже мозги набекрень свернула. — Грехов за мной немало, но разве они настолько тяжки, чтобы наказывать так сильно?
Поднявшись на ноги, я стал отвязывать от седла наши сумки, морщась от того, что они промокли до половины и вещи придется сушить, а еду по большей части выкинуть. Благо хоть одеяла так и лежат где-то сухие, будет на чем заночевать.
— Прекрати выть, Летэ! — приказал грубо. Не могу я это слышать — кромсает заживо каждым этим всхлипом, а показать-то этого нельзя. Все же запомнит и потом против меня при случае и обернет. Я ведь знаю, с кем дело имею. — Нормально объяснить мне можешь? Какого хрена должны значить твои слова?
— Что же тут непонятного, Лор? Столько лет… всегда, по сути… я делала только то… что мне велели или навязывали другие. — Ее тело еще содрогалось, но бывшая Зрящая быстро брала себя под контроль. — Единственным по-настоящему моим решением и поступком было… уехать с тобой без оглядки. И вот у меня снова появился этот шанс — принять свое личное решение и сделать то, что хочу именно я. А ты берешь и отнимаешь у меня эту надежду. Не нужно, прошу!
Снова шанс и снова я. Совпадение ли?
— Вот тогда и не нужно было ко мне с этим приходить! — Что-то меня дико злило в ее словах, тоне, какая-то будто ускользающая ерунда, что чудилась отчего-то важной. — На кой пришла? Именно ко мне. После всего, что между нами накосячено, после всей этой ненависти и точно зная, кто ты для меня. Не криви душой, Летэ, не могла ведь не догадываться, что попади ты в мои руки в столь уязвимом перед всем миром положении, и я этим обязательно воспользуюсь. Прикидываться наивной тебе не идет — очень уж ненатурально выходит. Так чего ты хотела на самом деле: стать проклятой героиней или чтобы тебя удержали от этого долбаного героизма и у тебя появилась причина снова смириться, типа, с неизбежностью?
 
— Я нуждалась в помощи. — Летэ отвела взгляд, выводя меня из себя. Кому ты врешь, зараза?
— Да неужели? Ты могла взять и пойти к другим примам, тем, что служили в Страже, и задурить их. Ты могла просто обратиться к наемникам, ведь пока до наших краев дошли бы слухи, что ты беглая Зрящая и преступница, а не реально действующая и наделенная всей властью и полномочиями, вы были бы уже далеко. Но ты пришла ко мне. Почему, Летэ?
Почему я-то, придурок, озабоченный лишь перспективой иметь тебя вдруг в свое удовольствие, не задался этим вопросом раньше? Старею, глупею, ну и опять же — это Летэ и то, как она все время на меня действует. Выключает мозги и вытаскивает наружу одни лишь эмоции и похоть.
— Нам надо уходить отсюда, — еще всхлипывая и задыхаясь, прошептала она, поднимаясь на нетвердые ноги и напуская на себя озабоченный вид. А я прям взял и повелся. — Здесь так несет теперь кровью, что то и гляди сбегутся какие-нибудь хищники.
— Дорогая, главный местный хищник — твой мужчина, и он уже рядом. Не пытайся ускользнуть от ответов.
— Этих ответов у меня для тебя нет пока, Лор, — проворчала пара, старательно не встречаясь со мной глазами, и хотела взять у меня одну из сумок, но я не отдал. И так по пояс мокрая, да еще тащить эту влажную тяжесть не хватало.
— Вранье!
— Это не так.
— А я говорю — вранье. Ты притащилась в такую даль и именно ко мне не просто так. Чего тебе нужно? Не пытайся врать мне! — Я нарочито громко потянул воздух у ее кожи, намекая на то, что запросто вычислю ее ложь по запаху нервозности.
Но это была бы не моя истинная, если бы все равно не попыталась выкрутиться.
— Мне… мне жаль, что так вышло с Реос…
— Не говори о нем! — рявкнул, обрывая и чувствуя болезненный укол в центр груди.
— Я не хотела этого, Лор. Я… — упорствовала Летэ, махом лишая меня самообладания.
— Замолчи!
— Уязвить тебя хотела, задеть сильнее некуда, но не такого…
— Заткнись!! — заорал я, сорвавшись. — Ты сама сказала, что читала о двуликих, изучала! Ты была уверена, что моя пара! И уложила его в свою постель! Не ври мне, что не думала, чем это способно обернуться!
— Не думала! Не так, как должна была! — А вот сейчас очень похоже, что правда, пусть и вплетенная в очередной ее прием по уклонению. — Мне просто хотелось сделать тебе больно.
Я взял паузу в несколько принудительно медленных вдохов-выдохов, прежде чем продолжить. Мы не будем играть по твоей схеме, любимая моя мерзавка.
— Ты в этом преуспела. Больнее уже было некуда. И даже после этого ты приперлась и заявила, что тебе не нужно мое прощение.
— Не нужно, Лор. Такое не прощают, и просить об этом — неправильно. Виновата я перед Реосом, а его прощения мне уже не добиться, — наконец взгляд искоса. Оцениваешь мой отклик на вновь прозвучавшее имя брата?
— Хватит, Летэ. Не выйдет, — уже совсем спокойно сказал ей и кивнул шагать вперед.
— Что не выйдет? — Естественно, с места она не сдвинулась.
— Ты сейчас нарочно бесишь меня и стараешься увести разговор в другую сторону. Тебе не задурить меня. Даже если ты и раскаиваешься насчет моего брата, то не можешь не понимать, что в том, что случилось, было изрядно и моей вины. Я мог сказать ему, мог не скрывать от тебя из-за гордыни, мог бы сдержаться хоть немного, не обрушивать на него всех тех слов, практически добивая. — Да у меня было десять лет, чтобы горевать, беситься, обвинять Летэ и признать вину за собой. Потеря все так же мучительна, но я ее пережил. — И если ты, дорогая, не тычешь в это меня мордой, то лишь потому, что тебе так удобно. Давайте заставим придурка Лордара скрипеть мозгами в эту сторону, тогда как нечто гораздо более важное он упустит. Так?