Тайный вариант. Дилогия (СИ)

– Оборотень? – распахнул блеснувшие живым интересом глаза старший.
– Немножко, – мрачно буркнула девушка, – но узнала только декаду назад. До этого считала себя чистокровным человеком.
– Все мы когда-то были чистокровными человеками, – философски пошутил второй эльф, – зато смесок благодаря тебе стал чистокровным эльфом. Истинная любовь, вызывающая цветение, всегда пробуждает все спящие способности.
– Если это его порадует, то я просто счастлива, – примириться с тем, что Итенс будет один сидеть в этом дереве целых полгода, Эми никак не могла.
– Он будет спать, – непонятно как догадался о ее сомнениях эльф, – и постепенно восстанавливаться. И ему будут сниться сны… счастливые, светлые, потому что он уходил туда с улыбкой на губах. А выйдет совершенно здоровый, сильный, красивый и помолодевший… дерево вылечит все болячки, что скопились за жизнь.
– И никого не помнящий… – невольно сорвалось с губ девушки.
– А тебе хотелось бы, чтобы он помнил горечь безответной любви? – в голосе эльфа ни миг прорвались презрение и гнев.
– Нет! – Возмущение в душе Эми вспыхнуло мгновенно, обдало щеки огнем. – не хотелось. Совершенно. Но человек, потерявший часть своей памяти, кажется мне калекой… это так же страшно, как потерять руку. Он ведь забудет своих друзей, стремления, желания и обязательства…, станет, по сути, другой личностью.
– Не так, – примирительно пояснил старший эльф, – бесследно ничто не исчезнет. Просто он станет помнить нынешние события не так остро, для него словно пройдет не полгода, а несколько лет. А вот и старейшина.
В подтверждение его слов на холм вылетело несколько эльфийских лошадей и сразу же стало шумно и тесновато. Прибывшие ставили у подножия холма шатры и выращивали столы, лекари докладывали о случившемся строгому эльфу в вышитой дубовыми листьями рубахе. Эми с магом смирно сидели на прежнем месте, и Дейн ненавязчиво и успокаивающе поглаживал напряженные плечи девушки.
– Для вас готов шатер с умывальней, – подошел один из лекарей, – идите умойтесь и поешьте, позже старейшина вас выслушает. Он тоже устал, а спешить сейчас некуда.
Маг молча кивнул и повел Эми к указанному шатру, стоявшему чуть поодаль от других. Прежде чем войти привычно повесил сторожку, не собираясь отказываться от элементарных мер предосторожности. Хотя и понимал, что тут, на территории эльфов, вступать в противостояние с десятком не самых слабых магов просто смешно, если не сказать резче.
Шатры, которые можно купить в эльфийских лавках и шатры, какие они изготавливают для себя – это абсолютно разные вещи. Ну, во-первых, купальня. В обычном шатре ее просто нет, так как для установки нужны сильные заклинания магии воды и почвы. Во-вторых – второй этаж. Скорее маленький чердачок, но на нем умещается от двух до шести отдельных спальных мест, каждое с собственным оконцем и вшитым в стенку карманом для одежды. И наконец столовая, занимающая большую часть нижнего помещения. Мягкие ковры и подушки, низкий столик и шкафчик для посуды. Все из особой ткани, пышное и удобное, но очень легкое и свободно скручивающееся в тугую скатку. Эльфы умеют ценить место и сворачивать свои поделки так, чтобы не пропало ни пятачка свободного места.
Эми купалась первой, и вышла в столовую порозовевшей, в светлом эльфийском костюме поверх собственных, явно постиранных нижних вещей и с полотенцем на влажных волосах.
– Наверное нужно много магии, – вздохнула чуть виновато, – чтобы возить такие роскошные шатры. Вода горячая.
Дейн кивнул и создав теплый ветерок, высушить ей волосы, отправился мыться. Ему тоже очень хотелось полежать в горячей лохани, немного снять с себя тяжесть последних событий. И подумать о словах любимой девушки, так резко изменивших его собственное мнение о происходящем.
Да какое, к лешим мнение? Лебруз был абсолютно, на тысячу черных камней уверен, что Эми влюблена в Итенса. Она охотно смеялась над его шутками, позволяла переносить себя через ручьи, рассказывала ему сны и всякие детские секреты. В общем вела так свободно, словно они были давно знакомы… и очень близки. А потом вдруг заявила, что эльф ей друг… лучший и самый надежный… но есть еще кто-то другой. Кто? Дейн ведь не мальчик, он отлично изучил все уловки и взгляды женщин, которые выбирали его. На час, на день или в женихи. Да все их знают, эти приметы. Женщина сразу становится милой и улыбчивой, ловит каждый взор, крутится рядом, стараясь случайно задеть рукой или юбкой. И постоянно поправляет прическу и украшения, одергивает блузку и облизывает губы. Показывает товар лицом, насмешливо называет это один из напарников Лебруза, желчный и проницательный Харгус.
 
