Сидящее в нас. Книга вторая (СИ)

Успели им наобещать жуткой смерти, пока сюда тащили – мысленно взбесилась Таюли. Да и Ринда была не в восторге, метнув на ухмыляющегося короля недобрый взгляд. Демонам, конечно, приспичило, но устраивать из их кормёжки представление не самое благородное занятие. Сами же демоны…
ДЭГ первым кинулся на приговорённого парня и мгновенно слопал. Метнувшийся вслед за ним ЗУ опоздал и теперь негодующе вился вокруг Таюли. ОТ так и вовсе обалдело висел над Риндой, которая изо всех сил уговаривала его не бросаться на залётного огненного. Лишь риск убить Трёхликую сдерживал порыв хозяина северных земель немедля уничтожить врага. А возможно и спокойствие привыкшего к врагу ДЭГ сыграло свою роль.
Как бы там ни было, ЗУ, отвергнув остальных приговорённых, вернулся и продолжил возиться над головой Трёхликой. И ОТ проигнорировал королевский подарок, что служило признанием: неплохие люди. Обоих воинов по знаку короля толкнули на колени. Все уставились на мистических баб, с видимым равнодушием разглядывающих грязные ладошки и замызганные штаны.
– Ну? – не вытерпел король и минуты ожидания.
– Что? – холодно переспросила Ринда, искоса глянув на этого придурка.
– Не по нраву подношение? – едва заметно напрягся Испрей.
– Они чисты, – пожал плечами Лис. – Что бы там не натворили ребята, либо не нарочно, либо их подставили.
ЗУ бросил безнадёжные поиски обещанного обеда и свил гнездо на встрёпанной макушке Трёхликой. ОТ раздражённо тыркался по сторонам, аккуратно обходя огненно недруга стороной. Да и перекусивший ДЭГ не оставил попыток разжиться более плотным обедом.
– Чисты? – повторил король, что-то усиленно соображая.
Он, конечно, бесил Таюли своей… своим…, короче, бесил и всё! Но в голове как-то сам собой сложился образ вполне здравого правителя, явно всеми силами защищающего эту землю.
– Демон забирает лишь чёрные души, – напомнил ему Лис. – А любую другую не тронет, как бы не проголодался. Парни чисты, ваше величество, – с нажимом повторил он.
– Как это чисты? – нахмурился тот, медленно обводя глазами воинов, набившихся на обширный двор, обнесённый частоколом. – Иль суда над ними не вершили?
– Какая разница? – не удержалась от насмешки Ринда. – Ваши суды не имеют для нас ни малейшего значения. А вот человеческая ложь вся, как на ладони. И мы вам её, ваше величество, невольно показали во всей красе. Кто бы там, за что не обвинил бедолаг, обвинитель солгал. Опорочил их. Так что, по совести, их следует отпустить.
– Так! – мрачно прохрипел Испрей, поводя крутолобой башкой, словно бык перед броском. – Выходит, поклёп возвели! Где Щербатый?! – рявкнул он, едва не подскочив на месте.
Выяснилось, что тот вот только-только был туточки, да вдруг улетучился. Пространство рядом с взбешённым королём заметно подрасчистилось. Да и вообще вокруг всё как-то забегало и залязгало железом. Двуликие с дружным раздражением наблюдали за непонятной им суетой – демоны с дружным напряжением поводили раздувшимися телами, готовые наброситься на любую подходящую добычу.
Оправданных воинов быстро и с видимым облегчением избавили от пут – их уже и след простыл. Лис уселся подле короля, и между ними завязалась беседа, поглотившая внимание обоих. Южанин что-то рассказывал, а северянин слушал его со всем возможным вниманием, то и дело о чём-то спрашивая.
Во двор влетели несколько всадников. И не успели спешиться, как ЗУ метнулся вперёд и слизнул с коня одного из них. ОТ – начисто позабыв о вековечной вражде – пролетел вблизи от него и заглотнул второго. Кони шарахнулись.
– Почуяли! – выдохнул король, всплеснув руками. – Чуют тёмные душонки!
– Люди Хронга! – подсказал ему кто-то.
– Худое замыслили! – орали где-то.
– Хронг! Сука! – вторили другие.
Обойдённые вниманием демонов всадники попытались завернуть обратно, ища путь к спасению. Им заступили путь, забряцало железо. Несколько всадников вырвались за ворота. Троицу спешившихся, вытащивших мечи всадников уже обступали дружинники. Другие за воротами повскакивали на коней и помчались вслед за расторопными беглецами.
 
