Хроники былого и грядущего (СИ)

Но войску нужно время и желателен факт отвлечения внимания, потому что если солдат заметят на подъёме, то на узких дорожках численность не будет играть роль и тех банально перебьют.
В общем, план, на первый взгляд, был рабочим, но… Гладко было на бумаге, да забыли про овраги.
Мало того, что на главной дороге были ловушки, сумевшие мгновенно вывести из строя двоих рыцарей, так и сами горцы расставили часовых, сумев заранее оповестить остальных о ожидаемом нападении. Логично, что нас встретил поток стрел.
В заключении, к лагерю мы бы всё равно не смогли прорваться, ведь там стоял, хоть и хилый, частокол.
Из-за этих непредвиденных обстоятельств, Вендлер приказал начать отступление, из которого я, к сожалению, выйти не успел.
Теперь меня мучает вопрос, «а что, сука, делать дальше?!». И ведь я даже не могу найти на него ответ! Можно смолчать и опять понестись в лобовую атаку, понадеявшись, что в этот раз шальная стрела обойдёт меня стороной…
А если нет?
Сколько раз мне перезагружаться? Пока энергия не кончится? А что потом? Сдохнуть?
Перспективы, к которым я стремился!
Но что будет, если я попытаюсь предупредить их? Ну-у… скажем, меня посетил сам «Воин» — один из Семерых, который и подбросил информацию о будущих ловушках и подготовившихся горцах? Кхм… предположим… что они это проглотят. И что тогда? Отменять операцию?
Командир, назначенный Роландом Лидденом и по совместительству муж его дочери — Бернард Гринфилд, явно не оценит подобные откровения. Значит атака, так или иначе, будет. А двести солдат, даже пойдя открытой шеренгой, хоть и с колоссальными потерями, перебьют три-четыре десятка горцев, засевших в лагере.
Чем это обернётся для нас?
Полностью утраченное доверие Лидденов, более того, просто втоптанное в грязь. К тому же, потеря репутации… а информация об этом мгновенно облетит все Западные земли. Такого не допустит ни Кеннинг, ни тем более Вендлер.
Значит вступить в бой придётся… хах, а идея-то есть…
— Сир Вендлер, сир Кеннинг, — обращаюсь я к своему наставнику и формальному командиру отряда, — сомнительно, что я смогу оказать вам серьёзную помощь в атаке, — говорю громко и не отрывая взгляд от рыцарей, дабы меня не обвинили в трусости, прежде чем успею высказаться до конца, — я ещё не столь опытен в езде верхом и могу невольно вас затормозить, — побольше твёрдости в голос, да, вот так, — поэтому я бы хотел выступить пешим, вместе с солдатами сира Гринфилда, дабы оказать помощь хотя бы таким образом. Считаю, что в этом будет больше чести, как мне, так и всем пограничным рыцарям. Не просто отвлечение внимания, но и реальная помощь в схватке, где мои навыки владения оружием принесут на порядок больше пользы!
— Достаточно самоотверженно, — едва заметно улыбается Орбарт, — впрочем, решать здесь твоему наставнику.
— Ты действительно херовый наездник, Арвинд, — вздохнул старый рыцарь, — хвала Семерым, хоть прилежно обучаешься…
Четыре раза откатывался во времени, чтобы суметь хотя бы так.
— …поэтому я не против. Только не иди в первых рядах, для этого есть более умелые бойцы. Я попрошу сира Гринфилда. Уверен, он не откажет в такой малости.
Надеюсь на это. Иначе придётся туго.
Буквально через пять минут, Эдриан подошёл вместе с мужчиной, оказавшемся командиром десятка бойцов, куда меня и пристроили. После боя договорились встретиться с рыцарями у стоянки, где останутся несколько человек стражи и десяток слуг.
Надеюсь, старик не откинется, ведь я только-только нашёл к нему подход.
— Не путайся под ногами и следуй всем моим приказам, — строго высказал мне десятник, на что я, с серьёзным видом, кивнул. Нечего нервировать мужика, у него и так проблем хватает, а ещё и меня пристроили. Небось опасается, что окажусь каким-нибудь отпрыском знатного лорда, захотевшим приключений и в случае смерти, либо травмы, с него шкуру спустят. Не буду его разубеждать.
