Плоды мести (СИ)

Аспикс по-прежнему что-то лениво пережевывал в стойле. Его бока намазали жиром так, что они лоснились. Рога утопали в цветах, а между ними красовалась небольшая золотая корона с выгравированным полумесяцем и россыпью звезд вокруг. Возле быка суетились прислужники, завершающие приготовления к обряду возвышения. Они что-то сооружали перед мордой, но рассмотреть это от входа в пещеру не получалось. Там же горело множество ароматных свечей, наполняющих пещеру густым терпким запахом благовоний. А на дальней стене висел огромный портрет Каввеля, изображающий его с такой же короной на голове и лабрисом в руках. Лабрис на портрете ярко светился теплым золотистым сиянием.
Неподалеку на плетеном коврике, расстеленном на полу, развалился Ссашкиш. Он лежал на спине, закинув чешуйчатые руки за голову и мирно похрапывал. По всей вероятности, наблюдение за приготовлениями утомили служителя культа. К тому же ночь уже давно вступила в свои права, и жрец имел полное право погрузиться в мир грез.
— Эй, лягушка-переросток, — взревел не своим голосом Ларс. — Поднимайся и объясни-ка мне, какого демона тут происходит?
Ссашкиш резво перекатился с коврика на пол, схватил лежащее на полу рядом копье и выставил оружие острием вперед между собой и гномом.
— А, это опять ты, — почти разочарованно сказал он, обшаривая глазами пещеру в поисках других опасностей. — Я уж думал, Миримон нас предал.
— Пока нет, но это дело времени, — хмыкнул фон Триллер, — если ты продолжишь транжирить ресурсы, которые можно пустить на укрепление нашего влияния.
Жрец досадливо клацнул зубастой пастью и властным жестом приказал прислужникам убираться вон. Те тут же прекратили работу и незаметно выскользнули наружу мимо расступившихся и тут же сомкнувшихся за их спинами големов.
— Ты уверен, что стоит распинаться об этом при непосвященных? — спросил Ссашкиш, наконец опуская копье.
Гном в ответ как-то недобро усмехнулся.
— Этих, что ли?
Могара воззрились на обоих с нехорошим предчувствием. Единственный выход из пещеры закрывали три бездушных каменных истукана, а еще двое встали позади нее.
— Карл и так наш, а то, что ты сразу не обработал юную леди соответствующим образом — это недоработка твоей ленивой хвостатой задницы. Однако ты не ответил на мой не до конца сформулированный вопрос. Что это ты удумал делать с Аспиксом?
— Не твое дело, — огрызнулся ящер. — Занимайся своей наукой, а мне оставь вопросы веры.
Могара напряглась всем телом, готовясь что-нибудь предпринять, и бросила на мульфибла возмущенный взгляд. Тот виновато отвел глаза.
— Смотрите, кто у нас стал самостоятельным, — с нескрываемым сарказмом парировал гном. — Да если бы не я, ты бы до сих пор не знал даже о свойствах собственной слизи! До сих пор бы в своих болотах слизней пас! Думай, на кого пасть разеваешь и отвечай очень осторожно.
— Ш-ш-ш, ритуал же, — обиженно прошипел враз поникший жрец. — Сегодня как раз подходящее полнолуние. Ты же помнишь пророчество? «В ночь луны в месяц банме Аспикс станет Сераспиксом, когда прольется его жертвенная кровь». Предлагаешь еще год подождать?
— Ты глупее моих големов, — Ларс накрыл лицо ладонью правой руки. — Он нам полезней в виде быка. Где гарантия, что твой ритуал сработает? А так у нас будет живое воплощение бога. Это даст приток новых послушников и материал для экспериментов. Разве кто-то заставляет проводить церемонию сразу?
— Что бы вы тут ни задумали, но мне очень не хочется оставлять у вас Каввеля, если его кто-то собирается зарезать, — решила вмешаться в спор Могара.
Ящер и гном посмотрели на нее, как на ожившую статую.
— Ах, да, — хлопнул себя по лбу Ссашкиш. — Нам же нужна покорная Спутница. Карл, она уже съела лепешки?
Тауроса почувствовала, как шерсть на спине и голове начинает становиться дыбом. Ей дали яд! От обиды рот непроизвольно раскрылся, а горло издало низкое, почти звериное рычание.
