Следак 2 (СИ)

Оставалось лишь раскланяться. 
— Не, ну серьезно, сколько их было? — докапывался до правды настойчивый Денис.
— Трое, — пришлось признаться.
Смех прекратился и на меня со всех сторон посыпались одобрительные возгласы.
— Надо было убегать, — не поддержал остальных один из пациентов, помятый жизнью мужчина, что занимал скамейку напротив нас вместе с женой и детьми. 
— Неожиданно напали сзади, — соврал я. Понятное дело, если бы не Алина, я бы предпочел свалить, а не биться один против четверых. 
Между пациентами, а это были сотрудники правоохранительных органов, сразу же завязался спор на тему как надо было действовать и что бы они сами сделали в подобной ситуации. О нас на время забыли.
Участвовать в обсуждении мне не хотелось, так что я спросил о главном:
— А вы мне ничего вкусного не принесли? 
— Принесли, — произнеся это, Людмила вытащила из портфеля два бумажных пакета. — Печенье с конфетами, — пояснила она. 
— Круто, — отозвался я, представляя как устрою сегодня пир.
— Ага, — поддержал меня Денис, сглотнув и голодным взглядом провожая перекочевавшие из сумки на мою скамью пакеты со сладостями.
Пришлось один раскрыть и поделиться со страждущим конфетой. Коллеги посмотрели на Войченко с осуждением. А он, вместо того, чтобы устыдиться выпросил у меня еще две и тут же их сожрал.
От возмущения я тоже отправил себе в род одну шоколадную. 
Алина заботливо вытерла мне краешек губ пальчиком, я прифигел и печально посмотрел на Дениса, а этот гад вместо сочувствия показал мне большой палец.
Людмила с Ксенией растеклись в умильной улыбке. 
— Ну, мы тогда пошли, — тактично начала отступать в сторону выхода Журбина. 
Денис был явно против, и девушка красивая и конфеты недоедены, но, подмигнув мне, послушно поплелся следом.
— Так я тоже уже ухожу, — слишком прытко для больного поднялся я со скамейки.
Не хотел я оставаться наедине с «моей девушкой», которую даже толпившийся здесь народ не смущает. Чтобы не оправдываться и не объясняться я поморщился словно от боли. 
— Да, да, конечно, — встрепенулась Алина. — Я к тебе завтра приеду, — напоследок обрадовала меня она. 
— Ну зачем тебе ехать в такую даль? — принялся я ее отговаривать. — Меня же скоро выпишут, тогда и увидимся. 
— Нет, я все же приеду, — Алина была непреклонна, завоевав тем самым симпатии моих коллег. Денис на этот раз показал мне два больших пальца.
— Альберт, не спорь, — одернула меня Журбина.
— Ладно, все, я пошел. До встречи, — поняв, что спорить бесполезно, я забрал свои гостинцы и потопал в сторону лестницы. 
В палате было все как обычно. Сосед стонал во сне, в окно опять барабанил дождь. 
Так и не убранные журналы, я переложил на соседнюю пустую тумбу, а на свою сгрузил добычу. Достал ложку и уселся с банкой на кровать дегустировать принесенный мне плов.
Затем пришла очередь чая. Разжившись в коридоре кипятком, я высыпал сладости на тумбу и уселся с полным стаканом на кровать. 
Зашла медсестра капать соседу новое лекарство. В руках она держала небольшой белый поднос со всем необходимым.
— Смотрю тебя посетительницы гостинцами задарили, — спросила она, развернувшись ко мне грудью.
До этого женщина демонстрировала мне задние полушария, проводя манипуляции с капельницей. А я в это время уминал печенье с конфетами и смотрел очередное устроенное ею для меня представление. 
— Хочешь конфетку? — спросил я, слизнув языком со своих губ шоколад.
— Хочу, — она ответно облизнулась.
Поставив уже почти пустой стакан на тумбу, я подхватил одну из конфет и сорвал с нее фантик.
— Иди сюда, покормлю, — поманил я медсестру сладким. 
— А ты справишься? — с сомнением протянула она, сделав шаг в мою сторону и качнув бедрами.
