Посредник (ЛП)

― Входи, ― говорит он низким голосом.
Я открываю дверь, мое сердце бьется очень быстро.
― Привет. ― Я облизываю губы. ― Я пришла.
Данте сидит на кровати, ноутбук у него на коленях. Он без рубашки, его подтянутый пресс выставлен на всеобщее обозрение. Нижняя часть его тела прикрыта простыней, поэтому я не вижу, обнажен ли он под ней. Рядом с ним ― аккуратно свернутая хлопковая веревка, которую мы использовали в субботу.
Он поднимает на меня взгляд, и в его глазах вспыхивает пламя. Похоже, он представляет себе, что скрывается под халатом. Ему не нужно слишком стараться, я собираюсь быстро от него избавиться. Как только смогу унять свое бешеное сердцебиение.
― Ты выглядишь так, будто я собираюсь тебя съесть, ― замечает он. Он подмигивает мне, на его лице появляется шутливая ухмылка, и похлопывает по матрасу рядом с собой. ― Заходи в мою гостиную, ― сказал паук мухе…
Его шутка заставляет меня рассмеяться.
― Ты ведешь себя нелепо. ― И я благодарна ему, потому что это немного ослабляет напряжение, которое я испытываю. Немного, но не полностью. Мой желудок все еще делает кульбиты, а пульс бьется как отбойный молоток. Я вхожу в комнату, закрывая за собой дверь. ― Запри ее, ― напоминает мне Данте. ― На всякий случай.
― Точно. ― Я поворачиваю ключ в замке и подхожу к нему. ― Ты достал свой ноутбук. Один смотришь порно?
― Просто работаю. ― Он выключает ноутбук и опускает его на пол. На его лице снова появляется улыбка. ― Мне не нужно смотреть порно, когда ты рядом, Валентина. Мое воображение и так работает сверхурочно.
Меня охватывает возбуждение.
― Ты представляешь меня обнаженной?
― Обнаженной, ― говорит он. ― Одетой. Полуодетой. Я представляю тебя в душе, вода каскадом стекает по твоему телу. В постели, волосы влажные, кожа пахнет жасминовым лосьоном, который ты любишь, вибратор зажат между ног. ― Его член заметно твердеет. ― Я представляю, как ты мастурбируешь, пока я смотрю, а потом вручаешь мне пульт и позволяешь мне управлять твоими оргазмами… ― Он улыбается. ― Когда дело касается тебя, мой мозг очень изобретателен.
Господи. Я раскраснелась, мне жарко, я возбуждена, а он еще даже не прикоснулся ко мне. Я опускаю ноутбук на кровать и снимаю халат. Его резкий вздох воспламеняет меня.
― Что бы ни предлагало мое воображение, ― говорит он, окидывая мое тело оценивающим взглядом, ― реальность в миллион раз лучше.
― Ты мне льстишь. ― Я сажусь рядом с ним, прислоняясь к изголовью кровати, к которой привязывала его всего несколько дней назад. ― Для чего веревка?
― Если ты хочешь связать меня…
― Нет. ― Я хочу, чтобы он прикасался ко мне сегодня. Везде. Я хочу чувствовать, как его руки блуждают по мне, пощипывают мои соски, сжимают мою грудь. Я хочу, чтобы они спускались вниз по моему телу и скользили между ног.
― Ты уверена? Ты должна чувствовать себя в безопасности.
― Я и чувствую, ― настаиваю я. Я придвигаюсь ближе, так что наши плечи и бедра соприкасаются. ― Если бы это было не так, меня бы здесь не было. ― Я открываю свой ноутбук. ― Я сделала домашнее задание. Я нашла ролик, который меня возбудил. Хочешь посмотреть со мной?
― А тебе обязательно спрашивать?
Я нажимаю воспроизведение.
На моем экране темноволосый мужчина входит в помещение, похожее на номер в очень дорогом отеле. Костюм сидит на нем идеально, он выглядит богатым и влиятельным. Его сопровождает консьерж.
― Мы позаботились обо всем, что вам нужно, сэр, ― говорит он, открывая дверь.
Из больших окон гостиной виден городской пейзаж. То ли Нью-Йорк, то ли Торонто, не могу сказать, но в любом случае это высокобюджетная съемка. Комната оформлена в оттенках бежевого и золотого, на каждом столе стоят высокие вазы с цветами. Консьерж показывает мужчине меню обслуживания номеров и предлагает заказать столик в любом ресторане города. Затем он останавливается перед закрытой дверью.
― Здесь находится спальня.
