Королевство Крамтон (СИ)

В коридоре раздались шаги, и нам пришлось оторваться друг от друга. Я снова встала возле балконной ограды, а Симмиус встал рядом.
— Хочешь посмотреть, как люди празднуют? — шепнул Симмиус.
— Да, — улыбнулась я ему.
Сбежать из дворца. Нырнуть в поток веселящихся людей, чтобы остаться только вдвоем. И мы сбежали.
  
Глава 13. Ответ короля
 
Это был счастливый вечер. Приглашение короля на бал не обязывало нас все три дня находится во дворце, поэтому мы были вольны делать, что хотим. Сначала мы попали на прогулочную улицу, и она очень напомнила нам дворец своей освещенностью и разряженной публикой. Но путь наш лежал дальше.
На ярко размалеванной повозке, запряженной украшенной ленточками лошадкой, мы стороной проехали торговую улицу — там было не протолкнуться от народа. Прямо среди улицы плясали и пели гуляющие, кувыркались акробаты и выступали дрессированные животные. На столах высились горы румяных калачей с разными начинками, стояли блюда с разносолами, солониной и нарезанными караваями.
Мы вышли на сельской улице. Она была не мощеной, но широкой и просторной. Здесь можно было внезапно натолкнуться на задремавшую корову, случайно забредшего барашка или игривого жеребенка. Люди были одеты проще, танцы и пляски озорные.
— Это особенный сыр, — подхватил Симмиус пару кусочков с одного из столов и принялся меня кормить.
Все было вкусно, невероятно вкусно — ягодный пирог и овсяный кисель, овощная запеканка и мясное жаркое.
Мы искали семью Симмиуса, а внезапно увидели Риба. Непривычно оживленный и веселый, он был среди своей семьи. Я впервые увидела все семейство мельника сразу: приземистый крепкий глава семьи, круглолицая его жена и семеро похожих на родителей детей. Риб был старшим из детей и единственным, сохранившим цвет волос. Шевелюры всех остальных были абсолютно пепельными, зато одежды их сейчас были яркими.
Мы встретились с Рибом и, ни слова не говоря, рассмеялись.
— Я видел твоих, — сказал сын мельника. — Кромс пытался затянуть меня на борьбу.
Мы нашли Мирру, Ромуса и Кромса там, где сельчане мерились силой мускулов, меткостью и быстротой. Победителей награждали сувенирами или сладостями. Ромус был невесел и первое, что спросил у нас:
— Кадди разве не с вами?
Симмиус отрицательно покачал головой. Кадди любила дворец, хоть и провела там много лет в заключении. Но только во дворце она была счастлива те недолгие годы, пока королеву не убили. И когда мы уходили, она в упоении кружилась в танцах с разными кавалерами. К тому же, Кадди происходила из знатной семьи, хоть они и отказались от нее.
Кромс почти не заметил наш приход. Он был весь там, в соревнованиях. Крепкие руки, сцепившиеся в борьбе, быстрые ноги, перемахивающие через препятствия — мальчишка словно сам участвовал в соревнованиях. Ромус ничего не хотел, и только после усиленных просьб всего семейства он вышел показать себя в стрельбе из лука. Выиграл первый приз — это был мастерски вырезанный из дерева лучник — и отдал его Кромсу. Восторгу мальчика не было предела.
Мирра смотрела на свою веселящуюся семью с удовольствием. Однако ее радость что-то скрадывало. Никто ни разу не посмотрел на нее косо, никто не назвал ее колдуньей. Напротив, слава Симмиуса как одного из участников свержения Усдана, окружала почетом и ее саму. Но что-то было не так. Ее странным образом волновало свержение Усдана.
Разделив веселье с семьей Симмиуса и другими сельчанами, мы с Симмиусом ушли на берег реки. Как прекрасен он был в эту ночь. Казалось, река разделяет радость людей и тоже празднует.
— Может быть и так, — согласился со мной Симмиус. — Даже река не хочет нести свои воды во мрак. Она жаждет разрушения союза.
Природа, как и люди, хотела вздохнуть свободно, освободившись от Нежити. Этот путь только начинался, но первый и самый важный шаг был сделан. Кто бы не занял место Усдана, он будет под контролем короля. Серая гора больше не будет наводить свои порядки.
Мы гуляли по берегу реки и разговаривали. Симмиус просил меня рассказать про сердцевину Зеленого леса. Сердцевину, которую он почти не видел, пока был в беспамятстве. И я рассказала.
 
