Стражник (СИ)

— Думаю, когда Бугор приходил проверять лодку, эти его заметили и после… ну, ты понял, одежда попала сюда, — во время разговора я косился на зависшую фигуру. Пока деревянный монстр не проявлял агрессии. Видимо, ему плевать на все, только бы не беспокоили тело хозяина.
— Сука, — рев Скопа, злым духом заметался по стенам коллектора.
Я не обернулся, но Мел точно так же охарактеризовал ситуацию.
— Сука, Седой.
Пришлось посмотреть. Седой, ловко уводил лодку от берега реки, мастерски орудуя длинным шестом, и естественно мешок с монетами лежал у него возле ног. Я ухмыльнулся — не самый плохой способ избавления от грязных денег. Навряд ли мне подельники позволят сдать деньги капитану. А отдать такую сумму парням, значит приговорить их к удару ножом в печень, с последующим пребыванием в канаве после какой-нибудь попойки. Кто из нас сможет удержаться от безумных трат, разве что действительно податься в бега. Но у меня другой план.
— Я все верну. Как только вложу в дело. Клянусь, — не уверен, что Седой прокричал именно это, но верить очень хочется.
— Ладно, уходим. Михлану нужна помощь.
— Уходи, Сержант. Деньги, — впал в истерику Скоп. Смерть друга его волновала меньше, чем упущенная выгода. А что я? Я сожалел о гибели человека, но и только, а будь на его месте Мел? Впрочем, об этом думать не хотелось.
— Ну, хочешь, плыви за ним. Кстати, а где Дымный? — не увидев долговязого Обра, спросил я.
— Ушел, когда чучело появилось, — равнодушно ответил Сэмс.
Что же, об этой потере я сожалею меньше всего. Он воспользовался нами, чтобы сбежать от хозяина, и при первом удобном случае ушел, облегчив нам и себе дальнейшей поход.
Я покосился на висящую куклу, сторожащую мертвого хозяина. Внутри меня боролись ярость и здравомыслие. Верх вязало последнее.
— Скоп, ты выведешь нас отсюда? — спросил я.
— А как же Бугор? — расстроенным или истеричным он более не выглядел, скорей озадаченным.
Я поскреб подбородок. Бросать своего, конечно, поганое дело, но и тащить труп наверх — та еще загвоздка. Да, проблема. Я приблизился к мертвому подельнику, тяжело выдохнул и произнес то, что было определено правильно:
— Потащили.
Сэмс стянул с себя куртку. Я последовал его примеру, шипя от боли, когда пришлось отклонять назад руку с больным плечом. Мел освободил жердь от лампы, подал еще одну палку, лежащую рядом. Видимо, их запасли впрок для управления лодкой. Вдели в рукава, завязали, получились носилки. Скоп взялся за руки трупа, Сэмс за ноги, на счет два дернули тело и едва не покатились по влажным булыжникам. Бугор истлел прахом.
— Э-э-э, — протянул Мел, — я про такое не слышал.
Мы постояли некоторое время над прахом погибшего. Я искал прощальную молитву, но увы, подобных знаний у себя не обнаружилось. Как-то не готовился я хоронить людей.
— А он вообще какой веры был? — разбирая носилки, спросил я.
— Не знаю, вроде Триединый с островов, — я ждал ответа от Скопа, как-никак они были знакомы дольше всех, но пояснил Сэмс.
— Ясно, — коротко бросил я, беря лампу.
Все подавленные и расстроены. Кто смертью, кто раной, а кто потерей денег выдвинулись дальше. Сложно сказать, кто о чем думал, но это авантюра явно разорвала наши и без того не слишком прочные узы. Разве что легионерские связи выставили, по крайне мере, мне так хочется думать.
Я едва сделал десяток шагов во тьму, как остановился. Вот так уйти и не добить Неизвестного Проклятого и упустить такой шанс. Ведь тварь оклемается и с новой силой начнет уничтожать людей. И что не менее важно — я поступлюсь принципами, а там и не замечу, как начну искать компромиссы и, как итог, предам цель своей жизни. Сломаюсь…
Я проскрипел зубами. Клинок сам выскользнул из ножен, ведя руку вверх. К Беззу все это, я должен убить тварь. Уверенно приблизился к валяющемуся в лохмотьях телу, остановился в двух шагах, глянул на перестукивающего деревяшками стража. Перехватил клинок двумя руками, разбежался и прыгнул, под топот деревяшек, полный безрассудности и отчаяния рывок. Лезвие рассекло черную ткань стража и после врезалась в тело, закутанное в тряпье. Брызнула кровь. А я со всей возможной скоростью развернулся, готовясь принять смертельный удар от монстра.
