Тварь (СИ)
Райва замолчал, а я задала логичный вопрос:
— Зачем ты рассказываешь мне всё это?
Вайр переступил с ноги на ногу, нервно провёл по волосам и, решившись, продолжил:
— Я помню сойлара, когда он ещё не носил на себе печать рода. У него были яркие глаза — живые, радостные, ярче любого золота. Печать рода не сразу забирала огонь его души, она медленно выкорчёвывала любые проявления чувств и эмоций, превращая сойлара в глыбу равнодушия. И когда последняя золотая искорка погасла в его глазах, сойлар окончательно потерял интерес к своей и чужой жизни. Он будто жил по инерции, Саш, и от этого мне больно. Мне больно, что сойлар забыл, что значит жить.
Райва резко отвернулся, а мне показалось, будто я увидела искорки слёз в уголках его глаз. Помолчав немного, Райва заговорил снова:
— Сегодня я смотрел в его глаза, и они горели золотом — тёплым, ласковым светом утерянной молодости, а сойлар душевно улыбался. Впервые за последние десятки лет. И я хочу, чтобы ты знала: я в курсе постоянных измен сойлари Сиодай, и я ненавижу её всем своим нутром. Хоть ты и не вайрини, но я готов служить тебе как своей собственной хозяйке.
Райва низко мне поклонился и произнёс:
— Пожалуйста, позовите меня, как будете готовы, лорнесса Саша. Я отвезу вас в малый дворец.
Вайр вышел, а я растерянно плюхнулась в кресло. Отношение Райвы ко мне стало приятной неожиданностью. Я глупо заулыбалась и не в силах сдержать радостный крик, уткнулась лицом в подушку и выпустила в неё все свои накопившиеся эмоции. Я была счастлива.
Глава 19. Страсть, нежность и трудное решение
Мы медленно летели над столицей Вайората. Широкие улицы-сады были заполнены веселящимися вайрами, звучала музыка, вайры танцевали, играли в незнакомые мне игры, наслаждались общением. Иногда Райва обращал моё внимание на некоторые строения и рассказывал их историю. Но мы в основном молчали.
Я опустила голову и разгладила складки на пышном длинном платье персикового цвета. Чем ближе мы подлетали к малому дворцу, тем больше я нервничала. Мне было откровенно страшно встретиться с Кайраной, в голове вертелся круговорот мыслей: вдруг он жалеет о сегодняшней ночи, вдруг будет игнорировать моё присутствие, вдруг Сиодай поговорила с незнакомой мне бабушкой Гаэшей, и та наставила сойлара на путь истинный? Так много сомнений и так мало возможностей для самоуспокоения. Да и о чём я вообще переживаю? И чего хочу от Кайраны — сойлара огромной империи, существа, так отличающегося от рода человеческого? И что могу получить? Я всегда мечтала о любящем муже, небольшом доме на поверхности и стайке детишек, весело играющих с псом в саду. Это мечты обычного человека, но не мечты вайра. О чём мечтает обычный вайр, я, скорее всего, никогда не узнаю, а спросить побоюсь.
— Вот мы и на месте, лорнесса, — произнёс Райва и опустил лайр на посадочную площадку. Я вышла наружу и с наслаждением вдохнула влажный морской воздух. С посадочной площадки хорошо просматривалась вся территория дворца. Малый дворец расположился прямо у берега моря, уходящего далеко за горизонт. Уже пара часов, как стемнело, и дворец был погружён в слабый жёлтый свет мириад фонариков-светлячков. В центре дворца находился колоннадный зал, именно там была сосредоточена большая часть вайров. От зала в разные стороны отходили мощёные камнем дорожки и вели в несколько малых залов, где так же веселились и играли. Весь дворец был окружён лесом со множеством беседок, небольших прудиков, фонтанов и симпатичных полянок. На полянах, расстелив пледы и обложившись подушками, отдыхали и неспешно вели беседы вайры и вайрини.
Райва позвал меня за собой, и мы медленно начали спускаться по ступеням вниз.
— Как я и говорил, к основной части мы не успели, — произнёс вайр, — но светящееся море вы увидите, лорнесса Саша.
— Райва, — я остановилась и посмотрела на лорна, — давай договоримся. Ты обращаешься ко мне на ты и только по имени. И я обращаюсь к тебе так же.
— Почему?
