Стражник (СИ)
Сократил дистанцию, выпад, довернул меч и привычным движением, после долгих тренировок, ударил клинком по запястью вышибалы. Бандит ухнул, присел и если бы не стена, то наверняка бы упал. Всю его браваду уничтожило всего пара ударов клинка, пусть и столько обычного как его владелец.
— … выкормыш, — донесся до меня глухой рык стоящего за спиной главаря подельников.
Один метнулся ко мне с длинным ножом, но весь его порыв пришелся в никуда. Ибо главарь явно мешал атаковать, я же холодно и расчетливо ткнул ему в плечо. Сталь легко пробила кожаную куртку, рука нападавшего обвисла. А я про себя отметил, как легко драться с артефактом из стали.
В мерцающем свете лампы, заметил тугую полоску черного дыма, вылетевшую из-за плеча и впилась в следующего бандита. Тот закашлялся поскользнулся на влажной брусчатке и свалился в небольшой поток нечистот, отчаянно суча ногами.
— Ненавижу, — просипел долговязый у меня за спиной.
Остальные трое бандитов поняли, что расклад поменялся не в их сторону. Сначала медленно попятились, а после удрали, не стесняясь показывать нам спины. Похоже, спокойная и сытая жизнь последних лет сделала из криминальных псов домашних собачек. Что больше лают и надеются на силу хозяина, чем на собственные навыки. Тяжело раненый вышибала поднялся и больше хрипя, чем ругаясь, бросился в последнюю атаку. Клинок легко оборвал жизнь негодяя.
Я развернулся, готовясь вступить в новую драку, но уже все закончилось нашей безоговорочной победой.
— Потери? — спросил я.
— Михлан ранен, и мы троих убили, — отчитался Мел, — рана не глубокая, но надо бы к лекарю.
— Понятно, — коротко бросил я.
— Сержант, я в норме, кровь не течет, так что помирать пока не собираюсь, — голос у раненого звучал бодро, — сейчас, парни, перевяжу и можем двигать дальше.
— Я займусь, — отозвался Мел, ибо более желающих не нашлось.
Дела становятся все хуже и хуже, с раненым на плечах передвижения изрядно замедлятся. Но ничего, главное выбраться из коллекторов, а дальше уже найдем, как подлатать Михлана.
Я присел возле лампы, осмотрел клинок — чистый, ни капли крови. Будем надеяться, что он ее не пьет.
— Ловко ты его клинком, — рядом на корточки присел Обр, по-прежнему дымя трубкой. — Я уже думал, хана нам. Перчатки Храна крошат все, чего касаются, даже мой дым.
Я пожал плечами, не желая продолжать разговор, и тем более обсуждать свой клинок. Мне бы кто объяснил, как он работает.
— Мог бы не взрывать Рыбу, а просто рубануть и все дела, — проговорил Седой, подходя к нам с мешком, столь ценную ношу он никому не доверял.
— Сильно сомневаюсь, чтобы вышло, — долговязый протяжно затянулся, несколько ударов сердца держал дым внутри и, на выдохе сильно хрипя, проговорил, — Рыба не так прост, как кажется. У него одежда из особой ткани, позволяет уклоняться от острых предметов… может, таким клинком и проткнул бы, но не факт. К тому же, он очень быстрый и живучий. От одной дырки в животе точно бы не скопытился. Но я наверняка эту паскуду убил.
— Понятно, — скупо ответил я, мысленно прикидывая, что лейтенант просчитал и такой момент, раз заставил меня именно взорвать бандита.
Я подхватил лампу, и мы одновременно выпрямились. Долговязый, склонив голову, спросил:
— Ты Обр?
— Нет, у него даже справка есть, — чтобы Мел не вставил комментарий, нужно нечто большее, чем вонючая канализация и жуткое похмелье. И после уже про Михлана — я закончил, крови больше нет.
Убирать и обыскивать трупы не стали, лишь забрали лампы и выдвинулись дальше. Я замыкал процессию. Пройдя метров сто, заметил, как цепляясь за дно, по ручейку плывет еще одна деревянная кукла. Странно это все, но вернувшаяся боль не позволила растекаться мыслям.
— Не бойся, сержант, дерьма больше не будет. Раньше этого добра тут, чуть ли не по пояс было, могло и унести. А сейчас город замер, и дерьма стали сливать куда меньше, — не правильно истолковав мою заминку, пояснил Скоп.
