Там, где нас ждут (СИ)

А после этой встречи он мне целую неделю прохода не давал, все изображал пламенный интерес к моей скромной персоне. Глупо и не дальновидно. Еще через Ивока можно было бы что-то разузнать, но так — пустая трата времени.
Сначала были цветы, потом откровенный флирт и даже предложение о свидании наедине. Когда это не сработало, Архонт решил, что, зажимая меня по углам, я воспылаю к нему небывалой страстью. Сначала он просто нарушал границы моей зоны комфорта, подходя ко мне почти вплотную, затем начал позволять себе хватать меня. Апогеем всего стали настоящие объятия с конкретным намерением поцеловать меня. И хрен вырвешься из лап загребущих! Как итог пришлось стерпеть гадкие обжимания и поцелуй, не то в щеку, не то в ухо. Как же я была зла в тот момент! Двинула его, что было мочи по голени и указала на дверь. Ну что за дебильная привычка врываться в мое жилище без проса, да еще и руки распускать? Как объяснить человеку, что все его поползновения бесполезны и мое отношение к нему никак не изменится, как бы он не старался? Фальшивый и приторный до мозга костей.
И поделиться не с кем, девчонки после памятного похода в район наслаждений Амет-Урбс на неопределенное время затаились, не я одна боялась пристального внимания со стороны Великого Архонта и его приспешников.
И вот тебе на, полюбуйтесь. День номер восемь — стоит опять как памятник посреди моей гостиной, явился не сотрешь. Как же я задолбалась!
А я после душа, в одном полотенце и глаза его синие меня прожигают насквозь. Ну все, сейчас будет грубо, господин Великий Архонт, ибо его слова не оставляют места для вежливости:
— Для меня нарядилась? — и бровями своими поигрывает, улыбочка приторная до оскомины.
— Да что же мне сказать вам или сделать, чтобы ноги вашей больше не было в этом доме, а, Великий Архонт? — я уже даже не говорила, я натурально рычала на него.
— И ты сделаешь, если я попрошу, обещая, после этого, навсегда оставить тебя в покое?
— Когда же придет понимание в вашу голову, что я для вас лично ничего делать никогда не буду? — я уже шипела ядовитой змеей.
— У тебя потрясные ножки, лучшие, что я видел, — он будто не слышал моих слов, горящие синие глаза суматошно шарили по моей фигуре. Что он там увидел? У серой мышки даже тело было совершенно заурядное.
— Сделайте одолжение, мой Архонт, отведите прицел своего взгляда от моей скромной персоны, — процедила я.
Каин стремительно приблизился ко мне вплотную, стоял, жарко осматривая меня с ног до головы. Я не выдержала пристального взгляда, опустила глаза в пол. Почувствовала, как моих волос коснулось мужское дыхание, затаила свое. Еще чуть-чуть и я его ударю.
— Ты, действительно, уверена, малышка, что хочешь именно этого?
— Как никогда, — уверенно ответила я, опять смело встречая его взгляд.
— Что ж, тогда не смею более задерживать, — и испарился.
Был и нет, только дымчатые тени, словно едкий дым, медленно качнулись, рассеиваясь перед моим взором.
Ушел и ладушки. А теперь спать, засыпая я уже и не вспоминала прилипчивого Каина Аттер-Нуаро. Зачем? Это не мой путь.
Еще бы и отметины эти с моих плеч исчезли также быстро и непринужденно. Ужасный побочный эффект телепортации.
Время летело неумолимо, день сменялся новым днем, новым событием. Но, что не могло не радовать меня больше всего, так это полное отсутствие внимания со стороны Великого Архонта. После памятного вечера он более не удостаивал меня даже взглядом, будто бы я и вовсе перестала для него существовать. Если я скажу, что меня это несказанно радовало, то очень сильно преуменьшу действительность. Нет, он, по-прежнему, казалось бы, контролировал каждый наш шаг, все мероприятия, которые мы посещали с Ивоком, несколько раз давал советы, но теперь общался исключительно, с моим женихом. Изменилось только одно — теперь он посещал нас не в гордом одиночестве. Шикарные блондинки, жгучие брюнетки, изящные шатенки, знойные рыжие — и опять по кругу — Каин был всегда в обществе красивейших представительниц женского пола. Очевидно, что крутить романы направо и налево — это его призвание. Хотя, положа руку на сердце, мне глубоко плевать, пусть хоть всех баб нашего Космоса затрахает до посинения, главное, чтобы меня оставил в покое.
