Запретные чувства (СИ)

— Ты должен остаться и помочь мне, — прямо заявила я, потому что ходить вокруг да около сейчас совсем не хотелось.
— Помочь в чем? Подложить тебя обратно под Руслана? — Булат криво ухмыльнулся. — Это уже не ко мне.
— Он выгнал меня.
— Мне нужно делать вид, что я удивлен или нет? — иронично спросил Булат.
— Я не хочу, чтобы он был с ней. В конце концов, мы — квиты. Я спала с тобой, а он в отместку с другими женщинами. Теперь, когда всё выяснилось, мы могли бы начать заново, но Руслан ушел к ней.
— А от меня ты чего хочешь? Чтобы я ее к себе в постель затащил? Или может быть, чтобы помог убить обоих? — Булат засмеялся, но затем резко посерьезнел, когда заметил, что я даже не улыбнулась. — Ты ведь не думаешь об убийстве?
— Я еще не выжила из ума, чтобы прибегать к настолько кардинальным методам.
Когда лицевые мышцы Булата заметно начали расслабляться, мне вдруг захотелось засмеяться. Неужели он действительно подумал, что я как ополоумевшая обиженная жена, совсем слечу с катушек?
— Знаешь, на секунду я решил, что… Впрочем, неважно. Ну и чего ты тогда хочешь?
— Хочу всё у него отобрать, — уверенным твердым тоном ответила я. — Хочу, чтобы он снова стал никем. Тогда та малолетняя потаскуха его бросит, а он вернется ко мне. Потому что в конечном итоге, у него есть только я и наш сын.
— Вер, ты отдаешь себе отчет в том, что это нереально? Для того чтобы провернуть такое дельце нужны огромные деньги и колоссальная поддержка. Любая репутация выстраивается годами. Годами! Понимаешь? И нередко нужны годы, чтобы ее и уничтожать. Или потратить столько денег, чтобы это сделать раз и навсегда, сколько есть только у миллиардеров. Таких средств ни у Руслана, ни у тебя точно нет. Поэтому даже не думай дёргаться. Это мой тебе дружеский совет.
— Может, ты мне одолжишь?
— Вер, спасибо за комплемент, конечно. Но у меня тоже весьма скромные бюджеты. К тому же для того, чтобы уничтожить человека нужны еще СМИ и уйма других инструментов. А Руслан у тебя не какой-то там деревенский депутат. Он очень влиятельный человек и дружит с правильными людьми. И городские СМИ под ним. Поэтому и власть у него есть и существенных проблем никогда нет.
Я глубоко вздохнула и посмотрела на свое золотое обручальное кольцо. Оно всё еще было надето на мой палец и красиво блестело в лучах солнца.
— И что мне теперь делать? — задумчиво спросила я.
— Ты меня спрашиваешь? — Булат хохотнул. — Когда ложилась под меня, тебе стоило заранее позаботиться о том, что будешь делать, если Руслан всё узнает. Я понимаю, что тебя устраивала такая жизнь с двумя мужчинами. Но, видишь ли, когда одна из сторон не посвящена в правила игры, то это чревато последствиями. Просто отстань от Руслана и всё. А теперь выметайся. У меня скоро самолет.
Я посмотрела на Булата. Скользнула взглядом от его идеальных натренированных ног к рукам, затем к лицу. Он довольно привлекательный и ухоженный мужчина. В чем-то мы были бесспорно похожи, в чем-то различны. Я никогда не воспринимала Булата как потенциального спутника жизни.
Если бы не Руслан и его стремление к успеху, Булат даже пальцем бы не пошевелил, чтобы чего-то достичь. Его подгоняла лишь жажда доказать себе и всем окружающим, что он может быть наравне со своим товарищем. Может спокойно существовать и вне его тени.
С Булатом во многом могло бы гораздо проще вместе сосуществовать. Проще хотя бы потому, что он неуязвим перед всей этой любовной чепухой. А вот Руслан оказался ей уж слишком податлив.
— Ты никогда не думал о том, что мы могли бы быть вместе?
— Нет. А что? Хочешь попытаться и на меня брачную удавку натянуть? Учти, ничего не получится. Я тебе не Руслан.
— И, пожалуй, это твой самый большой недостаток, — вздохнув, подытожила я и встала с дивана. — Ладно, раз толку от тебя никакого, то я тогда пойду.
— И всё же любопытно, что вы, бабы, в нем находите такого особенного? — внезапно донесся до меня вопрос Булата.
Через несколько секунд он появился в прихожей, явно рассчитывая получить внятный ответ на вопрос, который, похоже, сильно его мучил.
 