Шли долго, чем дальше продвигались, тем чётче слышался шум большой воды. Мел с радостью пояснил, что под городом сделали специальный канал для реки, дабы она смывала все отходы. Вроде этим занимался некий имперский зодчий, тот, что построил Имперскую башню и комнату без времени. Видно, хороший мужик, никакой работы не гнушался.
В конечном итоге вышли в огромный коллектор с множеством таких же отнорков, как и наш. Целый город под землей, только еще более сложный и предназначенный для смыва жизнедеятельности человека. Расскажи мне про такое кто с год назад, назвал бы рассказчика сказочником. Легче поверить в великанов и земляных людей, чем вот в такое сооружение.
Света ламп едва хватало для разгона тьмы в пару шагов. Дойдя до бурного потока реки, закованного в каменные стены, мы двинулись вверх по течению. И через шагов двести нечетко образовался край лодки. Скоп отбежал куда-то в сторону, подобрал с пола высокий шест, приладил лампу и поднял вверх. Тьма дрогнула, отступая на десяток шагов, предлагая взамен полумрак. Бугор склонился над скобой, отвязывая лодку, и неожиданно вскрикнул:
— Вашу мать! — реакция последовала однозначная. Клинки наружу.
Не найдя угрозы, мы приблизились к кричащему. Тот склонился над каким-то телом, лежащим на деревянной ступеньке, замотанным в разные лохмотья. Тут были полотенца, детские вещи, женские юбки, даже последний нищий более разборчив в одежде.
— Что там? — тихо спросил Седой из-за наших спин.
— Это… — Бугор замялся, а после голосом полным удивления проговорил. — Это Шестой Неизвестный, Мертвая Тишина.
Едва он успел произнести последние слова, как засипел. Тело пробила крупная дрожь от ног до головы, и бывший мародер рухнул на грязные камни. Я едва успел сделать пару вздохов, как тело подельника окоченело, словно подвергся заморозке. Все ошарашено смотрели на смерть Бугра, и пока никто не успел что-либо ляпнуть, я крикнул:
— Всем молчать!
Тут не надо быть экспертом по Одарённым, чтобы понять — любое упоминание этого Проклятого приведет к смерти. Я облизал губы, зацепив горькую тряпку языком, тут же захотелось сплюнуть, пришлось опустить защиту. Все отпрянули от Проклятого, даже не подумав оттащить тело Бугра. Я же, держал меч наготове, осторожно, мелкими шагами приблизился к завёрнутому в тряпье телу. Внутри разгоралась ненависть, толкающая на безрассудные поступки. Я буду не я, если не убью эту тварь, опыт имеется, как и проверенный клинок.
Остановился на расстоянии удара, наклонился, сердце замирает в страхе, рука стала липкой от пота, выдохнул и резко взмахнул клинком. В темноте что-то заклокотало и застучало, словно деревянные трещотки бились друг об друга. У меня мгновенно перехватило дыхание, помимо воли отшатнулся назад. Из темноты выскочила деревянная кукла в черном, изрядно подранном плаще, в этот раз с деревянной мордой какого-то хорька.
Сборщик людей. Я помнил фигуру на крыше во время атаки на город Проклятых. Борясь со страхом, сделал выпад в сторону твари. Наверное, самый идеальный из всех когда-либо выполняемых мною. Плащ затрепетал, скрывая часть клинка. Я скорей почувствовал, чем увидел, как кончик лезвия замер в волоске от тела деревянной куклы. Миг и послышался дробный тихий звук, и на свет выбежала орда деревянных игрушек. Они не мешкая кинулись в атаку. Я только и мог отбиваться ногами и отступать, стоило отодвинуться от Проклятого на пяток шагов, как атака прекратилась. Этот рукотворный монстр охраняет Проклятого.
— Сержант, кто это? — промямлил Мел, и тут же закрыл руками рот, пуча глаза в страхе. Но ничего не произошло, уничтожительная сила Шестого работает только на упоминание его персоны.
А в голову вскочила неуместная мысль: «Это впервые, когда всезнайка попал в тупик».
— Это страж, а эти недомерки, по-видимому, носили сюда одежду и все остальное.
— Я не про это, я про то, как… как так получилось, что недомерки принесли одежду именно сюда? — последнее слово приятель особо выделил.