Горничная для Мага (СИ)

Проводив его взглядом, Фабиана медленно, скорее, вынужденно, приблизилась, кажется, не предполагая, что останется с Ламмертом наедине.
— Как тебе вечер? — спросил Хэварт, слыша весёлый заводной хохот Эммера.
Фабиана чуть пожала плечом:
— Довольно приятный, — сухо произнесла, впрочем, другого он и не ожидал.
Неловкое молчание на миг затянулось, и некоторое время было слышно стрекотание сверчков, с сада повеяло свежестью, вынуждая вздохнуть глубже.
— Не хочешь прогуляться? — вдруг неожиданно сам для себя спросил Хэварт.
Фабиана торопливо глянула него, но он успел поймать мелькнувшее сомнение.
— Почему бы и нет? — вдруг согласилась она, когда он уже не ждал ответа.
Вместе они спустились по каменной лестнице, пошли по хрусткому гравию, некоторое время не заговаривая, свернули и неспешно двинулись по выложенной плиткой дорожке. Впервые Хэварт не находил нужные слова, и давящее капканом грудь ощущение тесноты не позволяло вздохнуть полнее. Запоздало он понял, что это было лишним — приглашать на прогулку.
Фабиана отчего-то смотрела назад, подтверждая его мысли, но когда О-Лидер заговорила, понял, что ошибался на этот счёт — голову девушки занимали более насущные мысли:
— Расскажите мне об этой… сделке?
Хэварт напрягся.
— Зачем? — приостановил шаг, когда они вошли в тень раскидистого старого дуба.
Фабиана тоже остановилась, поворачиваясь к нему. Густая кружевная тень от кроны падала на её лицо, вуалью оттеняя сверкающие от проступивших на небе звёзд глаза.
Внезапная мысль отрезвила — Фиалка слишком хороша для него, для той его тёмной стороны, которую он ненавидел и презирал и от которой ему, как бы ни убегал, никогда не избавиться. Ламмерт сделал безуспешную попытку выстроить преграду от её губительно искреннего взгляда, пытаясь уйти от себя, того, что рождалось внутри, когда она смотрела вот так на него. Но барьер безнадёжно рушился, и всё что он мог — тонуть в бездонных омутах.
Фабиана раскрыла губы, чтобы что-то ответить, но задержала дыхание, моргнула.
— Действительно, незачем. Вы правы, — бросила небрежно, будто нисколько не обиделась, и двинулась было дальше, но Хэварт сжал её локоть настойчиво, но мягко, вынудил не торопиться.
— Ты серьёзно хочешь знать? — понижая голос, спросил немного хрипло.
Фабиана прямо смотрела ему в глаза, её зрачки дёргались — она хотела что-то прочесть во взгляде мужчины и вдруг кивнула.
Будто это для него так важно. Проклятье, это было действительно важно. Почти потребность.
— Да, — уверенно ответила, — это, конечно, для вас тайна, но…
— Что?
— Я… — фиалка глубоко вздохнула, — ...я переживаю за вас.
Хэварт некоторое время смотрел на неё, осознавая, как тяжело он дышит.
— Начнём с того, что ты знаешь. А точнее, слышала?
Фабиана беспокойно поджала губы:
— Не так и много, как вы думаете. То, что ваш брат Витлар в плену у тех людей, кто требует от вас что-то выполнить.
— Это всё, ты всё знаешь? — улыбнулся Хэварт.
— Не всё, многое я не понимаю. Что они требуют от вас? Кто эти люди?
— Слишком сложные вопросы, миледи, — провел ладонью вверх от локтя к плечу, чувствуя под тонким платьем тепло. От этого безобидного движения по телу девушки прошлась едва заметная дрожь. Глаза Хэварта вспыхнули — как мало ей нужно, чтобы возбудиться. — Точно неизвестно, кто эти люди, — о том, что выдала Игнес лучше не говорить, дабы не травмировать ещё больше фиалку. Ко всему это слова Игнес, а ей доверять нужно в последнюю очередь. — Они как-то узнали о моём… даре, и той жизни, которую я вёл за границей. Я преступник, если тебе так будет легче, — горько усмехнулся, — я занимался кражами, гулял и играл в развлекательных самых отвратительных заведения, где завсегдатаи — самые безнравственные отморозки.
Фабиана нахмурилась, кажется, вечер обещал быть испорченным.
— Но зачем вы это делали? Вы богаты, у вас есть большое наследство, зачем вам это нужно?