— Только не говори мне о любви, она тебе и даром не нужна.
— Рядом с ним всегда чувствуешь себя защищенной. В нем есть порода, понимаешь? Она уже многое определяет. И самое привлекательное в мужчине, это интеллект. Руслан ответственный и он никогда не подведет. Всё это как-то сразу улавливается. На уровне женского инстинкта. Он мужчина в самом лучшем смысле этого слова.
— Если он такой идеальный, тогда почему ты ему со мной изменяла?
— Нет, Руслан совсем неидеальный, потому что слишком сильно полюбил меня.
— А разве не этого хочется бабам? Разве не любви? Ну если не считать тебя, — Булат скрестил руки на груди.
— Он слишком быстро позволил мне поверить, что находится у моих ног. Слишком быстро дал почувствовать, что он побеждённый. А это, знаешь ли, неинтересно. Думаю, если бы он меня совсем не любил, я бы наоборот — полюбила его изо всех сил. Такой вот парадокс, — я пожала плечами.
— Значит теперь, когда Руслан от тебя отвернулся, ты типа прозрела и поняла, что любишь его? — Булат с недоверием посмотрел на меня.
— Не знаю. Может быть. А может это просто эгоизм и чувство собственности. В любом случае я не позволю ему быть счастливым с этой певичкой.
— А мне кажется, что тебе просто лечиться надо. Ты и сама не хочешь Руслана счастливым сделать и другой не даешь. Это ненормально.
— А что вообще такое нормальность? Это слишком субъективное явление и для каждого человека существуют свои границы нормальности.
— Ладно. Понятно. Иди уже. У меня нет времени выслушивать всю эту чепуху. Делай что хочешь, а меня оставь в покое. Пусть Руслан сам с тобой разбирается. Ты его проблема, а не моя.
  
Глава 39. Лия.
 
Стараясь дышать глубже, я гасила в себе любые зачатки волнения. Но они всё равно прорывались сквозь мою хлипкую защиту и заставляли мысли в голове кружиться в беспокойном танце.
Сегодня у нас должен состояться первый предварительный показ мюзикла. Их будет несколько, но именно этот казался мне наиболее важным, чем сама будущая премьера. Я была полностью уверена в себе и своих силах, но это иррациональное волнение всё равно продолжало усердно меня мучить.
И даже тот факт, что в зале сидят мои друзья и Всеволод Константинович со своей женой почти не успокаивал. Взволновано, покусывая губы и меряя шагами уже в сотый раз небольшое пространство гримёрной, я ждала приезда Руслана.
Из окна было очень хорошо видно парковку, предназначенную для работников и посетителей театра. Большая ее часть уже была заставлена машинами различных марок, но электрокар Руслана отсутствовал.
Я привалилась спиной к прохладной стене и вжала ладони в колени. Несмотря на шум, что витал в гримёрной, мыслями я перенеслась на несколько дней назад.
— Конечно, я приеду, — твёрдо заявил Руслан.
Я взобралась на диван с ногами и наигрывала простенькую мелодию на гитаре. За окном уже вечерело. Небо, налитое багровым цветом, плавно синело, запечатывая тепло и свет уходящего дня.
— И Платона возьму с собой. Надеюсь, у вас там догола раздеваться не будут?
— Нет. У нас всё прилично, — я улыбнулась.
То, что Руслан планировал посетить мюзикл вместе с сыном меня ни капли не смущало и не расстраивало. Когда начинались наши отношения я знала, на что шла. Знала, что Платон в жизни Руслана никогда не будет находиться на последнем месте. Что вполне логично и правильно, ведь Руслан — отец.
— А родители? — спросил он меня, разбирая свой саксофон.
Недавно Руслан перевез его в нашу квартиру, но еще ни разу ничего мне так и не сыграл. А мне страшно хотелось увидеть еще одну сторону Руслана, сторону музыканта. Я уже наперед знала, что и она мне очень-очень понравится. Но времени для музыки у Руслана не было. А этот вечер лишь стал приятным исключением.
— Я думала об этом и решила, что лучше повременю, — мои пальцы прижались к струнам и застыли, простенькая мелодия утихла.