Посредник (ЛП)

Она смотрит на меня так, будто у меня выросла вторая голова.
― Ты ведь шутишь, да? Ты отправляешься на бал Габриэля д’Эсте. Там будут все, кто только может быть. Думаешь, я упущу шанс одеть тебя? Данте заплатил мне вдвое больше, чем обычно, но я бы сделала это бесплатно. ― Она выкатывает вешалку, на которой висит полдюжины платьев. ― Пора примерить наряды.
Первое платье ― бледно-голубое из пенистого шифона. Я примеряю его под пристальным взглядом Розы и смотрю на свое отражение в зеркале. Я похожа на леденец.
― Что скажешь?
― Ты, конечно, выглядишь потрясающе, ― отвечает она. ― Но, кажется, что это не совсем твое.
― Думаю, это слишком, ― признаюсь я. ― Извини. Это очень красивое платье, но…
― Ты должна найти то, что подходит тебе. Тебе не нужно извиняться, я хочу, чтобы ты нашла свое идеальное платье. ― Она снимает с вешалки черное платье с блестками. ― Вот.
Черное платье с блестками заставляет меня чувствовать себя голой. Я отвергаю его и следующее тоже, прежде чем примерить красное атласное платье. Оно без рукавов, с асимметричной оборкой, начинающейся у плеча и ниспадающей каскадом с одной стороны, и сидит на мне идеально.
― Вот это, ― говорит Роза, застегивая молнию. ― Это то самое платье.
Я смотрю на свое отражение. Моя подруга превзошла саму себя ― я выгляжу потрясающе. Ни слишком облегающее, ни слишком свободное ― платье сидит на мне идеально, облегая мои изгибы, как нежное объятие. В нем я не выгляжу так, будто большую часть времени провожу в трениках. Я выгляжу как сказочная принцесса.
И что самое приятное, в нем удобно. Атлас немного тянется, ровно настолько, чтобы я чувствовала себя как в любимой футболке.
― Тебе не кажется, что это слишком? Малиново-красный цвет трудно назвать незаметным.
― Зачем тебе быть незаметной? ― спрашивает она. ― Неважно, не говори мне. Ты собираешься сделать что-то опасное и преступное, и я не хочу знать подробности.
― Это не так работает. Если ты собираешься сделать что-то опасное и преступное, последнее, что ты хочешь сделать, это выглядеть так, будто пытаешься остаться незамеченным. ― Я одариваю ее озорной улыбкой. ― Разве Лео не научил тебя этому?
Роза смотрит на меня убийственным взглядом. Я не знаю, что произошло между ней и Лео, если вообще что-то произошло, потому что она отказывается говорить об этом. А я умираю от любопытства.
― Надень платье, ― говорит она. ― Дай мою визитку всем, кто попросит. Если я не получу минимум пять новых клиентов, скажи своему мужу, что я увеличиваю цену в три раза.
Вечеринка Габриэля д’Эсте проходит на его вилле на берегу озера Комо. Естественно, Антонио Моретти владеет домом неподалеку от него. Лучия и Антонио приглашают нас остановиться у них.
― Марио Фуроре остановился на вилле Габриэля д’Эсте, ― говорит Лучия, разворачивая на столе карту. ― В гостевое крыло можно попасть из бального зала через эту дверь. ― Она касается карты.
― Она заперта?
― Всегда. Чтобы попасть в крыло, нужна ключ-карта.
― Мы можем подкупить уборщиков? Иногда низкотехнологичный способ оказывается самым простым. Или присоединиться к ним, как ты сделала, когда украла картину Антонио?
― Это, ― замечает она, ― была ловушка. Нет, я уже проверила. Д’Эсте не нанимает уборщиков. Они работают на него уже много лет. ― Она морщится. ― Габриэль оплачивает обучение их детей в колледже. Каждый из его сотрудников готов поймать пулю за него.
― Похвально, но раздражает. — Я изучаю ключ-карту. ― Ну, это можно взломать.
― Я слышу в твоем голосе ― но.
― А что, если ее нет в его комнате? Что тогда?
В этот момент в комнату заходит Антонио и слышит мои слова.
― Она там, ― говорит он. ― Я знаю таких людей, как Марио Фуроре. Он лживый, жуликоватый проныра, который думает, что все такие же, как он. Эта карта ― его козырь. Он не выпустит ее из виду.
Когда я выхожу из душа в день бала, Данте лежит на кровати.
― Где Анжелика? ― спрашиваю я.
― Все еще плавает.