— Ради развлечения, азарта, способ привлечь внимание, быть значимым, — Хэварт убрал руку и провел ладонью по шее, в горло будто песка насыпали, говорить это ей было крайне неприятно, для её нежных ушек слишком… грубо и жестоко, но Фабиана смотрела с вниманием, и на её лице ни капли осуждения или укора, или омерзения, как это было в прошлый раз, когда она уезжала из Ристола. Почему же сейчас слушает спокойно?
 
— Хорошо, что вы сейчас это понимаете, — наконец, произнесла она.
— Я приехал сюда, чтобы начать всё сначала, забыть всю эту грязь, в которой я погряз. Но, как видишь, не вышло — прошлое неумолимо тянет назад.
— Теперь ведь они не отстанут от вас? Да?
Хэварт глянул на неё, задумавшись.
— Не знаю, фиалка, — ответил честно.
— И вам придётся снова взяться за старое? — додумала она.
— Нет, — ответил резко, сцепив зубы.
— Тогда вам придётся покинуть Вальштор…
Хэварт застыл. Фабиана сокрушённо замотала головой, сжимая пальцы в кулаки.
— …Вы правы, ещё неизвестно, чем вам обернётся эта сделка, — сказала припоминая их недавний разговор, но в голосе не обида, а дрожь волнения. Хэварт склонил набок голову, вглядываясь в невинное и, кажется, расстроенное личико девушки. Фиалка серьёзно волнуется? — Вас могут поймать. Что конкретно вы должны сделать для них, скажите? — решительно посмотрела в глаза.
И невозможно было ей отказать.
— Ты действительно это хочешь знать?
— Да.
Хэварт терпеливо втянул в себя воздух.
— Я должен проникнуть в королевскую резиденцию и выкрасть очень ценный артефакт, — сказал, наблюдая, как лицо девушки меняется — вытягивает и каменеет, — сейчас весь Вальштор говорит об этой штуке. Артефакт создали сильнейшие из магов, его возможности ещё исследуются, но уже есть результаты — он находит ценные породы, заложенные в пластах гор.
— Из королевской резиденции? — переспросила, пропуская мимо всё остальное. — Да вы с ума сошли… — выдохнула Фабиана, сжав кулаки плотнее, в глазах неверие и даже ужас.
— Мы уже говорили об этом, — напомнил Ламмерт.
Фабиана мотнула головой, опустив взгляд, уставившись в землю, задумываясь над чем-то, и Хэварт представлял, какие противоречивые мысли сейчас роятся в её головке. Фабиана вскинула взгляд, в котором теперь металось недоумение.
— Вас же поймают, там целая гвардия королевских жандармов — как вы собираетесь туда проникнуть?
— Очень просто, — хмыкнул Хэварт, — ...это для меня не составит... труда, — поднял руку, сдёрнул перчатку демонстрирую чуть светящуюся зеленоватым кисть, сжал пальцы, усилием усмиряя скудно сочащуюся через обручи магию, — другое дело если меня сдадут…
— Когда вы отправить на исполнение сделки?
— Осталась пара дней...
Колючее негодование застыло во взгляде Фабианы, на лицо легла холодная тень. Её грудь вздымалась в глубоком дыхании, губы плотно сжаты. Хэварт не понимал, зачем он это всё сказал сейчас, но, кажется, по-другому не мог. Она опутала его сетями.
— А Игнес, кто она для вас? — фиалка была непредсказуема.
Хэварт напрягся, о ком он не хотел говорить так это о своей бывшей любовнице.
— Рассказать, кто она для меня? И что я к ней чувствую? Тебя это волнует?
— Да, — ответила твёрдо вытянувшись.
— Мы познакомились в Гофрите, в одном из тёплых приморских городков, — начал Хэварт издалека, слова звучали скупо и сухо, не слишком хотелось ворошить память. — Она понравилась мне из-за своей дерзости, к тому же была красива и казалась умной, но больше потому, что приняла меня таким, каким я на тот момент был, и меня это прельстило. К тому же она воспитана и даже из знатного рода. Я был очарован ею, её находчивостью, смелостью, откровенностью… После смерти отца, я был потерян, был выбит из жизни. Не знал, что делать. И стремился быть значимым, что-то доказать другим, себе, и Игнес отлично помогала мне в этом. Она хотела денег и влияния. И наши пути в некоторой степени совпадали, до определённого момента… Она пошла дальше, а я приехал сюда.