(Не) тот ребенок (СИ)

Когда мы перестали чувствовать друг друга?
— Лёша, если бы я сдавалась от малейшей неудачи, то никогда бы не получила олимпийское золото, — напомнила очевидное.
Вернись ко мне, услышь, не тяни меня в бездну отчаянья, заставляя упиваться горем!
— Юля, ты потеряла второго ребенка.
Он не слышит меня!
— Третьего, — зашипела я, вырывая свою руку и прикрыв на миг глаза.
— Все это не малейшая неудача.
Он цепляется к словам, пытается вызвать во мне понятную для него реакцию, подстроить под свою картину восприятия, ломая меня еще сильнее.
— Я устала, хочу спать.
— Да, конечно, — Леша спохватился, поцеловал в висок и ушел. Врач ушла следом, бросив свое обезличенное: “Поправляйтесь!”
Без ее пожелания я бы сама не догадалась, что делать! Ненавижу врачей, больницы и Новый Год! Я саму себя ненавижу.
— Почему, Маша? — прошептала я, не понимая, отчего моя девочка не хочет возвращаться ко мне. Она не может простить меня. Как мне искупить свою вину? Что сделать?
Все эти вопросы спустя пару недель я задаю ей в глаза, на кладбище, у могилы.
Сегодня мы с ней один на один. Леша опять на сборах, и я рада этому. Его забота раздражает, он делает меня слабее, а сейчас не время для этого. Я должна выстоять, должна.
Маша молчит, отец, дожидаясь меня в машине, хмурится, а мама дома, все так же стабильно плохо.
При виде меня она оживает, начинает стараться что-то сказать, но получается только издать какие-то звуки. Ее руки не способны писать, и она плачет от бессилия. Каждый мой приезд. Поэтому на этот раз отец, пряча взгляд, попросил больше не приезжать, не травмировать мать. Он тоже оберегает свою женщину, как и Леша.
Они так похожи, что я лишь грустно улыбнулась на колкие фразы папы. Девочки действительно выбирают мужей по подобию отцов. Мне почти не больно, вернее я почти не чувствую боли, человек быстро привыкает к обстоятельствам. Я вот уже почти не схожу с ума, когда теряю близких мне людей.
Мама словно почувствовала, что я прощаюсь с ней и из последних сил подняла руку, чтобы уронить ее мне на спину, когда мы обнимались. Чёрт, чёрт, только бы не разрыдаться!
— Люблю тебя, — прошептала ей на прощание и всю дорогу домой давилась слезами. Как только в аварию не попала?
  
Глава 11 Алена
 
Я просматривала отчет организатора приема, и с каждой секундой мне казалось, что надо мной кто-то крайне язвительно шутит. Дорогое шампанское, королевские креветки, красная и черная икра, деликатесы и изысканные блюда, стоимостью… ох, даже больно смотреть на цену! Мой взгляд боялся опускаться к итоговой сумме, но разве у меня есть выбор?
Двадцать восемь тысяч триста сорок два доллара.
За эти деньги я могу приобрести целую партию необходимых лекарств, это четверть необходимой сумму для операции Владика!
— Вы шутите? — я посмотрела на женщину в синем брючном костюме, с идеальной прической и профессионально вежливой улыбкой.
— Алена Сергеевна, поверьте моему опыту, я не написала ничего лишнего.
— Разве? Этот прием организован для сбора средств, а не для того, чтобы ублажать элиту города! Вы хоть понимаете, насколько важны для нас средства? На счету каждая копейка!
— Вы заказчик, и вам решать, но позвольте мне объясниться.
Я кивнула.
— Люди могут быть жалостливыми и благородными, искренне желающие помочь больным детям, могут быть алчными и руководствоваться собственными интересами, сделать благотворительный вклад, желая избежать налогов. Кем бы ни был ваш гость, он никогда не забудет чувство неловкости от вашего приема, если вы окунете его в атмосферу бедности и серости. Люди не готовы сталкиваться нос к носу с болезнью и смертью. Они не простят вам такой реальности и больше никогда не примут подобное приглашение.
В словах женщины было слишком много резона, чтобы просто отмахнуться от нее.
— Подарите им праздник, феерию, пусть этот вечер они вспоминают с теплотой, рассказывают своим друзьям и партнерам, рекламируя ваш фонд. Пусть денежные переводы они отправляют с улыбкой на губах, чувствуя себя избранными, элитой, примером для подражания!
 
