По следам обречённых душ (СИ)

— А я… ответил, что не вынес бы этого, — голос Эпкальма задрожал, когда он ответил; дело шло к истерике.
— Что с тобой? — обеспокоенно спросил Глорас. — Он же движется дальше.
Грудь Эпкальма поразили тысячи стрел, разрывая на куски внутренности. Даже если всего несколько секунд назад, для него существовала какая-то надежда, то теперь она разлетелась вдребезги и вонзилась острыми осколками в сопротивленца. Эти обломки проникали всё глубже, разрезая его изнутри.
Не выдержав давления, он вдруг подскочил на ноги и ударил в стену кулаком, прочувствовав всю беспомощность, несостоятельность и невыносимую горечь утраты. Его глаза начало жечь до невозможного, хотя всего мгновение назад он пытался сдержать себя, пытался оставаться сильным. Нельзя так себя вести, ведь он сам виноват в произошедшем. Эпкальм не переставал твердить себе, что не имеет права на скорбь и злость.
— Я… — Слова застряли в горле, внутри похолодело. Он никак не мог взять себя в руки и закончить мысль. Потребовалось далеко не одно мгновение, не два и даже не три. — Мы придумали… экстренную связь и… если точка перестаёт моргать, она… — Эпкальм стиснул зубы, стараясь сдерживать наплыв эмоций. Хотелось кричать, выть, хотелось выплеснуть всю злость и отчаяние, хотелось разнести треклятую стену, лагерь тенадасеров и себя самого.
— Возьми себя в руки! — грозно прорычал Глорас.
Он подошёл к Эпкальму, развернул к себе и встряхнул за плечи, пытаясь привести в чувства, но того уже медленно пожирала тьма, выжигая в нём остатки спокойствия.
— Она перестала моргать… этот сигнал… он значит, что Сэлд мёртв, — еле выдавил срывающимся к концу голосом сопротивленец, отшатываясь к стене.
В глазах Глораса промелькнуло что-то, но Эпкальму было не до того, он страдал. Сгорал. Погибал.
— Хватит тут слюни пускать! — Глорас вцепился в плащ подопечного, снова встряхнул и заставил посмотреть ему в глаза. — Почему тогда точка движется?
Эпкальм замотал головой, погружённый в отчаяние и чувство вины.
— Тёмный бы тебя побрал, глупый мальчишка! Я же предупреждал! У тебя нет права так убиваться сейчас! Я сказал возьми себя в руки, живо! — рыкнул Глорас.
Слова ничуть не подействовали. Ноги Эпкальма сложились, удерживающие его пальцы наставника разжались, и сопротивленец повалился на пол. Он словно попал в прострацию, чувствуя, как горе затягивает его в бездну. Звуки, ощущения, зрение, всё начало окутывать мраком.
Внезапно начали доноситься шумы из лежащего на столе воксикса. Помехи и обрывки фраз, пока голоса не начали становится чётче. Эпкальм пришёл в себя, перед глазами в этой темноте появилось лицо Сэлда. Он сжал кулаки, ощутил, что содрал кожу и теперь тёплая вязкая жидкость сковывала кожу на костяшках. Эпкальм стукнул легонько по полу обоими кулаками, чтобы привести себя в чувства.
«Ради Сэлда, хотя бы ради него, я не должен так себя вести. Нужно взять себя в руки. Быть сильным! Ради Сэлда! Все страдания потом, сейчас нужно довести дело до конца», — проговаривая себе эти слова раз за разом, он смог более-менее привести мысли в порядок. Сопротивленец буквально задушил в себе скорбь, горечь и боль, проглотил их. Воспользовавшись способностью, Эпкальм отодвинул эмоции, запер в клетку, хоть и понимал, что позже они увеличатся десятикратно. Но вместе с тем он понимал, что сейчас сломаться просто-напросто не может, Сэлд бы ему такого точно не простил.
Собравшись с силами, он поднялся и приблизился к столу, каждый шаг становился твёрже предыдущего, пока эта уверенность не закрепилась.
— Что случилось, куда Вы уходили? — Голос прерывался помехами, но различался хорошо.
Эпкальм упёрся руками о стол и посмотрел на Глораса серьёзным взглядом, как бы говоря этим, что взял себя в руки. В ответ он получил кивок, а после они оба принялись внимательно слушать разговор по ту сторону.
Пусть и не сразу, но Эпкальм догадался, что Сэлд вероятнее всего, вместе с Памалем, Вильтом и Женей, встроил прослушку в жучок слежения, но почему она заработала именно сейчас, он так и не понял.