 
А вот с будущим мужем ситуация поменялась в корне спустя почти месяц после объявления нас парой.
Был поздний вечер, я сидела на балконе с книгой и чашкой травяного чая в руках, когда услышала настойчивый звонок в дверь. Переполошилась ужас как! С девчонками у нас по-прежнему был полный взаимный игнор, и я уж было подумала, что Архонт решил начать изгаляться надо мной по новой, вот и явился. Каково же было мое удивление, когда на пороге собственного дома я обнаружила Ивока Малакту собственной персоной. Я даже, кажется, рот от удивления открыла.
Прошел в гостиную без разрешения нетвердой походкой и с размаху плюхнулся в кресло. Батюшки, да он же пьяный в дугу!
— Ивок? — спросила я, все еще находясь в замешательстве. Никогда жених не был инициатором наших встреч и разговоров, а тут на тебе, нарисовался. Не к добру.
— А ты наблюдательная, мышка, — ухмыльнулся мужчина, — или ждала кого-то другого?
— Кого мне ждать, я на этой планете завести друзей не успела, — развела я руками.
— Правильно. Ты такая же одиночка, как и я. Может поэтому нас и шарахнуло друг в друга? — в голосе Фейри явно слышны были нотки горечи и печали.
Я закрыла дверь, прошла в комнату и села в кресло напротив жениха, ожидая, что же последует дальше.
— Эта штука включается? — спросил он, жестом указывая на биокамин.
— Наверное, я еще не пробовала, — и как бы в свое оправдание, — жара же на улице.
— Сегодня будет гроза, — задумчиво проговорил Фейри.
Я промолчала, не зная, что сказать. Да и что говорить, я боялась спугнуть неожиданное перемирие. Это был первый раз за время нашего знакомства, когда мужчина говорил со мной без явной агрессии и ненависти в голосе. Но его молчание, казалось, не смущало.
— Хорошо в грозу сидеть у камина, пить горячий шоколад, ну или идру (прим. автора — местный напиток на основе вакатуса крепостью выше сорока градусов), как в моем случае, — и достал из-за пазухи початую бутылку с вышеуказанным напитком, — и говорить с другом по душам от том, о сем. А, как считаешь, мышка? Можем мы с тобой, после всего того, что между нами было, стать друзьями?
Я ошарашенно смотрела на мужчину, находясь в полнейшем ауте от происходящего. Он еще спрашивает? Да это моя мечта!
— Я никогда не считала тебя своим врагом, так что…
— Знаю, мышка, — затем ненадолго замолчал, а потом хлопнул себя ладонями по коленям, с трудом поднялся и предложил заплетающимся языком, указывая на камин, — давай-ка попробуем включить эту штуку.
И вот, спустя всего пятнадцать минут мы сидим перед весело пляшущими языками пламени, кресла развернули и почти вплотную пододвинули к огню, между ними установили журнальный столик. Молчим, я продолжаю пить свой травяной чай, а Ивок планомерно накидываться идрой.
— Моя мать рассказывала, что моего деда Эфема Малакту убил Элементал, так же как и отца Калака Малакту и еще двоих старших братьев Ита и Ивела, — как гром среди ясного неба прозвучали слова Фейри.
— За что? — прочистив горло аккуратно спросила я.
— Дед был членом Совета семи. Остальные пошли в расход за компанию.
— Я знаю совсем другую историю, Ивок. Расскажи свою.
— Расскажу все только со слов матери, я тогда еще не родился, мама была беременна мной. Но моя правда такова — почти всю мою семью вырезали Элементалы из Призрачного ополчения. Авона, моя мама, единственная, кто успел сбежать с родной планеты, сначала она скрывалась у Арахнидов, но и у них скоро началась резня, сама знаешь, потом Архи дали ей защиту здесь, на Ра-Кратосе, как единственной выжившей из рода Высших Фейри Туманного легиона.
— Мне жаль, все это звучит, действительно, ужасно. Но я…
— Я знаю, мышка, — перебил меня Ивок, — ты чистое и доброе создание. Я не вправе был гнобить тебя и срывать свою злобу. Хотя твой поступок, черт, он ужасный! — и расхохотался, от души, заливисто.