Это еще одна красивая комната, но камера не задерживается на ее обстановке. Нет, она приближается прямо к кровати королевских размеров. Посередине на коленях стоит женщина, одетая только в черные кружевные трусики. Ее волосы пышными волнами спадают на плечи.
 
― Вы заказывали нечто особенное, ― говорит консьерж. ― Надеюсь, вы останетесь довольны.
Я украдкой бросаю взгляд на Данте.
― Она горячая штучка, верно?
Данте пожимает плечами.
― Она довольно симпатичная для порнозвезды. ― Он заправляет прядь моих волос за ухо. ― Но она не ты.
― Ты снова мне льстишь.
Мужчина обходит кровать. Его глаза изучают женщину, задерживаясь на ее полных, пухлых губах. Ее дерзкие соски стоят торчком, готовые к наслаждению. Он проводит по одному из них большим пальцем с непроницаемой улыбкой на лице, и она прикусывает губу, чтобы подавить стон.
― Думаю, она подойдет, ― говорит он консьержу и протягивает ему стодолларовую купюру. ― Оставьте нас.
Пальцы Данте скользят по вырезу моей сорочки. Легкое прикосновение, едва заметное, и потом он ждет. Я делаю глубокий вдох и киваю…
― Да, ― шепчу я. ― Пожалуйста. Еще.
Он снова проводит пальцами по моей коже, прямо под кружевом, отчего по мне бегут мурашки. Его прикосновения неторопливые, сводящие с ума. Тягучие. Я дрожу. Моя кожа слишком чувствительна к прикосновениям, но даже дикие лошади не смогли бы оттащить меня. Я не могу насытиться.
― Не отрывай глаз от экрана, ― напоминает мне Данте.
― Я уже смотрела это раньше. Это ты не видел.
В ответ он щиплет мой сосок через шелк, и из моего рта вырывается стон.
― Посмотри еще раз, ― говорит он, проводя языком по мочке моего уха. Его рука скользит по моему бедру медленным, дразнящим движением.
На экране мужчина снимает пиджак и бросает его на велюровое кресло. Он подходит к женщине и прижимает большой палец к ее губам.
― Открой, ― приказывает он. Женщина послушно открывает рот, и он кладет большой палец ей на язык, оценивающе глядя на нее.
Пальцы Данте вычерчивают легкие круги на моих бедрах, задирая подол выше.
― Что тебя возбуждает в этой сцене?
Я краснею. Одно дело ― быть полуобнаженной рядом с Данте. Но рассказывать ему о своих фантазиях предполагает такой уровень доверия, который...
Но ты ему доверяешь.
― Она ― подарок, который он может использовать, ― бормочу я, мои щеки пылают. ― Она здесь для того, чтобы доставить ему удовольствие. Это не тот сценарий, который я бы одобрила в реальной жизни, конечно, но поскольку это фантазия, она возбуждает.
― Ты мой подарок на этот вечер, Валентина? ― Он спускает бретельку комбинации с моего плеча. Ткань спадает, открывая его горячему взгляду мою грудь. ― Очень мило, ― бормочет он, его голос низкий, хриплый. Он проводит большим пальцем по моему соску и наблюдает, как он твердеет. ― Действительно, очень мило.
Мы почти не обращаем внимания на порно на экране. Мужчина подходит к буфету и наливает себе напиток. Он делает глоток, вынимает кубик льда из бокала и проводит им по ее соску.
Я задыхаюсь.
Данте улыбается мне, его взгляд дикий, пылающий и голодный.
― Думаю, это «да». ― Он встает, и, к сожалению, под простыней он не голый. На нем пижама, фланелевая, выцветшая, пояс низко сидит на бедрах, открывая дорожку...
― Ты пялишься, Валентина. ― Он улыбается довольной мужской улыбкой. ― И я польщен. Оставайся здесь. Я сейчас вернусь.
Он возвращается в рекордно короткие сроки со стаканом виски.
― А мне? ― спрашиваю я.
Он качает головой.
― Ты пока не заслужила, воробушек.
Черт, да. Он как будто заглянул в мой разум и вытащил оттуда мои самые смелые фантазии.
― Как я могу заслужить? ― спрашиваю я, глядя на него сквозь ресницы. ― Могу ли я сделать это, стоя на коленях?
В субботу я лишь мельком взглянула на член Данте, прежде чем татуировка испугала меня, и я убежала. Думала ли я о нем с тех пор? Конечно, думала. Восемь дюймов большой, твердой как камень мужской плоти, и все это для меня. Я не могу дождаться. Самое обидное в прошедших десяти годах ― это то, что раньше я любила секс. Превратить то, что я люблю, в предмет страха… Но больше я не боюсь. Я очень, очень возбуждена.