А Эми наоборот, старалась держаться подальше от него, прятала взгляд… мгновенно испуганно смолкала, случайно рассмеявшись над шуткой, и всегда, всегда, устраивалась поближе к эльфу.
Маг сердито фыркнул, ощутив, как похолодела вода в лохани и решительно выдернул пробку. Ожидаемого удовольствия купание почему-то не принесло.
Миэль сидела у заставленного едой столика и опасливо пробовала незнакомые блюда, мрачно размышляя о чем-то своем.
Именно так и встречаются настоящие возлюбленные, садясь напротив, с горечью усмехнулся Дейн и поспешил налить себе легкого цветочного вина, какое умели делать только эльфы.
Выпил полбокала и спохватившись, вопросительно глянул на ученицу.
– Тебе налить эльфийского вина? В нем нет крепости, как в обычных винах… зато оно бодрит и прогоняет тоску.
Эми молча протянула магу свой бокал, поблагодарила кивком и поднесла к губам.
Медленно сделала несколько глотков и вдруг глянула мужчине прямо в глаза.
– Что мы скажем старейшине, если он спросит, куда мы шли?
Вроде бы простой вопрос… и задан так тихо и ровно, как и должно спрашивать такие вещи. Но Дейна словно вывернуло наизнанку и снова свернуло от сложившихся в четкий узор деталей. Бесхитростной откровенности не умеющего лукавить взгляда, тревоги, читающейся в каждом движении губ и бровей, и слова «мы», с этой секунды объединяющего их не как спутников, а по-новому, намного серьезнее и значимее.
– Правду… – пробормотал маг, и, еще не веря самому себе, одним движением пересел ближе к девушке, осторожно приобнял за плечи, притянул к себе, – у нас нет причин ему лгать.
Мгновенье посомневался и бережно, опасливо прикоснулся губами к каштановым завиткам, пахнущим эльфийскими травами. В сердце вспыхнул костер, руки дрогнули, и Дейн уже смелее поцеловал любимую в висок, потом ниже, подбираясь к губам.
– Эми… я даже не подозревал… – не выдержал он через пару минут, не отпуская из жарких объятий задохнувшуюся девушку, – думал, ты отвечаешь взаимностью Итенсу.
– Фая так и сказала, – смущенно и счастливо фыркнула ему в плечо Миэль, – что мне бесполезно ждать, пока ты догадаешься.
– Вроде не такой уж и бестолковый, – слегка обиделся эксперт, признавая справедливость замечания жены мастера, – но раз и она все знала, значит действительно… непонятлив. Не будем об этом… у нас не так много времени. Сейчас я хочу знать главное, могу я называть тебя своей невестой?
Глянул в побледневшее лицо любимой и снова ругнулся про себя.
– Прости Эми… это я от счастья совсем запутался. – Лебруз осторожно снял с руки браслет, нажал на потайной рычажок и украшение распалось на две неравные половинки. Одна более тонкая и ажурная, с камушками и застежкой, вторая пошире, но с таким же узором и одним кастом. – Это мой родовой браслет… согласна ты надеть его и считаться моей будущей женой?
– Да, – тихо, но уверенно ответила девушка, протянув ему руку.
 
Пальцы мага дрожали от волнения и напряжения, пока он застегивал на ее руке браслет и запирал его охранным заклинанием. А потом, затаив дыханье, Лебруз следил как Эми неумело, но упрямо натягивает мужскую часть браслета на его руку и осторожно щелкает застежкой.
– Пусть теперь кто-нибудь попробует тебя отнять, – угрожающе пообещал Дейн, с полным правом обнимая свою невесту, – хвостов не досчитаются.