Спящий сталкер
– Но о нем знают. Значит, кто-то выходил?
– Ага, еще болтают, что выходили в других Зонах. – Зубр глянул в окно, где виднелся скрученный в невообразимые формы мутагенный кустарник. – Только мне проверять неохота… Прыгун!
Здоровяк кинулся к окну, на ходу хватая автомат и сдергивая флажок предохранителя. Не успел. Мутант исчез в «зеленке».
– Любопытный экземпляр, – хмыкнул Лоцман. – Противогаз у него «мартышка». Похоже, недавно мутировал.
– Пошли, что ли, уже, – ответил Зубр и без тени улыбки добавил: – Прыгуну есть чем полакомиться. Там целая конфета лежит.
Небо не думало просветляться. Сумерки густым покровом легли на территорию «Вектора».
Сталкеры выбрались с участка комплекса тем же путем, что пришли. Бросая и подбирая гайки с белыми ленточками, предусмотрительно запасенные Зубром, быстро пересекли остатки асфальтированной дороги. Местность пошла на понижение. Практически сразу за дорогой напарники нырнули в молодую рощицу. Среди тонких редких березок сталкеры почувствовали себя уверенней. Березняк рос «здоровым», и атмосфера в нем как-то настраивала на позитив.
Короткий писк известил напарников, что КПК вновь заработали. Мужчины быстро проверили их и тут же выключили. Потом уставились друг на друга с мрачным выражением на лицах.
– Вот и на Куркуля некролог пришел, – только и сказал Лоцман. Коснулся пальцами груди и потер спрятанный за пазухой медальон.
Зубр засопел. Махнул рукой.
– Осталось немного, – добавил Лоцман. Он пошел вглубь рощи, выдерживая направление на старый схрон Кесаря.
«Ну что, Сидор, скоро снова встретимся… Надеюсь, в последний раз», – подумал сталкер, слушая, как шелестят трава и листья под ногами.
Полузасыпанное и заросшее устье водопропускной трубы Лоцман нашел по памяти. Это место он не забудет никогда. Именно здесь хлопцы Кесаря отлеживались, когда настали лихие времена и бригаде едва не пришел конец.
Черная кишка трубы приняла сталкеров в свое чрево.
– Нехилое укрытие, – перебил размышления Лоцмана Зубр и постучал костяшками пальцев по внутренней поверхности бетонной трубы.
В ответ на стук по стенкам трубы с тихим шелестом посыпалась земля. Труба под приличным углом уходила вглубь земли. Диаметр трубы позволял перемещаться внутри не пригибаясь.
– Насколько я понимаю, эта труба вела в старую дренажную систему комплекса, – проговорил Лоцман, осторожно ступая по наклонной поверхности. – Видно, этот схрон соорудили еще до того, как вояки тут все оккупировали… Смотри, как удачно сделано. Сверху на дороге вечные «мухобойки», у входа «омут»… Уровень земли у входа подняли за счет грунта землянки. Дверь сделали чуть в глубине, за зарослями репья с борщевиком не сразу заметишь.
– Да, кто-то со знанием дела подошел к вопросу, – с одобрением в голосе сказал Зубр. – Маскировка гуд, исток Марьянки в двух шагах, отходы в «мухобойку».
Здоровяк глотнул из фляжки. Со стороны ПЗРО «Буряковка» долетел треск пулеметных очередей.
– Опять воендосы шалят, – рассеянно отметил он, все еще под впечатлением от найденного убежища.
Пятно света от налобного фонарика Лоцмана металось по полу и стенам убежища.
– Вот и отходы, – хмыкнул сталкер в пустоту и пнул кучу мусора.
Он думал о Сидоре, о последней встрече. О медальоне. В воздухе стоял терпкий запах застарелой тины.
– И? Где тут что? – Зубр сделал попытку обогнуть Лоцмана и пройти дальше вглубь схрона.
Онисим не позволил ему обогнать себя и быстро шагнул вперед. Здоровяк последовал за ним.
Разрывая в клочья чернильную темень, лучи фонариков уперлись в обитую листовым железом перегородку.
– Смотри, Зубр, здесь когда-то поработала аномалия. – Лоцман подошел вплотную к стенке и указал на «потолок». – Что-то типа «рубца» разрезало трубу, а потом этот край, где мы сейчас стоим, прилично вдавил в землю «гравиконцентрат». Схрон вырыт как раз под оставшейся на месте трубой. Если мы вдруг захотим попасть на территорию комплекса, можем пробить дыру в бетонном потолке внутренней комнаты.