— Какая из меня лорнесса, Райва? — искренне возмутилась я, — я даже к расе вашей не принадлежу.
— Не это главное, Саша, — устало произнёс лорн, — а вот и сойлар.
Я посмотрела туда, куда смотрит Райва, и сердце моё пропустило удар. Кайрана разговаривал с императором Шьямаланом. Он искренне улыбался, о чём-то оживлённо спорил с Данеей ди Айв, и глаза его действительно светились ярким золотом. Я остановилась, не в силах двинуться дальше. Мне было страшно. Сойлар выглядел сейчас слишком прекрасно, но слишком недосягаемо: его серебристые волосы свободно падали на прямую сильную спину, длинная светло-серая накидка удлиняла силуэт, белая рубашка, небрежно расстёгнутая сверху, оголяла красивые ключицы без мерзких чёрных щупалец печати рода, а широкие штаны, стянутые внизу завязками, придавали образу сойлара какой-то задорный игривый оттенок.
— Что-то случилось? — обеспокоенно спросил Райва, когда я остановилась. Я отрицательно качнула головой, опустив глаза в пол, а вайр повел меня дальше.
— Сойлар Кайрана, — произнёс Райва, когда мы оказались рядом, — рад вас приветствовать.
Я осмелилась поднять взгляд и посмотрела на сойлара. Он внимательно разглядывал меня и улыбался. Я медленно перевела взгляд на его алые губы и тут же покраснела, почувствовав жар не только на щеках, но и внизу живота. В голове тут же одно за другим начали всплывать воспоминания о поцелуях сойлара, о его объятиях, о нашей близости. Я стояла среди уважаемых и сильнейших мира сего и думала о том, как сильно хочу Кайрану, и это настоящее безумие вогнало меня в краску. Я неосознанно свела под подолом платья ноги, скрестив их между собой, чтобы хоть немного унять возбуждение, тяжёлыми волнами накатывающее на моё тело, и отвернулась от сойлара. Мне было стыдно, но противостоять своему желанию я оказалась не в состоянии.
— Здравствуй, Саша, — произнёс Шьямалан.
— Привет, — отозвалась Данея и весело помахала рукой.
— Приветствую, — ответила я и поклонилась. Райва отошёл на мгновение, и вернулся с бокалом в руках. Он протянул его мне, и я, как изголодавшаяся, выпила почти половину.
Данея рассмеялась:
— Саша, поосторожнее. Это же алкоголь. Много выпьешь, точно уснёшь и не увидишь главного события этой ночи.
Я схватила с диска какой-то маленький фрукт и положила в рот.
— Извините, Данея, — произнесла я, — мне так захотелось пить, что я не удержалась.
Айамиа снова рассмеялась, только сейчас к ней присоединился и Шьямалан, осторожно обняв девушку за талию.
Я с опаской посмотрела на сойлара, он так же открыто смотрел на меня и тепло улыбался, а в глазах его разливался золотом мёд. Красивый, в очередной раз подумала я, и низ живота тут же отозвался тягучим желанием.
— Ты вовремя появилась, Саша, — впервые за время, которое я находилась среди иномирян, заговорил сойлар, — скоро начнётся то, из-за чего мы все здесь собрались.
— Сияющее море? — глупо спросила я.
— Да, — ответил Кайрана и обратился ко всем остальным, — что ж, пора.
И вайры побросали все свои дела, встали и медленно начали спускаться к морю. Это было похоже на паломничество к святым местам. Кто-то в толпе затянул мелодичную песню на древнем вайри, её потихоньку начали подхватывать остальные вайры, и когда мы оказались у кромки тёмной, но спокойной воды, песню пели уже все. Я посмотрела на сойлара, и он, улыбнувшись, прошептал:
— Смотри.
Я повернулась в сторону моря и замерла. Из морских глубин медленно начали появляться аквамариновые огоньки, они кружились в только им понятном танце, то собираясь в спираль, то расплываясь далеко друг от друга. Песня усиливалась, и огоньки, становясь всё ярче, начали вырисовывать узоры в такт мелодии. Их появлялось всё больше, они, не боясь, подплывали к самому берегу, освещая своим нежным голубым светом воду. Я, открыв рот от изумления, шагнула в море, села на корточки и зачерпнула в сложенные вместе ладони воду с мерцающими огоньками, почувствовав приятную прохладу и тепло от огоньков.