Вся эта суета была до смешного бесполезна: больше ни один не заинтересовал тыркнувшегося, было, и вернувшегося ни с чем ДЭГ.
И почти сразу демоны в едином порыве потянулись к воротам. Зависли над ними и замерли – от них даже не шарахались, убедившись, что на подворье им никто не интересен. Наконец, из-за левой створки вынырнула ощетинившаяся оружием толпа. Они даже не успели остановиться перед опасной преградой. Понять, что происходит. Ни вопросов, ни ответов, ни обвинений, ни оправданий – ничего, что превращает человеческие суды в зрелище. В единый миг какой-то вопящий человек взмыл в воздух, опутанный огненным щупальцем воспрявшего ЗУ. Пара секунд, и скорченное тело брякнулось на вытоптанную у ворот землю. ОТ с ДЭГ врезались в толпу, где и ледяным нашлось, чем подкрепиться.
Остальные дукребы, будто выдохнули все разом в облегчении – даже те, что продолжали махать мечами. Воины, как никто, понимают, когда опасность пронесло мимо.
– Изрядно! – задышал и король, усаживаясь на подставленный ему табурет, что отлетел в сторону от королевского подскока. – Вот оно, значит, каково бывает. Что и сказать: жуткая расправа.
– Не более жуткая, чем отрубленные руки, – обиделась за своего демона Ринда. – Или снесённая мечом башка. О том, как те же нотбы снимают кожу с живых, и поминать тошнотно.
– А то ж, – согласился Испрей, утирая лоб. – Кто б спорил. Однако…  
– Так что, мы можем поохотиться на имперцев? – раздражённо уточнила Ринда, которой до смерти надоел весь этот балаган.
Где более всего прочего бесили дурацкие взгляды, что ощупывали их даже не как женщин – как неких уродов, затесавшихся среди нормальных людей. Ещё немного, и потребуют, чтобы они им тут покривлялись на потеху.
– Так на здоровьице! – неожиданно развеселился король, плюхнувшись на подставленный табурет. – Жрите этих ублюдков, сколько влезет. Не ведаю, скольких вы, госпожа, этак упокоите. Но страху точно нагоните. А страх за нас, почитай, половину дела сделает, – потёр он руки в предвкушение победы.
– Я столько не съем, – съязвила Таюли, от всего сердца желая сбежать.
Испрей непонимающе уставился на неё, а потом слегка разочарованно хмыкнул:
– Жаль. Оно и верно: уж больно я разохотился до дармовой победы. А и хрен с ним: сколь бы набежников не сгинуло без ущерба для моих людей, за всё поклонюсь. Сообразить бы ещё, как нам сей подарок половчей к делу пристроить.
– Ну, это мне уже совершенно неинтересно, – поднялась Таюли. – Это вон, пусть почтенный Ашбек с вами обсуждает.
– Может, прогуляемся на берег? – потянувшись, предложила ей чуть расслабившаяся Ринда. – Там где-то наш бык с Аки гуляет. Парочка на загляденье.
Не успела она подняться, как в ворота влетел гонец, прямо из седла обрадовав своего повелителя известием, что враг на подходе. От любопытствующего насмешника не осталось и следа: король Дукреба подобрался хищным зверем, окаменел лицом и недобро сузил серые глаза под мохнатыми тяжёлыми бровями. И все его развязные воители мгновенно преобразились, наводя на мысли о единой, мощной безжалостной стае.
Совершенно не похожи на наших воинов – невольно признала Таюли – даже на тех, что поучаствовали в пограничных стычках. Даже на гвардейцев Саилтаха. И неизвестно ещё, кто бы взял верх, столкнись суабаларцы с этими северными бойцами. На первый взгляд, и снаряжены, кто во что горазд, и щегольской военной выправки кот наплакал. Но загляни в их глаза в такой вот момент, и сердце содрогнётся.
 
Со всего королевства собираются – дошло до Таюли, пока она шагала к морю под недоуменными взглядами серых глаз всех оттенков. Многие из них обычные крестьяне или мастера – попробуй в Суабаларе вытащить таких на поле битвы, так полкоролевства разбежится по щелям. А эти вон даже почти не боятся – досадуют больше, что оторвали их от дела и семей…
 Семьи – резануло по сердцу так, что из глаз вышибло слёзы – ведь многие из женщин сегодня овдовеют. И хорошо, если всё обойдётся лишь этим, а рабство? А разлука с детьми? Какое дерьмо!