The lust (СИ)

— Чимчим… не хочешь говорить, понимаю, я сам все выясню, просто знай, я был рад тебя услышать, — грустно говорит Мин и кромсает внутренности тому, кто на другой стороне трубки.
— Я скучал, котенок, — хрипло, еле заставив себя открыть рот, произносит старший.
— Чонгук… — выпаливает Юнги и сбрасывает звонок.
— Кто это был? — Чонгук вздрагивает от голоса подошедшей сзади и обнявшей его Ирен. Он еле сдерживается, чтобы не сбросить с себя чужие и почему-то ледяные руки. Этот холод пробирается под кожу и вымораживает внутренности.
— Никто, — и голос почти не дрожит. Чон берет девушку за руку и ведет в сторону особняка.
Нью-Йорк
Юнги трясет. Он сидит на стуле, подобрав под себя ноги, и глазами полными животного страха смотрит на телефон — будто из него и вправду может вылезти Чонгук. У Юнги сердце застревает где-то в горле — ни проглотить, ни выдохнуть. Трясущимися пальцами Мин тянется к сигарете и с третьего раза прикуривает. Прикрывает глаза. Чонгук прямо под веками. Раскаленным железом на сердце. Под кожей. В венах вместо крови. Чонгук. Разгоняется по всему телу, превращает внутренности в мясорубку, отключает все «до» и пугает тем, что после. Чонгук. Шесть букв и два слога. Длина жизни Юнги. Смысл его существования. Его отправная точка и пункт назначения. Чонгук. Словно не было этих выматывающих дней отвыкания. Не забыть, не стереть, не сжечь. Можно и не пытаться больше. Можно сворачивать свой театр лжи. Можно лечь прямо тут на пол на кухне и начать умирать. Ибо все бессмысленно. Кем бы ни стал Мин Юнги, с кем бы он ни был, как бы ни прожил эти месяцы, один его голос, одно его «котенок», и Юнги, как личность, заканчивается. Есть только Чонгук, и Юнги — его котенок. И пусть Мин будет миллион раз собирать себя и объявлять всему миру, что отныне у него новая жизнь — один голос Чонгука, и Юнги снова в особняке Техена, и Чонгук просит его вернуться. Все, что случилось после — не жизнь, а притворство. И оно только что закончилось.
========== 15 ==========
Комментарий к 15
Music: Two Feet - Love Is A Bitch
https://soundcloud.com/twofeetmusic/love-is-a-bitch
Автор очень надеется на понимание.
***
Первым делом, собрав мысли в кучу, Юнги звонит Техену, но тот не отвечает. Мин уверен, что все, что сказал Чимин правда, вот только он не понимает до конца, что все-таки произошло, и как за какие-то пару дней в Сеуле все перевернулось с ног на голову. Техен перезванивает через час и молча слушает, пока Юнги ему в истерике рассказывает последние новости. Техен с усилием сжимает в руке трубку, на автомате придумывает ответы на вопросы младшего и тянется за сигаретой. Мин требует Кима пойти и выяснить, что происходит с его близкими, пока сам он долетит до Сеула. А выяснять-то и нечего. Техен и так все прекрасно знает, единственный, кто здесь в неведении — это сам Юнги. Ким снова настаивает на том, чтобы младший остался в Нью Йорке, обещает сам со всем разобраться, но Мин непреклонен. Несколько минут препирания по телефону заканчиваются тем, что Техен сдается. Насильно удерживать младшего вдали от дома больше не получится, и Ким это прекрасно понимает, поэтому, закончив говорить с Юнги, заказывает ему билет и начинает придумывать себе оправдания.
У Мина есть целый день собраться, и хотя Техен угрожал, что долго Юнги в Сеуле не задержится, парень все равно достает огромный чемодан и начинает запихивать туда все свои любимые вещи. Юнги даже радости от того, что наконец-то возвращается на родину почувствовать не может — его безостановочно гложет мысль, что его близким плохо, что он сейчас так им нужен, а вместо того, чтобы быть рядом с ними, он прохлаждается в Нью Йорке. О Чонгуке Мин старается не думать. Юнги заключает сам с собой негласный договор, что будет решать проблемы по мере их поступления. Закончив собирать чемодан, он хватает в охапку Холли и спускается вниз, выпить кофе.