— Нет-нет, госпожа, — Карл не знал, куда девать глаза и руки от смущения. — Вы неправильно поняли. В них не было ничего опасного для вашего здоровья. Там всего лишь… одно снадобье для успокоения.
 
Могара вдруг почувствовала легкую тошноту и прижала руку ко рту. Мульфибл повернулся к ней лицом и незаметно для остальных подмигнул.
— Ты мне за это ответишь, — зарычала она и упала на пол, держась за живот. — Как больно!
Изо рта тауросы пошла пена.
— Хм, нетипичная реакция на мою слизь, — пробормотал ящер, спешно подходя ближе.
Он склонился над девушкой, но та перестала корчиться и молниеносно вцепилась левой рукой в шею жреца. В следующий момент уже Ссашкиш валялся на полу, а принцесса, сплевывая остатки пены, подмяла его под себя и держала нож у горла ящера. Выпученные глаза гада беспокойно забегали, ища способ спасения. Гребень на его чешуйчатой логове трусливо побледнел и обмяк.
Фон Триллер прочистил горло и заговорил вкрадчивым голосом.
— Оставь ты этого дурака, принцесса, — его тон был спокойным, но нахмуренные брови и чуть дрожащий голос выдавали бурю эмоций внутри. — Он еще пригодится мне живым. Ничего с Аспиксом не случится, слово даю. Поставлю здесь пару големов для охраны, чтобы чешуйчатого не пускать.
— Не пойдет, — упрямо заявила Могара. — Я поищу для Каввеля другое, более безопасное место.
— Ладно, тогда режь, — как-то чересчур легко согласился Ларс, делая знак големам.
Два голема, застывшие до того в трех футах от Могары, пришли в движение и одновременно шагнули к тауросе. Та от неожиданности сильно полоснула жреца по шее, из которой потоком хлынула необычная густая жидкость, в переменчивом факельном свете постоянно меняющаяся и играющая всеми цветами радуги. Големы тут же схватили брыкающуюся принцессу за плечи и оттащили от жреца. Ящер попытался зажать рану лапами, но радужная кровь продолжала стремительно покидать тело, заливая чешую и пол вокруг.
Фон Триллер отчего-то не спешил прийти умирающему на помощь и злорадно ухмылялся. Усмешка стремительно сползла с его губ, когда сзади в легкое ему воткнулось лезвие кортика: это позабытый всеми Карл прокрался вокруг стойла и бесшумно вынырнул из темноты. Натужно хрипя, гном завалился на пол и засучил ногами в предсмертной агонии. Удар был мастерским.
— Карл, а ты не слишком ловок для простого матроса? — спросила Могара, силясь вырваться их хватки големов: каменные болваны продолжали выполнять приказ и после смерти хозяина.
— Так ведь я и не простой, Ваше Высочество, — чопорно поклонился мульфибл, одновременно с этим нанося еще один удар фон Триллеру в грудь. — Лейтенант секретной службы Его Королевского Величества как-никак. Я к этим вражинам целый год подбирался, в доверие втирался, да все никак не удавалось усыпить их бдительность и одновременно собрать вместе без лишних свидетелей.
— Что за гадость ты мне дал? — сурово спросила Могара, на секунду даже перестав трепыхаться в крепких объятиях големов.
Гном пнул в бок тело Ларса, подошел к все еще истекающему кровью телу жреца, присел на корточки и принялся деловито вырезать что-то из шеи.
— Всего лишь немного толченого мыльного корня, — ответил он, продолжая орудовать кортиком. — Животик уже не должен болеть. Прошу меня извинить, но это был идеальный способ заставить их обоих отвлечься, а вы так удачно подыграли. Я в восхищении.
С этими словами Карл закончил потрошить жреца и сложил трофеи в холщовую сумку, извлеченную из кармана брюк. Затем он брезгливо вытер клинок о набедренную повязку ящера и поднялся.
— Хорошие железы, очень дорогие, — пояснил он свои действия.
— Освободи меня! — приказала Могара.
— Айн момент, Ваше Высочество, — произнес мульфибл, отправляясь к стойлу. — У меня осталось одно незавершенное дело.
— Я приказываю! — повысила голос принцесса.
Гном остановился и замер на месте, что-то обдумывая.
— Молю о прощении, Ваше Высочество, но у меня приказ короля об устранении особо опасного врага при первой возможности. Как вы понимаете, он имеет приоритет. Я им пренебречь просто не имею права.