 
— Тра́дмус¹ из сопротивленцев, — прохрипел женский голос. — Недоумки, как вы его могли не заметить? Он же все наши планы слышал, — грозно зарычала она, явно гневаясь.
— Вы в… в порядке? — Голос собеседника, стал робеть. — И что с лазутчиком?
— Какая теперь разница! Кретины! Конечно я о нём позаботилась! За что все эти недоноски на мою голову, — продолжала бурчать приспешница.
Повисла недолгая тишина. Эпкальм и Глорас напряглись. Ладони Эпкальма вновь сжались в кулаки, однако он сдерживался, продолжая упорно душить мешающие ему чувства.
— Слушайте сюда, — зарычала тенадасерка. — Этот сопротивленец мог успеть передать сведения. На академию кувелов нападём ночью. Всё уже готово, нам осталось только забрать свиток. И ради тёмного, сделайте всё быстро и без лишнего шума, а то псы из седьмого прискачут!
— Нам выдвигаться сейчас?
— Что за олух! — разгневалась она. — Следующей ночью! Как ты сейчас успеешь всё подготовить? Чёрт бы вас побрал, не будь вы лишены мозгов, слуха и внимательности, не пришлось бы организовывать всё за день. Всё, начинайте приготовления, я вернусь к началу миссии.
Эпкальм вскинул голову к Глорасу, тот серьёзно посмотрел на него. Сигнал между тем начал постепенно угасать, однако точка на экране продолжала двигаться.
— Долго…кх-х…вам ещ…кх-х… нужно ходи…кх-х… в тот поган…кх-х… мир? — усилившиеся помехи перекрывали части слов, но Эпкальм всё ещё мог разобрать их. В этот раз говорил мужчина с низким басом.
— Надею…кх-х… не долго. Саму воро…кх-х… тит, — воксикс затих.
Дверь в комнату собраний распахнулась и внутрь горделиво вошла Гловиль, оценивая беспорядок и находящихся внутри людей. Глава не сразу обратил на неё внимание, а вот Эпкальм тотчас заметил постороннего, но решил, что ему не до неё. Глорас прервал тишину и сказал:
— Собирай отряд, я пошлю с вами ещё отряд Милены на миссию. Готовьтесь, следующей ночью нужно любым способом достать свиток, за которым они пойдут.
Эпкальм внимательно наблюдал за тем, как яркая точка движется по экрану, и думал, где же тело Сэлда. Неужели они везут его с собой? Пообещав себе вернуться за телом друга, он, наконец, закрепил спокойствие.
— Я же правильно понял? Речь шла о академии при седьмом ордене? — Эпкальм посмотрел на главу сопротивления, а после подавил остатки горечи, задушив их решимостью.
— Верно. Иди и отдохни, если сможешь, а утром начинайте готовиться.
Гловиль недовольно прочистила горло, привлекая к себе внимание, а после деловито прошла вперёд и остановилась рядом с Глорасом, окинув взглядом карты и записи, разбросанные по столу.
— Что тут происходит? — Она коротко стрельнула взглядом на Эпкальма. — Этот паршивец опять что-то натворил?
Эпкальм не дал ей никакой реакции. Сейчас ему не до этой женщины, он должен думать о том, чтобы успешно перехватить то, за чем охотятся тенадасеры и вернуть тело друга, для достойных похорон. Самым пугающим оказалось то, что он ощущал пустоту и невероятную напряжённость, на ряду с тяжестью в груди. Вероятно, уже после миссии, отодвинутые на задний план эмоции сожрут его со всеми потрохами.
Глорас напряжённо выдохнул и свёл брови, после чего заговорил:
— Сэлд погиб на миссии… Однако, теперь мы знаем о следующем шаге врага. Иди сюда, поможешь со стратегией.
Гловиль на миг остолбенела. Эпкальм же, понимая, что из её рта неизбежно польётся что-то привычно неприятное, решил поскорее убраться вон от греха подальше. Вся его решимость и напускное равнодушие держались исключительно на силе воли и стойкости. Не хватало ему ещё выйти из себя в такой момент. Нужно держаться, нужно быть сильным!
— Сначала ты мне всё объяснишь, — требовательным тоном заговорила Гловиль, после чего повернула голову в сторону Эпкальма, когда тот уже выходил. Они стояли спинами друг к другу. — Бесполезное отребье, вечно от тебя одни проблемы.
Эпкальм холодно хмыкнул, прикусил губу изнутри и спешно покинул комнату собраний.