— Что вы предлагаете? — сдалась я.
— Несколько проверенных репортеров, которые представят мероприятие в выгодном для нас свете. Мы сделаем наши приемы своеобразным показателем статуса человека.
— Хорошо, я полностью полагаюсь на ваш опыт, — своего-то у меня нет, а Карина выглядит уверенно и говорит убедительно. Если прием себя не окупит, заплачу за него из личных средств, а не фонда.
Я зря волновалась. Прием не просто имел грандиозный успех и помог нам собрать свыше ста тысяч долларов, но и реклама всего фонда прогремела громко на всю область. Почту завалили письма от волонтеров и неравнодушных людей. Многие жены политиков и бизнесменов нашего города расспрашивали меня о фонде прямо во время приема и несколько из них были решительно настроены присоединиться ко мне.
Так волей случая я обрела поддержку и достаточно влиятельных помощниц. Алла Леонидовна очень активно взялась за спортивных инвесторов. Ее муж — известный на всю страну тренер хоккея, — имеет большое влияние в тех кругах, и к его жене все относятся благосклонно. К тому же, немолодая женщина всерьез загорелась идеей проводить время непосредственно с детками. Оказывается, у нее есть хобби — лепка из полимерной глины. Она очень хорошо помогает развивать детскую моторику, поэтому и врачи, и сами дети подхватили идею о мастер-классах подобного рода.
Ольга Николаевна — эффектная, статная женщина, мать троих детей и просто светская львица, — оказалась прекрасным психологом. По статусу работать ей не позволял муж, но здесь она смогла применить и свое образование, и навыки. Эта женщина поразила меня своей глубиной и желанием подставить плечо другому. Для каждого она находила нужные слова поддержки. Даже для меня.
Однажды я сама не поняла, как разоткровенничалась с ней и рассказала о Денисе. Я буквально не могла остановиться! Даже о том, что мы планировали, призналась, и о нерожденных детках поделилась. Последние месяцы они все чаще и чаще снились мне.
Эти сны были наполнены светлой грустью. Часть меня хотела, чтобы они стали явью, а другая боялась.
— Алена, чего вы боитесь больше: никогда их не увидеть или родить и потерять, как Дениса?
Тогда я не нашлась с ответом, но вот уже второй месяц во мне зреет решение.
Я безумно хочу прижать к груди наших с Денисом детей. Глеба и Снежку. Рассказать им, каким замечательным был их отец, и как мы любили друг друга.
Я все еще его люблю. Каждый день, каждый миг своей жизни. Другой мужчина рядом? За эти почти два года я не смогла даже взглянуть в сторону кого-либо. Несколько мужчин пытались оказывать мне знаки внимания, но я не могла находиться рядом с ними. Их невинные прикосновения ко мне, когда они проявляли себя галантными кавалерами, вызывали лишь брезгливость. Ни о каких объятиях, поцелуях, а тем более близости и речи быть не могло!
Так что ж мне всю жизнь оставаться одной, когда я могу создать семью, родить ребенка от любимого мужчины, стать счастливой матерью? Пусть мой век жены был коротким, но зато матерью я могу быть всю оставшуюся жизнь!
Судьба жестоко отобрала у меня Дениса, но в остальном я сама опустила руки и смирилась.
Глеб и Снежка. Их я не подведу, как мужа. Мы станем самыми счастливыми, и я научусь смеяться ради них!
  
Глава 12. Юля
 
Я стояла у окна, смотрела на дождь, который барабанил по подоконнику, и пыталась найти слова, чтобы достучаться до Леши. Последнее время мы словно в параллельных вселенных живем. Каждый варится в собственном Аду. Умом я понимаю, что надо что-то менять, искать какие-то точки соприкосновения, но на деле — просто не хватает сил.
 
— Ребенок все исправит, — убеждаю сама себя и вновь завожу разговор об ЭКО.