Я Обещаю (ЛП)

— Подними платье, - приказываю я. Оно такое длинное, что я наступаю на него.
Она собирает красную ткань в руки, и я несу ее по лестнице. На лестничной площадке опускаю ее на ноги, и она слегка покачивается.
— Подними руки, - приказываю, и Остин подчиняется.
Я тянусь вверх и расстегиваю молнию на платье. Молния останавливается у бедра, и в рекордное время платье падает на пол. Куча красного цвета лежит у наших ног, как лужа крови. Бюстгальтера на ней нет, но есть черные кружевные стринги. Я кладу обе руки ей на бедра и провожу пальцами между тканью и кожей. Опускаюсь перед ней на колени и медленно спускаю ткань по гладким, подтянутым ногам, нежно целуя внутреннюю сторону бедер. Она вздрагивает от прикосновения.
Ее безупречная кожа покрывается мурашками, и я улыбаюсь, прежде чем впиться в нее зубами.
— Коул. - Она задыхается, когда вздрагивает.
— Милая? - Я целую ее выше. Она задыхается. Чувствую жар ее киски. Она так готова ко мне. Но еще не все...
Мои руки скользят вверх и обхватывают ее попку - пальцы впиваются в плоть. Я с нетерпением жду момента, когда смогу оставить на ней отпечаток своей руки. Женские пальцы зарываются в мои волосы, а мои губы возвращаются к бедру. Она хнычет в знак протеста. Я улыбаюсь и снова прикусываю ее кожу. На этот раз сильнее. Она откидывает мою голову назад. Поднимаю взгляд и вижу, что она смотрит на меня сверху вниз, ее красные губы приоткрыты, она тяжело дышит. Соски твердые и готовы к моему рту. Встав во весь рост, я хватаю ее за бедра, поднимаю и бросаю на кровать.
Она удивленно вскрикивает, и волосы закрывают половину ее лица. Остин сдувает их с лица, когда я пролезаю между ее ног. 
— Мои каблуки...
— Оставь их. - Я планирую обхватить их кулаками.
Ее руки хватают мой смокинг, и она дергает за него, пытаясь притянуть меня к себе. 
— Сними его, - стонет она, и я смеюсь над ее отсутствием терпения. — Коул, - рычит она.
— Что? - Хватаю ее за запястья и сжимаю их над головой.
Она извивается подо мной. Выгнув спину, стискивает зубы, и ее грудь вздымается. Она начинает злиться. А я тверд, как гребаный камень.
Я скрещиваю ее запястья и обхватываю их одной рукой, удерживая. Моя свободная рука проникает ей между ног. Она раздвигает их, как может. 
— Такая охуенно мокрая, детка. 
— Пожалуйста, - умоляет она.
Я ввожу в нее палец. 
— Ты этого хочешь?
— Нет. - У нее перехватывает дыхание, и она двигает бедрами, желая большего.
— Чего же ты хочешь? - спрашиваю я, вытаскивая палец и вводя в нее уже два. Мой большой палец проводит по ее клитору, дразня.
Ее бедра снова выгибаются, а пятки впиваются в плед. 
— Тебя. Я хочу тебя. 
— Чего ты хочешь, милая? - Я люблю трахаться с ней. С той самой ночи, когда встретил ее на кладбище, я хочу ее вот так. И пользуюсь этим в полной мере.
— Трахни меня. Пожалуйста? Коул, просто трахни меня! - взывает она ко мне.
Я все еще не хочу давать ей то, что она хочет. Хочу заставить ее ждать. Потому что знаю, что завтра утром все будет по-другому. Я должен буду оттолкнуть ее, как бы сильно это меня ни убивало. Это нужно для ее безопасности. От меня. От группы. От всех. Я с готовностью отдам ее и буду молиться, чтобы она вернулась ко мне.
От одной этой мысли мне становится плохо.
— Коул? - огрызается она, пытаясь освободить свои руки из моей хватки. Не получается. — Что ты... Пожалуйста? - снова умоляет, покачивая бедрами под мной.
Ее идеальные сиськи совсем рядом. Я мог бы легко наклониться и взять твердый сосок в рот, но не собираюсь. Пока не собираюсь.
Опускаю голову и трусь о ее шею, вдыхая запах. Ее кожа уже покрыта тонким слоем пота. 
— Я собираюсь трахнуть тебя, милая. Только сначала хочу услышать, как ты умоляешь об этом. 
— Да, - хнычет она.
