Наследник Бури (СИ)
Сейчас совершенно не хотелось планировать, что я ей скажу, но варианты против воли лезли в голову. Пригрозить? Подкупить? Отбросив очевидное, меня вдруг осенило. Использовать их оружие. Усмехнувшись, я перехватил женщину поудобней и прибавил скорости.
За поворотом ждала неприятность, два студента, растерянно разглядывавшие заблокированную из-за отсутствия питания дверь. Лера метнулась к ним, завершила длинный нырок кувырком и надавила пальцами на шеи. Пара секунд — и оба парня повалились без чувств.
Я упорно тащил Анну Игоревну дальше. Проходя мимо студентов, я всё не мог избавиться от мысли, что оставляю за собой слишком много тел. Эти хотя бы живые, да и меня увидеть не успели, но след слишком явный. Кто бы не охотился в стенах Академии, я добровольно повесил на спину мишень.
— Скорее! — окликнул нас Михайлов, едва я пересёк последнюю развилку.
Задумчиво поглядев на крадущуюся Леру, он открыл дверь, и, придерживая её ногой, перехватил у меня обездвиженную женщину. Плечо тут же заныло. Кажется, я себя переоценил.
— А где…?
Растерянно пялясь на чистую лестницу, без единой капли крови, я вопросительно обернулся к Михайлову.
— Я же сказал, что займусь. И Фёдор, — он понизил голос до сердитого шёпота. — Это стоило мне ОЧЕНЬ дорого.
— Всё возмещу. Лера, торопись!
Прикрыв дверь, она растерянно смотрела на расплавленный кусок, скользнула по мне взглядом и округлила глаза. Вспомнила, наконец. Благо, от комментариев Лера воздержалась, и молча замыкала нашу странную процессию.
— Периметр охраны усилен, — пропыхтел Михайлов, грузно спускаясь по лестнице, — и я не понимаю почему. Всех подняли на уши.
— Из-за прорыва стены?
— Нет, здесь явно что-то ещё… Я не нахожу логики в экстренных мерах.
Лестницы длинные, но всего пять этажей. На втором, Анна Игоревна зашевелилась, дыхание стало прерывистым и Лера, чудесная моя воительница, тоже это заметила.
— Давай-ка я, отдохни.
Пока я перехватывал у него тело, Лера прижала палец к её шее, продлевая сладкий сон, а Михайлов, свешиваясь с парапета, прислушивался.
— Вроде никого.
— Где мы её спрячем?
— Есть тут у меня одно подвальное помещение… Я хотел спрятать там тело, но увы.
Продолжив спуск, мы добрались до первого этажа, и Михайлов наклонился к металлическим своркам, расположенным под таким же углом, как и лестница. Он долго возился с замком, у меня уже руки начали дрожать от тяжести, но двери наконец поддались и перед нами открылась чернота подвала.
— Там хоть крыс нету? — осторожно переставляя ноги, я медленно спускался за ним. В качестве фонарика, Михайлов использовал экран планшета.
— Здесь чисто и сухо, — отмахнулся он. — Не гостевые апартаменты, но за пару дней с Анютой ничего не станет.
Мне не нравилось то, как он её называет. Если их что-то связывает, это может повлиять на решение моего подопечного. Надо будет ещё раз разъяснить, что я не собираюсь причинять Анне вреда. По крайней мере пока.
Низкие потолки, голый камень на полу и стенах. Здесь пахло пылью и запустением, но хотя бы, было сухо и тепло. Широкая комната разделялась на ветви коридоров, соединявших полупустые помещения. Как будто. Этот этаж просто не достроили. Михайлов принципиально не включал свет, он и без этого прекрасно здесь ориентировался.
— Сюда.
Снова перехватив у меня преподавательницу, он понёс её на руках в небольшую комнату, одну стену которой занимали дверцы стиральных машин. Цифровые панели безжизненно отражали свет импровизированного фонаря, выдернутые из розетки провода неаккуратно валялись рядом на полу.
— Посвети в угол, — попросил он. Я направил планшет, и увидел скатанный матрас, прислонённый к стене. — Быстрее Федя, я не железный!
Лера, заинтересованно оглядываясь, помогла раскатать матрас. Внутри даже небольшая подушка нашлась, так что Анна Игоревна наконец-то устроилась с комфортом. Женщина медленно дышала, на лице безмятежность. Не похоже, чтобы ей было больно, или что-то в этом духе.