— И ты знаешь, как оказалась в лесу твоя мама? — спросил он.
Я не знала. Ни она сама, ни мой отец никогда не говорили об этом. А слухи я не хотела пересказывать. И боялась. После мы с Симмиусом стояли на берегу реки и целовались. Здесь мы признались друг другу в любви и дали обещание быть вместе.
Мы пробыли на берегу реки, пока не стало светлеть. Люди к этому времени уже разошлись — поля и домашние животные требовали каждодневного труда — и мы шли по полупустым улицам.
Когда мы подъезжали ко дворцу, бал только закончился и люди разъезжались. Король стоял у окна, видимо, провожая гостей. На нас он бросил только мимолетный взгляд. Я отправилась отдыхать. Я думала, так же поступит Симмиус, но он поспал всего пару часов и уехал по поручению короля. И вторую бальную ночь я провела без него.
Словно желая меня утешить, на первый танец король пригласил меня. Для этого бала я выбрала фиолетовое платье, думая только о том, понравится ли оно Симмиусу. Оно понравилось королю.
— Ты прекрасна, Алисия, — сказал он.
Я поблагодарила короля. Все мое внимание и все мои улыбки принадлежали ему. Но сердце мое было с Симмиусом.
— Помнишь, я говорил тебе о словах твоего отца? Он сказал, что ты достойна стать женой короля.
— Да, ваше величество. И я знаю, что ответила ему моя мама.
— И что же она ответила? — он притянул меня ближе.
— Что я достойна стать женой того, кто полюбит меня и кого полюблю я всем сердцем.
— Твоя мать всегда была странной женщиной, Алисия, — усмехнулся король и закружил меня в танце.
Вдруг взгляд мой выхватил огненно-рыжую шевелюру среди гостей. На мгновение мне даже показалось, что это Симмиус, чьи волосы приняли прежний вид. Но это был Ромус, непривычно пышно одетый. Король заметил мой взгляд.
— Симмиус знал, что сегодня не сможет попасть на бал, и просил разрешения отдать свое приглашение брату, — он пытливо посмотрел на меня.
— Кадди, — невольно вырвалось у меня.
— Вот как? — удивился король и улыбнулся. — Значит, все дело в ней.
Дело было в ней. Ромусу не удалось пригласить ее на танец — танцы Кадди были обещаны и расписаны — и он не сводил с нее глаз. Сегодня брюнетка была в темно-бордовом платье, очень насыщенном, и темным огнем мелькала среди танцующих. Ромуса она не замечала.
— Я давно живу вдовцом, — сказал король, — слишком давно. Но теперь все изменилось, Алисия. Пришло время дать людям королеву. И этой королевой будешь ты.
От неожиданности я остановилась, и нас стали толкать. Король подхватил меня и снова закружил в танце.
— Ваше величество, — пробормотала я, — это большая честь для меня. Но я не могу дать вам свое согласие, потому что отдала его другому.
— Разве я спрашивал о согласии? — усмехнулся король.
Он больше ничего не сказал. Мы протанцевали два танца. Затем король пригласил Кадди, а потом еще других дам. Я протанцевала еще один танец — с Мирнином — и ушла в тот коридор, с которого вчера смотрела вместе с Симмиусом на празднующее королевство. Снова доносилась музыка и крики радости, сверкали огоньки и в воздухе разливалась радость. А мне хотелось исчезнуть из дворца, перенестись к Симмиусу, где бы он сейчас не был.
Слуги короля нашли меня в этом коридоре. Король настойчиво просил меня вернуться в зал. И мне пришлось вернуться и снова танцевать — несколько танцев с королем, по одному с Ромусом и Мирнином и два танца с болтливым немолодым придворным. Слова короля не выходили у меня из головы, но он больше не заговорил об этом. И я вздохнула с облегчением, когда эта ночь закончилась.
Небо над Серой стеной стало светлеть, а Симмиус все еще не было. Мне удалось поспать несколько часов, но едва я открыл глаза, слов короля снова стали преследовать меня. Оказалось, я проспала приезд Симмиуса. Бросив обед, я помчалась к нему. Он, словно знал это, уже шел мне навстречу. Мы были одни в коридоре, и никто не видел, как я подбежала и обняла его. Его руки были такими нежными, его щека прикасалась к моей щеке. Симмиус нашел мои губы, и несколько минут нам было не до слов.