 
Шум дерева по булыжникам стих, а из черного балахона, как последний удар сердца, упал обрубок черной руки. Фигура в плащ тихо скрипнула и прыгнула, я взмахнул клинком, и рассёк воздух, спустя миг услышав плеск воды. Тварь ушла. Вот и пойми теперь, по доброй воле оно защищало хозяина или нет. Да и плевать, собственно говоря.
Посмотрел на деревянный обрубок. Забрать, что ли, для Мела, а то с трофейной головой не сложилось. Мысль глупая, от того и не получила воплощение в виде действия. Подобрав лампу, побежал догонять парней. На душе просветлело, несмотря на весь пережитый ужас.
По коллектору бродили весь остаток дня. Я чудовищно проголодался и устал. К тому же Михлану становилось хуже и хуже, и я серьёзно волновался за здоровье друга. А еще дико раздражало постоянное нытье Скопа об упущенных деньгах, даже окрики не помогали.
Оказалось, выбраться из подземного города — это задача на удачу и смекалку, когда твой основной проводник мертв. Скоп старался, но выходило плохо. Почему-то вариант с отсутствием проводника мы не проработали совсем. Казалось, опасность таилась на всем пути нашей авантюры, но не в финале под землёй, когда все закончится. Почти все найденные нами выходы были или заделаны решёткой, или же заперты увесистыми замками.
Но все-таки удача нам улыбнулась в виде дряхлого деревянного люка. Выбив ненадежное препятствие жердью, мы-таки оказались на поверхности под властью пьянящего чистотой воздуха. Я без всякого сожаления избавился от провонявшей куртки, и сапоги бы со штанами выкинул, но бродить с голым задом как-то совсем позорно. Да и ноги надо беречь, в городе битого строительного мусора в преизрядном количестве.
— Где мы? — спросил Скоп, вертя головой. Спустившиеся сумерки изрядно усложняли ориентирование на местности.
— Вроде квартал Звонарей, — не слишком уверенно проговорил Сэмс. — Давайте пока прямо, я потом скажу, куда свернуть.
Мел и Сэмс подхватили полуживого Михлана, поднырнули под плечи и потащили вперед. Сам же раненый едва передвигал ноги. Прошли мы не больше двух десятков шагов, как из-за угла выскочил десяток легионеров. Их сержант наорал на нас, хотел было арестовать, но после передумал, увидев, настолько мы в плачевном состоянии. Лишь приказал валить по домам и носа не высовывать.
Следом нас задержал отряд стражников из патруля. Меня узнали, поэтому отпустили, пусть и с большой неохотой. В городе творился сущий бедлам. И я практически не сомневался, что наша авантюра дала ход пугающим событиям. В таком положении нам уже точно не добраться до лекаря. Рано или поздно кто-то заломит руки и отправит в камеру, если, конечно, раньше не прирежет.
— Давай сюда, — скомандовал я, показывая на недостроенный дом, с виду походящий на трактир.
Внутри нашли более-менее обустроенную комнату с топчанами, плохо сколоченным столом и парой ящиков, явно используемые в качестве стульев. Ночлежка для строителей, как есть. Уложив Михлана на циновку и отдышавшись, я распорядился:
— Ждите тут, я поищу лекаря, — и двинулся к выходу, как окрик Сэмса остановил меня.
— Я лучше знаю город, пойду я, — спорить глупо над очевидными фактами, а подвергать опасности жизнь друга из-за своей гордости — это последнее дело.
Я глянул из окон на спокойно идущего Сэмса. Бежать сейчас — не самый надежный способ добрать куда-либо, скорей верный шанс привлечь ненужное внимание. Парень вернулся относительно быстро, Мел только-только начал дремать, а Скоп злится на всех сразу. Он ворчал, сверлил нас взглядом и, кажется, собирался то ли кинуться в драку, то ли убежать.
— Что у вас случилось? — спросила молоденькая и до крайности симпатичная девушка в коричневой хламиде, едва войдя в комнату. Невысокая, с мягкими чертами лица и цепким взглядом, она явно представляла орден сестер милосердия.