Михайлов достал из барабана ближайшей машины покрывало и лампу на батарейках, пощёлкал тумблером, наконец-то нормально осветив помещение, заботливо накрыл преподавательницу и повернулся ко мне.
— Отойдём на минуту?
— Разумеется. Лера, посиди с ней пожалуйста.
Глядя в спину Михайлова, я пытался предугадать тему для разговора. Я ведь не проверил его как следует, сразу нагрузил своими проблемами. Но это кризис, непредсказуемый. Чтобы избежать плена в Магистерии, я пойду на что угодно.
Через несколько поворотов, мой проводник зашёл в пустое помещение с маленьким слуховым окошком. Сюда пробивался свет закатного солнца. Дьявольщина, я совсем потерял счёт времени.
— Здесь нормально, — шепнул он, остановившись перед окном. Свет бил сзади, окружая сияющим ореолом голову Михайлова и скрывая его лицо в тени. — Я сдержал своё слово, оба свидетеля спрятаны. Теперь ты сдержи своё.
Прислонившись к стене, я сложил руки на груди. Он прав, частью информации придётся поделится.
— Сегодня у меня был Казерай, и он принёс неожиданные последствия, — начал я, прогоняя дальнейшую фразу в голове.
— Ты победил?
— Да, но важно не это. Мой дар… Я не хочу вдаваться в детали, это секрет нашего Рода, но они стали свидетелями некоторого визуального проявления…
— Валерия тоже?
— Да.
— И её ты не стал убивать? Я ведь предупреждал о её тёмном прошлом. Почему Ей ты доверился?
— За это не беспокойся, она присягнула мне, как и ты. Я доверяю вам обоим.
— Тоже возьмёшь в семью? — усмехнулся он.
— Нет, цена её верности в другом. Не важно. С Пяткиным всё конечно, а Анна Игоревна… Я не собираюсь ей вредить, но и отпускать пока нельзя. Я должен донести до неё важность сохранности увиденного в секрете.
— Что же такого страшного они увидели? Я ведь тоже твой человек, Федя.
— Не сейчас. Я всё объясню, когда выберусь из Академии. В моём Родовом имении, за кружкой… — я невнятно махнул рукой, — чего бы ты там не пожелал.
Из-за тени, я не видел его лица, и позу Михайлов не менял. Понять бы, насколько после сегодняшнего выросло недоверие, но мне просто не с чего считывать информацию. И пока я формировал вопрос, он задал свой:
— Ты мог светануть чем-нибудь эдаким на Казерай?
Восстанавливая в памяти поединок, я вспоминал каждую деталь, но нет. Даже перехват летящей секиры не выходил за рамки того, что я слышал про дар нашего Рода. Разве что инцидент с Людой, но даже если там и есть скрытые камеры, мы были больше похожи на поссорившихся любовников, чем на дерущихся одарённых.
— Нет. Почти в этом уверен.
— Тогда я тем более не понимаю. Вся эта суматоха, — Михайлов махнул рукой в сторону выхода, — сильно вредит репутации Академии. Они не стали бы рисковать, без веского…
Нас прервал тихий «вжж» в его кармане. Быстро достав Планшет, он тихо выругался.
— Что там?
— Новости подоспели. И одна лучше другой.
— Ну? В чём дело?
— Куропатов-младший пропал, и… — он нервно хихикнул, — …тебя объявили в розыск.
Глава 18
Холодок пробежал по позвоночнику. В розыск объявили, значит. Я допускал сразу несколько вариантов, кто мог этому поспособствовать, и в каждом фигурировал Куропатов. Две новости связаны друг с другом, в этом я почти не сомневался.
— Есть подробности?
— Лишь сухая сводка. Это, — он потыкал пальцем в экран, — общий Магистерский канал, Федя. Не только высший состав.
— Значит меня будет искать каждая собака?
— Именно. И чем дольше ты скрываешься, тем хуже будет.
— Предлагаешь сдаться? — с нажимом спросил я. — Так не пойдёт.
Раздражённо взявшись мерять шагами комнату, Михайлов размышлял вслух.
— Подобные меры не принимаются просто так. Или они что-то нашли, или… готовят подставу. О ваших распрях с Куропатовым знает вся Академия.
— Дьявольщина…
— Ты можешь держаться рядом с кем-нибудь из официальных лиц, чтобы выйти в нужный момент, но…