— Сегодня ты будешь главной, — пообещал ей я.
Заинтересованно ухмыляясь, она сделала еще шаг. 
Отступление
Головачев вылез из служебной машины. Прикинув что провести в Управлении придется не меньше часа, он отпустил водителя на обед. Сам же, чтобы не промокнуть, поспешил скрыться в здании. 
 
Приехал он строго к назначенному времени, но отчего-то так вышло, что в кабинет начальника следственного Управления подполковник зашел последним. 
— Илья Юрьевич, наконец-то, — поприветствовал его Исаев, что сидел во главе стола. — Товарищи, можно начинать, — обратился он уже ко всем остальным и зашуршал бумагами, которые лежали перед ним на столе.
Головачев занял свое место, находившееся посередине стола и оглядел присутствующих. Начальник областного следственного Управления Исаев Михаил Константинович, грузный мужчина с вечно хмурым выражением лица. В этом году отпраздновал пятидесятилетний юбилей, а годом ранее получил звание полковника и почетное звание заслуженного юриста. По правую руку от него сидел один из его замов Тишков Семен Варленович, что почти месяц назад приезжал к ним в отдел, где стращал всех карами за повторное применение следователями залога. Место по левую руку от Исаева занял начальник городского следственного Управления Петр Павлович Назаров, человек жесткий и прямой. Было непонятно, как он с такими качествами характера смог подняться так высоко. Дальше сидели коллеги — начальники следственных отделов города и области. С некоторыми из них, в основном с областными Головачев прекрасно ладил, а вот с городскими конкурировал. Мерился с ними показателями, воевал за бюджет и кадры. 
— Товарищи, - начал заседание Исаев. — из Министерства опять прислали распоряжения об организации на местах работы по направлению недавно созданных в министерстве комиссий, — полковник положил поближе к подчиненным стопку отпечатанных машинисткой копий распоряжений, чтобы те их разобрали. — Нас к этой работе, без сомнения, привлекут в первую очередь, поэтому прошу внимательно изучить и проработать данный вопрос, а также представить свои предложения по организации работы комиссий на местах. Особое внимание уделите комиссии по укреплению законности в деятельности органов внутренних дел, скорее всего, кто-то из вас войдет в рабочую группу. 
— К какому сроку нужно представить предложения? — уточнил Назаров.
— До конца первой декады октября, — задумавшись на пару секунд, ответил Исаев. 
— И не тяните, товарищи, — вторил начальнику его заместитель. — Шафиров уже на счет одной из комиссий подсуетился. Создал в Управлении группу по вопросам политико-воспитательной работы среди личного состава. И если мы затянем работу, то нас обязательно ткнут носом в его успехи.
— Так это же Шафиров, — усмехнулся Назаров, — умеет держать нос по ветру и знает как угодить министерским.
— За это его и прозвали непотопляемым, — глубокомысленно заметил Тишков.
— Непотопляемый он из-за своих связей. Знает с кем надо дружить, — некорректно высказался о заместителе начальника Управления МВД по кадрам Назаров. 
— Это вы, Петр Павлович, намекаете на Свиридова, что недавно в горком перешел? — ухмыляясь, поинтересовался Тишков.
— Товарищи, товарищи! — призвал всех к порядку Исаев, пресекая обсуждения главных лиц города. — Переходим к следующему вопросу, — полковник окинул всех строгим взглядом, убеждаясь, что подчиненные вняли его предупреждению, после чего положил перед собой скрепленные скрепкой несколько листов бумаги. Рядом сидящие увидели, что это копии. — Наставление за подписью самого министра, — озвучил он название документа.
Все присутствующие напряглись. Подобного рода акты, как правило, содержали фантазии руководства на тему как тому видится эффективная работа следственного аппарата.
— Здесь говорится, — смочив горло водой из стоящего рядом стакана, начал объяснять Исаев, — давайте я лучше это зачитаю, — оборвал он себя на полуслове и, поправив очки, продолжил, — «при назначении меры пресечения следователям МВД необходимо руководствоваться нормами уголовно-процессуального кодекса, а также принципами разумности, законности и гуманизма».