Наш десяток шёл где-то в середине войска. Можно сказать, самая безопасная позиция. Я значительно выделялся среди солдат не только ростом, но ещё и формой одежды. Впрочем, не важно, всё закончится уже через несколько часов.
 
Мы остановились в небольшой низине, откуда вверх шла натуральная «козья тропа», где два человека с трудом могли протиснуться одновременно. Спереди послышалась ругань и даже откровенный мат в сторону разведчиков. Действительно, солдат в броне, пусть даже лёгкой, будет серьёзно рисковать, забираясь по столь крутой и неудобной дорожке.
Командиры быстро наладили порядок, отправив людей на подъём.
В этот момент начали раздаваться отдалённые звуки сражения: крики людей, шум копыт, звон стрел, попадающих в щиты. Но мне пока было не до этого.
Она ещё и сыпется, — с каким-то смирением заметил я, наблюдая за потоками земли, песка и мелкого камня, что падал вниз под ногами поднимающихся бойцов.
— По два человека за раз! Страхуйте друг друга! Новые поднимаются не раньше, чем первые дойдут до середины тропы! Отставить суету! — громко кричал Гринфилд, наводя порядок.
Даже слишком громко. Надеюсь, горцы действительно отвлечены на наших рыцарей.
— Надеюсь твои пограничники не подведут, — словно прочитав мысли, пробурчал мне десятник, когда настала наша очередь.
— Угу, — только и смог сказать я, внимательно следя за землёй и своими ногами. К счастью, откатывать время не пришлось, дорога хоть и была хреновой, но оказалась более крепкой, чем я опасался.
Шум боя, кстати говоря, стал затихать. Значит, уже отступили, — понял я, оказавшись на вершине, где был небольшой пятачок земли и уже строили солдат в колонны.
— Где, сука, пожары?! — грозно проорал поднявшийся сотник, сплюнув прямо на землю, — Хер с ними! Идём прямо на дикарей!
Двести человек. Кажется, что это много, верно? Не очень то и много. Но шли мы плотно, ведь места тут по прежнему были узкими, а со стороны правой руки находился обрыв. Был он сравнительно не высок… но кости переломать можно будет только так.
И вот, показался лагерь, который совсем не выглядел паникующим, а скорее… готовящимся к бою. Видимо «кавалерийский наскок» завершился тем же, что и в первый раз — тотальным разгромом. Ох, надеюсь с войском это не повторится.
А ещё, они явно нас ждали. Хорошо ещё, не успели перехватить на той узкой дороге.
В нас быстро полетел поток стрел, то и дело выбивая кого-то из толпы, а потом я, внезапно для себя, врезался в спину идущего впереди солдата.
Встали? Почему?! Под обстрелом-то!
Щит, которым я и так прикрывался, был поднял вверх, на самый максимум. Будто бы я легионер в древнеримской «черепахе»…
Замечаю, что наши арбалетчики выпустили залп стрел, но попали лишь в одного дикаря. Дерьмо.
Вот боец передо мной сдвинулся, правда не вперёд, а куда-то вбок, на что мне ничего не оставалось, как идти следом, чуть ли не шаг в шаг. Слишком уж плотно мы стояли. Быстрее бы уже на открытую местность! Она ведь там есть, я видел.
Стрела ударила в щит, едва не заставив упасть, что в такой толкучке могло значить смерть. Затопчут и не заметят!
— Держись малец, почти добрались до них! — прикрикнул десятник, чьи слова странным образом воодушевили меня крепче схватить щит и упрямо пойти вперёд.
С опозданием понял, что мы начали обходить защитные укрепления горцев и, наконец-то, оказались на более-менее открытой местности, зайдя в их лагерь. Войско успело поредеть, но всё ещё представляло из себя опасность.
Так, ну нахрен ещё раз всё это проходить, «метка». Как же я рад, что могу ставить несколько таких!
Осмотревшись, что было достаточно сложно в плотной группе солдат, я быстро понял, что ситуация достаточно печальна. Да, горцев было значительно меньше, но они распределились по укреплениям лагеря: стояли за рвами, на скалах, простеньких деревянных вышках и так далее. А мы, чуть ли не на открытом поле, которое можно безбоязненно расстреливать, пользуясь нашей скученностью. Уж в кого-нибудь да попадёшь!