Весна в октябре (СИ)

* * *
Шикамару Нара был активным и бодрым ребёнком. Он знал, что станет шиноби, он знал, что пусть его и называли гением, настоящих результатов можно достичь лишь упорным трудом. Поэтому вперёд он шёл с упорством и целеустремлённостью шёл вперёд. Каждая минута безделья отдаляла его от цели: доказать... что именно он должен доказать, он представлял смутно. Но его цель, пусть и не оформленная в слова, маячила где-то впереди. Шикамару ощущал, что в его жизни есть какая-то пустота. Что ему нужен какой-то стимул, какой-то ориентир.
И лишь когда он увидел самого крутого в мире человека, этот ориентир у него появился. Шика расспрашивал маму и папу о человеке в восхитительном зелёном костюме. После того, как у родителей прошёл шок от новой причёски сына, после того как мама взялась за ножницы и подровняла его волосы, Шикамару услышал имя.
Майто Гай. Сын вечного генина Майто Дая, погибшего, в одиночку сдерживая устрашающих Семерых Мечников Тумана, некоторые из которых не пережили столкновения. Майто Гай не имел таланта к ниндзюцу и гендзюцу, все удивлялись, как он вообще смог стать шиноби. Но он нашёл парня, который был несоизмеримо сильнее его, нашел гения. И тот стал его вечным соперником. Гай рвался вперёд и вверх. Бесконечная пропасть, разделявшая его и Какаши Хатаке медленно и неуклонно сужалась. Пусть Какаши давно был джонином, а Гай лишь недавно стал чунином, но та сила духа и целеустремлённость, с которой двигался самопровозглашённый Зелёный Зверь, показывала, что Гай не остановится. Он обязательно станет джонином, а значит у него будет команда генинов. И членом этой команды должен стать он, Шикамару Нара.
Но для того, чтобы достичь вершин, для того, чтобы быть достойным стать учеником такого человека, Шике требовался свой Какаши, вечный соперник, человек, силу которого он должен будет превзойти. Человек, который после этого будет стремиться превзойти его. Чтобы ни на день не прекращалось бесконечное соревнование, обеспечивающее обоюдный рост силы будущих шиноби. И на текущий момент таких кандидатур было две.
Шикамару понимал, что ему придётся довольствоваться тем, что есть. То есть если сразу нет какого-нибудь гения, который установит недосягаемую планку, то сработает последовательный подход. Неуклонное соревнование с друзьями приведёт его к цели, пусть и немного медленней.
Шику ждало разочарование. Ни одна из кандидатур не оправдала возложенных надежд. Маленькую Ино не интересовало состязание, а Чоуджи больше интересовался едой. Их соревнования в поедании пищи быстро наскучили Шикамару, пусть друг и был в этом деле очень хорош, но превзойти кого-либо в количестве поедаемой пищи не было мечтой наследника Нара.
Отец не захотел слушать сына, сбежав по срочным делам шиноби, поэтому Шикамару обратился к маме за советом.
— Знаешь, милый, Микото всегда задирала нос, какой у неё одарённый сын. Но вряд ли тебе подойдёт Итачи.
При звуке этого имени, непонятная волна неприязни всколыхнулась внутри Шикамару.
— Итачи Учиха? Он убил всю свою семью?
— О чём ты говоришь, малыш? Вся его семья жива и здорова.
Шикамару мотнул головой. Мысль о том, что Итачи не подходит, крепко засела в его голове. Пусть незнакомый гений и не был подлым убийцей, но доверять такому человеку, а уж тем более брать его на такой ответственный пост как «вечный соперник» было решительно нельзя. К тому же, если его семья ещё жива, значит не допустить убийства — прямая обязанность Шикамару.
— Хорошо мам, Итачи не подходит. Но кто?
— Саске, младший брат Итачи — твой ровесник. Я не знаю про его успехи, но не сомневаюсь, что они будут немалыми. Микото сказала, что он хочет превзойти своего старшего брата.
Шикамару вздохнул. У Саске Учиха уже был вечный соперник, человек, вызывавший у Шикамару неприязнь. Шика решил, что подобный вариант следует оставить на крайний случай. В конце концов, осталось прождать несколько лет, не может случиться, чтобы не нашлось подходящей кандидатуры. А пока он будет готовиться к этой встрече.
 
