Женился по расчёту и попал (СИ)
- Одними князьями, что первыми присягнули Рудбианну из Астарстании были именно Сатье. Именно тогда им и был пожалован титул маркизов. А еще говорят, что король, чье имя утеряно в веках, был из рода тех князей, и Цертоны – это и есть прямые предки всех нынешних Сатье.
- Последний из рода Сатье – маркиз Эраст отдал душу богу два года назад. Насколько мне известно его наследник умер во время своего рождения.
- Осталась еще одна значимая фигура.
- Сиенна?
Алан кивнул головой, поглядывая в сторону охмелевших воинов.
- Но она Корсальская.
- Так то оно так, но в ней течет кровь древних королей этой земли. И если у вас родится сын…
- Этого никогда не будет! – выпалил Рейтан и даже вскочил со своего места. – Эй, Рэдрик, не осталась ли у тебя еще твоего крепкого ежевичного вина?
- Для вас сколько угодно, милорд! – лейтенант кинулся к лошади и отвязал походный мешок. Пошерудив рукой, воин выудил раздутый бурдюк и поспешил вручить его барону. – Оставьте себе, господин. У нас вина еще достаточно!
Поблагодарив лейтенанта, Рейтан вернулся к Алану. Отпив из бурдюка, он протянул его сенешалю и тот охотно принял кожаный сосуд.
- Ты не дослушал меня, Рейтан. Я могу продолжать?
Барон кивнул головой так, что густая темно-пепельная челка упала ему на глаза превратив его в один миг в непослушного дерзкого мальчишку, от чего сердце Алана на мгновение сжалось, ведь он был всегда рядом, пока Рейтан рос сначала в Риверсхолле, а затем, после смерти Айешы, в походных шатрах его отца.
- Посмотри на свой герб, что ты видишь?
- Клинок и топор войны Ривердейлов!
- А что еще?
- Чешуя рыбы. Эта деталь появилась на фамильном гербе моего отца после того, как она взял в жены мою мать. Она южанка, с берегов Лазурного моря.
- Тебе не кажется, что эта чешуя слишком странная для рыбы?
- О чем ты?
- Эта чешуя скорее похожа на чешую рептилии. На змеиную кожу…
- Какое это все имеет значение, Алан? Я просил рассказать мне про проклятье Сатье.
- Проклятье Сатье, если верить легенде, таится в их королевской крови. Хотя сама по себе любая кровь падших правителей несет в себе проклятие, ибо их потомков будут преследовать до конца их дней, покуда не истребят последнего. Но легенда гласит, что первый владыка Цертон был потомком Змея, что обитал в море, на берегах которого прошла юность Айешы. Тогда оно заволось Змеиным и вместо рыб, вода вода в нем кишела рептилиями. Именно змеиная колдовская сила дала волю к победе Цертонам и повела их вглубь континента завоёвывать новые и новые земли. Первый захватчик дошел до самых берегов Пенного озера, что лежит на севере. Он бы пошел дальше, стерев с лица земли мелкую Астартанию и превратив ее правителей в своих вассалов, если бы не договор.
- Какой договор?
- Договор с Астартой, богиней вышедшей из пены. Она сразила красотой Цертона-захватчика, и он охваченный пламенем неземной любви отступил, обещав, что ее владения навсегда останутся свободными. Позже он втайне выкрал богиню, с помощью уловок и силы Змея. Цертон отвез ее на юг и выпустил в воды Змеиного моря, отчего то вспенилось подобно Иокрилтонскиму озеру, а его цвет приобрело лазурный оттенок.
- И с тех пор оно зовется Лазурным морем?
- Верно. Астартания осталась свободной, но без Астарты. Богиня часто выходила к жителям южных земель из вод, одеждой ей служила воздушная пена, что едва прикрывала ее стройное тело. Астарта тосковала по дому и не желала подчиняться похитителю. Тогда Цертон попросил Змея вселиться в свою избранницу и сломить ее изнутри. Но Астрата была богиней, а не простой смертной и сразу заподозрила неладное, она позволила Змею попасть внутрь нее, а потом отадалась Цертону. У них родилась дочь, которая и стала новым вместилищем Змея. Астарта не позволила вернуться рептилии в море, которое теперь считала своим. Она ушла в лазурные глубины и больше не являлась людям, а все женщины из рода Цертонов стали носить на себе печать одержимости Змеем.