– Ага, в подземную лабораторию, – кивнул Зубр. – Слыхал я про нее… истории. Посему лучше под боком у вояк буду шмыгать, чем полезу в эти чертовы катакомбы. Пусть кто другой занимается диггерством, если помереть пораньше захотелось.
Ощупав железо, он нашел щель дверного проема. Потянув на себя, Зубр открыл дверь. Лица сталкеров озарились красным светом. Лоцман направил фонарик внутрь и следом кинул оберег. Гайка упала на пол практически бесшумно.
Два белых луча резали кроваво-красную атмосферу последней стоянки очередной жертвы Зоны. Под ногой одного из сталкеров скрипнула бетонная крошка.
Сердце Лоцмана екнуло, когда он увидел источник света. «Огневик»! Черный череп Зубра моментально возник перед глазами опешившего сталкера. Словно и не было этого жуткого перехода до «Вектора», и он с Зубром все еще на «ЭкоХиме», на территории бывшего склада! Прямо перед тем, как он, Лоцман, залетел в вагон-аномалию, перед гибелью догматиков…
Вот черт!
Настоящий Зубр шумно дышал за спиной. Покрывшись испариной, Лоцман отвел глаза от артефакта и взял себя в руки. Следующее, что он увидел, это был мертвец. Не задерживая на трупе взгляда, Лоцман повертел головой по сторонам, быстро осматривая углы. Плескающаяся там тьма неохотно расступалась под давлением яркого света, моментально сгущаясь снова, когда сверкающий нож покидал ее плоть.
Внутреннее убранство схрона выглядело практически так же, каким Лоцман его запомнил с последнего посещения: утрамбованный пол с ямой по центру, откуда сейчас испускал красный свет «огневик»; лист железа, чтобы закрывать «костер»; бензобак легковушки на чурбачках, с деревянной затычкой; вдоль стен лежаки для шестерых человек – кучи тряпья на щитах из досок; цельнометаллический шкаф; вешало; стойка под оружие и ниши в стенах в качестве полок. Никаких изысков, ничего лишнего. Самый минимум, чтобы отлежаться пару-другую деньков, прячась от обитателей Зоны или Шторма.
Пусто!
За время ходки Лоцман настолько привык к мысли, что в схроне его ждет куча артефактов, что когда «богатства» не оказалось, он никак не мог осознать и принять этот факт. Все еще воспринимая происходящее как глупый розыгрыш, Онисим быстро подошел к шкафу и распахнул его.
Где артефакты?
Шкаф был пуст. Как были пусты ниши в стенах. Зубр стоял в дверях и, направив луч фонарика на труп, рассматривал мертвого бродягу Зоны.
Пусто! Пусто! Пусто!
Лоцман наконец обратил внимание на тело. Вид мертвого Сидора отрезвил его. Онисим заставил себя успокоиться. Осталась последняя надежда – сидор мертвеца и его КПК.
Лоцман вспомнил некролог:
«Погиб сталкер Сидор. Комплекс “Вектор”. Причина смерти: нет данных».
Покойник в штопаной, прилично оборванной по нижнему краю армейской белухе и штанах, в обнимку с автоматом лежал на боку возле ямы с артефактом. Комбинезон «Сумрак», плащ-дождевик, сапоги лежали кучкой рядом с телом. Видимо, Сидор сидел на амуниции, и, когда наступила смерть, мертвое тело завалилось на бок. В красных отсветах полусумрака схрона казалось, что охотник за наживой всего лишь спит. Лишь когда то один подрагивающий луч белого света, то другой возвращались к скрюченному телу, серая кожа выдавала истинное состояние человека.
Лоцман сделал шаг к мертвецу. Опустился на корточки и направил фонарик на лицо давешнего подельника. Луч от фонарика Зубра скользнул по скрещенным на груди рукам, поджатым ногам и сместился за спину покойного, когда здоровяк прошел внутрь схрона.
Лоцман вытянул вперед автомат и дулом толкнул труп. Худое, жилистое тело чуть качнулось, но не сдвинулось с места.
Труп закоченел. Грязно-белые волосы прилипли ко лбу и вискам, глазные яблоки впали. Кожа на открытых участках тела приобрела сероватый оттенок, кое-где появились небольшие темные пятна.
«Прямо как бездонные дыры», – невольно подумал Лоцман, всматриваясь в лицо бывшего товарища и пытаясь понять, от чего он умер.