— Умоляй о моем члене, Остин. Умоляй, чтобы я был в тебе. Владел тобой. Трахал тебя. Уничтожал тебя. - Хочу услышать отчаяние в ее голосе. Потребность во мне. Потому что знаю, что пройдет много времени, прежде чем я услышу это снова. Завтра она возненавидит меня. Больше, чем когда-либо.
 
Она борется подо мной. Ее зеленые глаза сужаются, и я улыбаюсь ей. 
— Такая красивая. 
— Ты мне нужен, - задыхается она, ее тело сотрясается. — Пожалуйста, Боже... - Она выгибает спину. — Мне нужно, чтобы ты трахнул меня..., - почти кричит.
Я просто наблюдаю за ней. Она заводит себя, и в таком виде выглядит чертовски великолепно. 
— Такая нуждающаяся. 
— Коул! - рычит она. Ее каблуки продолжают вгрызаться в кровать, и я слышу, как рвутся простыни. Я улыбаюсь. Ее мышцы напрягаются в запястьях, которые я продолжаю сжимать. 
— Ты, блядь, владеешь мной, - говорит она, зажмурив глаза. — Ты этого хочешь? - Она вдыхает долгий вздох. — Ты владеешь мной. Ты мне нужен... пожалуйста...
Но любишь ли ты меня?
Качаю головой при этой мысли. Она никогда не сможет испытывать ко мне таких чувств. Не после того, что я с ней сделал. Но я докажу, что могу быть лучше. Ты будешь любить меня, Остин Лоус, независимо от того, что мне придется сделать, чтобы вернуть тебя после того, как причинил тебе боль в последний раз.
— Видишь, это было так трудно? - поддразниваю я.
Ее глаза распахиваются и смотрят на меня. Отпускаю ее запястья, и она тянется вверх, расстегивает мою рубашку, и пуговицы разлетаются. Обхватывает меня за шею и прижимает голову к себе. Отчаянно целую ее. Мой язык танцует с ее, а я протягиваю свободную руку вниз, расстегиваю молнию на брюках и беру в руку свой твердый член. Я трусь им о ее киску. С помощью бедер раздвигаю ее и вхожу. Болезненно медленно. Чувствуя, как она тянется ко мне. Она так охуенно хороша.
Она отрывает свой рот от моего и издает стон, прикусывая нижнюю губу. Ее глаза закрываются, и она выгибает спину.
— Это то, чего ты хочешь? - Я хочу трахать ее так сильно, что завтра она не сможет от меня уйти. Ей придется ползти. — Видишь, что бывает, когда ты хорошая девочка?
— Да. Боже... да. - У нее перехватывает дыхание, и я выхожу так же медленно, как входил.
После того, как я закончу с ней сегодня, хочу, чтобы она чувствовала меня несколько дней, даже недель, потому что не знаю, когда у меня будет следующий шанс обладать ею вот так.
— Мне нужно к папе.
Я покачал головой.
— А? - спрашиваю я, вырываясь из прошлого в настоящее. Потянувшись вниз, поправляю штаны, потому что, конечно же, я чертовски тверд.
— Мне нужно к папе, - повторяет она.
— Зачем?
Она поднимает на меня глаза.
— Мне нужно забрать свои вещи. Собрать все вещи...
— Это уже сделано. - Я прерываю ее и достаю из холодильника воду.
— Что? - удивленно спрашивает она. — Когда?
Сажусь рядом с ней, прекрасно понимая, что у меня стоит, но стараясь скрыть это от нее. Секс должен быть последним, о чем она думает.
— На прошлой неделе. Я попросил Бланш собрать все для нас. Все упаковано и уже погружено в грузовик. - Не хотел, чтобы ей пришлось зачем-то возвращаться в дом. Я боялся, что воспоминания всплывут. А они до сих пор не убрались. Не знаю, что они теперь собираются делать с этим домом.
Она смотрит на меня широко раскрытыми глазами. Протянув руку, я задвигаю прядь волос ей за ухо и провожу пальцем по всем ее пирсингам. За последние пару недель я нечасто прикасался к ней. Ну, скорее, последний месяц. С выпускного вечера. Приходится сдерживаться, и это одна из самых трудных вещей, которые мне когда-либо приходилось делать. Вот и сейчас, когда ее зеленые глаза смотрят на меня, мне хочется подхватить ее на руки, отнести на чердак, уложить и зарыться между ее ног. Но я знаю, что пройдет еще немало времени, прежде чем это произойдет.