- То есть Сиенна не просто потомок царского рода, но и богини Астарты и некоего загадочного Змея, которого перехитрила та.
- Можно сказать и так, - бурдюк заметно похудел переходят из рук Алана в руки Ретана и обратно.
- Древние сказки неплохо идут под ежевичное вино. Цена им та же, - едко заметил барон.
- И несмотря на это твоя будущая жена представляет угрозу для королей Астартании. Пусть эфемерную, но о ее предках слагают легенды, чем не может похвастаться нынешний потомок Рудбианна Меченосеца – король Фердинанд.
- А при чем здесь мой родовой герб?
- Твоя мать относится к боковой ветви рода Цертонов. Вы в некоторой степени дальние родичи с Сиенной, мой дорогой друг.
- Отец знал? – вся хмель Рейтана в одно мгновение выветрилась из головы, а разум прояснился.
- Да, - Алан утвердительно кивнул, видя, как округлились карие глаза этого все еще молодого мальчишки. Ему было по-отечески жаль Рейтана, ведь тот едва все еще осознает в какую передрягу он попал, согласившись на брак с графиней Корсальской.
- Он хоть любил мою мать? Или женился на ней назло Сатье, Агнусу и еще бог всеть кому? – барон снова вскочил на ноги.
- Думаю, любил.
- Во что я вляпался, Алан? Почему ты молчал раньше?
- У тебя не было выбора. Либо клинок в спину - та же участь, что постигла твоего отца. Либо ты встретишься с врагом лицом к лицу!
- Ты хочешь сказать, что они дадут мне забрать владения Сатье?
- Думаю, они выдвинут условия. А ты протянешь время, - Алан встал и схватил Рейтана за предплечье слегка притянув к себе и понизил голос. – У тебя не было другого выхода, Рейтан. Не было. Да, это ловушка. Но тебе нужны деньги, что лежат в сундуках Стоунхолла. Не забывай про то наследие, что оставил тебе твой отец – армия. Целая армия! Тысячи наемников с юга о которых едва подозревает Фердинанд со всеми своими советниками. Натан пожертвовал всем ради этого войска, потому что он знал, это единственное, что позволит его сыну выжить.
Глава 15.
Из трапезной я вышла в сад, обед прошел быстро. После того, как к нам с Дорианом присоединился Карлайл, у меня пропал аппетит, я сидела вся сжавшись в комок, хотя пыталась выглядеть непринужденно. Но из-за внутреннего состояния сильнейшей скованности я не смогла проглотить ни кусочка.
Легкий прохладный ветер обдувал мое обнаженное плечо, и я подставила ему и солнцу свое лицо. Эдриан мне был не безразличен, он меня волновал и пугал, мне хотелось быть с ним и бежать от него подальше. Вся эта буря эмоций вызывала смятение в моей душе и я понимала, что должна со всем разобраться.
- Сиенна, - услышала я знакомый голос у себя за спиной.
Я обернулась, напротив меня стоял Эдриан все в той же одежде для конной прогулки.
- Вы нарушили этикет, милорд. Явились в трапезную в неподобающем виде.
- И это мне говорите вы, графиня, после того как отобедали в наряде южных наложниц? Вы опять дразните меня?
Я удивленно подняла бровь.
- С чего вы взяли! Я и не подозревала, что мы будем обедать вместе, раньше вы в это время в трапезную не являлись.
- Сегодня я был чертовски голоден. Все утро объезжал непокорную кобылицу, - Эдриан с вызовом посмотрел на меня.
- Разве в замке есть такие? – я поняла, что он имеет ввиду. – За половину серебряного динария любая станет покорной и позволит скакать на себе сколь угодно долго.
- Слишком дерзкая графиня, - Эдриан приблизился и рывком притянул меня к себе. – Как вам не совестно вести столь откровенные речи с посторонними мужчинами? Вы разжигаете во мне пламя.
- У вас кончились монеты? – я дернулась на этот раз максимально сильно и резко, и тут же вырвалась из объятий похотливого наглеца. – Распоряжусь, что бы казначей выделил вам кошель с серебром. Сколько вы еще пробудете здесь?
- Столько сколько потребует долг, миледи, - Эдриан отступил и выставив ногу наигранно поклонился. Теперь в его глаза усмехались надо мной. Карлайл понял, что я ревную и это его явно забавляло.