***
Техен сидит в своем кабинете и нервно постукивает пальцами по лакированному покрытию стола. Утром Юнги будет в Сеуле и все узнает. И то, что Техен врал, и про письмо Хосока, но самое страшное - он встретится с Чонгуком. Этой встречи не избежать, потому что все, за чем Юнги едет в Сеул, связано с Чонгуком. Техен бы очень хотел верить в придуманную иллюзию, что Мин этот этап пережил, что забыл и отпустил, но Ким прекрасно знает, что это не так. Ничто не забыто, и ничего не прошло. Так же, как у него самого. Стоит им увидеться, и все начнется по новой. Техен со злостью смахивает со стола чашку с остывшим кофе и встает на ноги.
 
Чонгук заебал. Он поднял и расширил свою империю, обручился с отличной партией. Он наводит ужас на всех своих конкурентов и держит в руках сердце Юнги. Техена все это выбешивает. Ким чувствует себя на обочине, где на всех скоростях вперед вырывается его враг, который, как и всегда, первый во всем. Так не должно быть. С этим пора что-то делать, надо это все прекращать. Техен хоть где-то должен успеть, прийти первым, утереть этому зазнавшемуся недоноску нос. Доказать, что он уже не тот вчерашний пацан, об которого Чон уже однажды вытер ноги. Но не выходит. Хотя… Пока Юнги в руках Техена официально и физически, и вряд ли у Чонгука все прошло к младшему. Ким не забудет, как тот умолял Мина вернуться. И пусть Чон гуляет налево и направо и даже невесту завел, Мин Юнги — не просто парень из его прошлого. Он камень преткновения, и все карты сейчас в руках Техена.
На этом Техен и сыграет. Если Чонгук все еще горит желанием заполучить Мина, то Техен с удовольствием его помучает, заставит своего конкурента харкать кровью — потому что Юнги его, и так будет всегда. Чонгук никогда не узнает, каково это, когда тебя любят в ответ. Так же, как и Техен не узнал.
А если Чонгук к Юнги безразличен, то Мин вернется в Нью Йорк разбитым, а Техен будет собирать его по частям, зализывать раны и становиться все ближе.
Техен вызывает Джина и, схватив пиджак, идет к двери.
***
Чонгук не может найти себе места. Они приехали в пентхаус в первом часу ночи, и с этого момента парень мечется по спальне и на все вопросы Ирэн говорит, что просто день был сложный. Девушка, сняв платье, подходит к застывшему у окна Чону, обвивает его торс руками и опускает свою руку на ремень, пытаясь открыть, но Чонгук накрывает ее ладонь своей, разворачивается и просит ее пойти спать. Ирэн понимает, что ее жених не в настроении и обиженно идет в постель. Чонгук уходит на кухню и до трех курит сигареты, пьет виски и пытается в алкогольном дурмане утопить голос, который он узнает из миллиона.
***
Юнги прилетает в Инчхон к десяти, и уже в полдень он подъезжает к особняку семьи Чон. Мин знает, куда идет, и на что может напороться, но судьба Моны важнее. В первую очередь он должен выяснить, что с сестрой. Когда Мин позвонил Киму из аэропорта и сказал, что отправил с шофером Холли в особняк, а сам он едет к Хьюну, Техен к его удивлению против не был. Юнги просто не знает, что Техен уже проверял, где Чонгук. Брат в офисе, а сам Техен сейчас едет на встречу с ним. Юнги с ним не столкнется.
Мин блокирует ненужные воспоминания и входит в такой вроде родной, но одновременно чужой дом. В гостиной его встречают Суран и Хьюн. Родители пьют кофе и сильно удивляются, увидев на пороге Юнги. Суран, бросив короткое приветствие, демонстративно отворачивается, а Хьюн просит парня пройти в кабинет.
— Не могу сказать, что рад тебе, — первое, что говорит Хьюн, стоит ему пройти за стол и опуститься в кресло.
— Я сам не рад вернуться, — врет ему парень. — Где Мона?
— Много всего случилось, пока ты отсутствовал, а твоя сестра совсем рассудок потеряла, — тяжело вздыхает Хьюн. — Ты-то знаешь, как я всегда к ней относился. Я ее любил, как дочь, жаль, что она мое хорошее отношение не оценила. Я считаю, что у всего должны быть рамки. Мона неподобающе себя ведет, я бы сказал безобразно, и именно поэтому она здесь больше не живет.
— Это Чонгук, да? Это он ее выслал? — сам зная ответ, спрашивает Мин и пытается проигнорировать прошедшее время в словах отца. — Я знал, что у нее есть чувства к нему, но она же ребенок, неужели нельзя было решить этот вопрос менее болезненным способом, неужели надо было ее прогонять? — уже возмущенно восклицает Мин.