― Конечно, она плавает. ― Погода не по сезону теплая, и с тех пор, как мы приехали сюда два дня назад, Анжелика бросила нас ради парусника Антонио. ― Скоро стемнеет.
 
― Она обещала скоро вернуться, ― говорит Данте. ― Она хочет увидеть тебя в бальном платье. Кстати, об этом… ― Он достает из-под кровати маленькую коробочку и протягивает ее мне.
― Что там?
Он открывает крышку. Это вибратор, по форме напоминающий гладкую серебряную пулю.
― Хочешь поиграть?
Ооо.
― Вибратор. Не стоило.
Он смеется.
― Еще есть украшения. ― Он жестом показывает на кровать, где на простынях из египетского хлопка небрежно поблескивают бриллианты. ― Но давай вернемся к вибратору.
― Действительно, давай, ― сухо говорю я. Бриллианты стоимостью больше ста тысяч евро, а мы говорим о вибраторе. Почему бы и нет? ― Что за игра?
― Ты пойдешь с ним на вечеринку. И, ― он показывает мне пульт дистанционного управления, ― в обмен на посещение этого скучного бала я получу немного удовольствия.
По моей спине бегут мурашки. Вибратор с дистанционным управлением, и пульт у Данте. Он решает, когда его включить, а когда выключить. Я не сомневаюсь, что мой муж будет доводить меня до грани снова и снова, прежде чем позволит мне кончить.
Я не могу дождаться.
― Какая замечательная игра, ― отвечаю я. ― Да, я в деле.
Вечеринка в самом разгаре. Гости в масках бродят вокруг с бокалами шампанского в руках. Официанты носятся с подносами канапе. В одном углу играет африканский джаз-банд, а над нашими головами парит в воздухе труппа гимнастов.
― Валентина, ты меня слышишь? ― раздается у меня в ухе голос Лучии. Они с Антонио находятся в другом конце комнаты. ― Небольшая проблема ― у двери, ведущей в гостевое крыло, стоит охранник.
Проклятье.
― Я собираюсь отвлечь его, ― продолжает она. ― Приготовься, хорошо?
― Как отвлечь? ― Вкрадчиво перебивает Антонио.
Кто дал ему наушник? Зная Лучию, она либо притворится пьяной и случайно упадет на охранника, либо начнет с ним флиртовать. А зная Антонио, ему не понравятся оба варианта.
Я оставляю их наедине, Лучия даст мне знать, когда можно будет идти. Мимо проходит официант с подносом шампанского, и я тянусь за бокалом…
Пульсация вспыхивает в моей киске, когда я меньше всего этого ожидаю, и пугает меня.
― Это самая низкая скорость, ― говорит Данте мне на ухо, забирая мой фужер и протягивая новый. ― Что скажешь?
В комнате так шумно, что услышать гудение вибратора невозможно, но мне кажется, что я его слышу. Я оглядываюсь по сторонам, гадая, слышит ли кто-нибудь еще, но половина людей вокруг нас сплетничает о женщине, с которой Габриэль в этом году, а другая половина наблюдает за выступлением артистов на трапеции.
Мои щеки заливает румянец. Вибрация ощущается даже приятнее, чем я могла предположить. Меня возбуждает мысль о том, что Данте контролирует мое удовольствие и решает, кончу ли я.
― Думаю, я уроню бокал с шампанским, если ты его не выключишь, ― шиплю я.
― Да ладно тебе, ― усмехается он. ― Я еще толком не включил его. Прояви немного больше стойкости. А, Габриэль. Вот ты где. — Он кладет руку мне на спину. ― Ты знаком с моей женой, Валентиной?
Габриэль д’Эсте одет во все черное, а его маска ― маска чумного доктора. Не знаю, почему. Эффект немного жутковатый.
― Данте, рад тебя видеть. Жаль, что я пропустил твою свадьбу. ― Он поворачивается ко мне. ― Валентина, очень приятно. Ты здесь впервые? Тебе нравится?
Я открываю рот, чтобы ответить, и тут же меня пронзает вибрация, снова заставая врасплох. Мои соски твердеют, пока вибратор творит свое волшебство внутри моей киски, посылая по мне волны удовольствия.
― Да, ― говорю я. ― Я прекрасно провожу время. Это великолепная вечеринка. Отличная группа.
― Не правда ли? ― отвечает он, проявляя первые признаки энтузиазма. ― Они родом из Мали, но я нашел их в Париже, они играли в захудалом баре на окраине города, и я просто обязан был пригласить их выступить сегодня.