— Ладно мам, я побежал! — он подскочил к матери и обнял её за ноги. — Мне нужно больше тренироваться.
— Скажи, сынок, — остановила его мать. — А почему ты тренируешься только физически?
— Я... Я об этом как-то не думал. Для меня физические тренировки и тайдзюцу как-то... наверное привычны.
— Ты молодец, милый. Но я полагаю, что тебе уже пора начать учиться управлять чакрой. Основы манипуляции займут пару месяцев, но тогда ты сможешь начать изучать наши семейные техники.
Глаза Шикамару загорелись огнём.
— Мама! Я научусь управлять чакрой за месяц! Если у меня это не выйдет, я подтянусь на каждой руке по двадцать раз!
— Молодец, мой сладкий. Беги пока что во двор, я к тебе сейчас присоединюсь.
Исполненный энтузиазма парень выбежал на улицу, а лицо Ёшино исказила зловещая торжествующая улыбка.
— Ну что, Микото, скоро мы узнаем, у кого в семье настоящий гений! Посмотрим, самодовольная сучка!
  
Глава 6
 
Орочимару неторопливо шёл по вечерней Конохе, погрузившись в самые приятные мысли. Всё-таки Мизукаге сошёл с ума и это была прекрасная новость. Недомерок Ягура не просто не стал осаживать невежественную чернь, пылающую завистью к обладателям расширенных геномов. Наоборот, он поддержал глупую и разрушительную для любой деревни политику. Его шиноби выслеживали обладателей кеккей-генкаев, затравливали их и убивали. Развернувшаяся резня должна была лишить Киригакуре изрядного количества человеческих ресурсов, при том, что по качеству они превосходили обычных кири-нинов.
Шпионская сеть Джирайи (Орочимару, скривившись, вынужден был признать, что затея напарника была неплохой) предоставила достаточно подробную информацию о кланах Кири. Анбу провели титаническую работу по вербовке осознающих безрадостные перспективы клановых шиноби. Переговоры были тяжёлыми. Шиноби были патриотами, но им также был свойственен прагматизм и желание спасти свои семьи. Предварительная договорённость была проста: «пока деревня лояльна своим шиноби, они остаются лояльными своей деревне». И пусть эта неторопливость немного злила Орочимару, но он понимал, что по-другому не будет. И когда в Киригакуре полыхнул пожар генетических чисток, в дело вступили Анбу и Корень. Мужчины, женщины и дети пропадали без вести, взрывались, подменялись на замаскированные трупы. В ход шли гендзюцу, использовались клоны разных стихий, дзюцу замены и прочие методы, которыми так славились шиноби в масках.
Пусть четыре с половиной сотни спасённых, что составляло чуть больше двух третей обладателей кеккей-генкаев Кири, были колоссальным числом и несомненным блистательным успехом, Орочимару всё равно морщился от досады — пропало столько ценного генетического материала, на котором можно было поставить тысячи опытов. Особую злость вызывали самоуверенные болваны из клана Кагуя, считавшие, что справятся с любой угрозой. Что же, их окровавленные тела были закопаны в одной братской могиле.
«Их жертва не будет напрасной!» — злорадно подумал Орочимару. Никто не озаботился сожжением трупов, многие Анбу владели Дотоном, а запечатать тело в свиток мог даже генин. В качестве утешительного приза Орочимару получил пятилетнего живого Кагую, что, пусть и не слишком устраивало, но было лучше чем ничего.
В остальном улов радовал — Коноха получила не только обладателей почти всех известных комбинированных стихий, но нескольких носителей неизвестных. Орочимару не имел понятия, каким образом работает Джинтон, Высвобождение Скорости, Котон — Высвобождение Стали, а также не знал как подступиться к Шотону, Высвобождению Кристалла. Жаль что последним геномом обладала одна-единственная девочка, это существенно ограничивало количество экспериментов.
Также Саннин радовался успеху с кланом Чиноике. Изгнанные с помощью клана Учиха из Страны Молний, они вынуждены были перебраться в Страну Горячих Источников и осесть в безрадостном месте, безжизненной долине, куда Орочимару не стал бы даже выселять плоды своих неудачных экспериментов. Орочимару ожидал конфликта с Учиха, Чиноике обладали Керьюганом — додзюцу, потенциально не уступающего Трём Великим. В Стране Воды был также найдена женщина с младенцем, возможно обладающие тем же додзюцу, но с уверенностью об этом могли сказать только тесты ДНК.