Я слышу (СИ)

Я, стыдливо смотря в пол, поплелась следом, ловя на себе любопытные взгляды всех, кто встречался на пути. Нет, ну он сам сказал: в пижаме! Мог бы тогда и халат упомянуть, видел же, в каком я состоянии!
Мы подошли к лифту, я старалась спрятаться за большим доктором, чтобы меня поменьше было видно, он не препятствовал.
- Не трясись.
- Не трясусь.
- Я вижу.
- Вам кажется.
Двери лифта открылись, вошла я, потом Коршун. Больше, конечно, никого не было. Доктор напрягся и нажал на цифру «2».
- Могли бы и пешком спуститься…, - пробормотала я. В одной кабине с ним, наедине… стало жарковато. Да еще и я в таком виде! Готова, так сказать!
- Чтоб тебя украли по дороге? В таких-то чулках! – он отвернулся, а я цокнула языком. Шутник.
Внезапно лифт тряхнуло, он остановился, а двери так и не открылись.
- Да ладно!? – нервно засмеялся доктор, нажимая на кнопку вызова диспетчера.
- Мы что, застряли?! – испугалась я. – Там же операция!
- Кузнецова, блин! – выругался он. – Без нас уж точно не начнут! Але, диспетчер!
- Слушаю! – раздалось из динамика.
- Жора, малый лифт! Стоим мы! Слушает он! – плевался Коршун.
- На каком этаже стоите? – уточнил Жора.
- Откуда я знаю?! Третий – четвертый.
- Сейчас.
- Шевелитесь там! У меня операция!
- Дмитрий Васильевич? – предположил динамик. Видимо, тут только он обычно истерит.
- Ты еще там?!
Жора не ответил, Коршун повернулся.
- Надеюсь, ты замкнутого пространства не боишься?
- Страшнее операции ничего быть не может.
- Ох, не факт…, - вздохнул он, осматривая меня с ног до головы, а потом отходя в противоположный от меня угол. Я заинтересовала доктора? Хм…
Смущенно сложив руки на груди, я уставилась в пол. Блин, ну и ситуация! Минут пять Коршун нервно выдыхал напротив меня, пока я разглядывала линолеум, а потом лифт поехал.
- Наконец-то! – обрадовался доктор и, когда двери открылись, первым выскочил из лифта.
Мы преодолели несколько длинных коридоров перед тем, как оказались в комнате перед операционными. Интересно, это так специально задумано? Чтобы жертва, решившая сбежать, не смогла найти выход отсюда?
А тут творился хаос. Медсестры бегали, словно испуганные мыши, а где-то за стеной орал мужской голос. Я предположила, что это заведующий отделением, Оля ведь говорила, что он «душка». Наверное, народу у них сегодня много оперируется, поэтому такая суета.
Коршун пропал из виду, а одна из медсестер завела меня в безлюдную операционную. Посередине стоял жуткий стол-кресло для меня, рядом – куча всяких аппаратов и пугающих инструментов. Ноги стали ватными, я еле дошлепала до почетного места пациента.
- Ложись, зайчик, - предложила медсестра.
- Прямо так?
- Да, только разуйся.
- А у меня слуховой аппарат… забыла снять…
Она протянула руку.
- Давай, зайчик, отдам после операции.
Я неуверенно устроилась на предложенном месте. Хм… мягко. Медсестра подключила мою правую руку к тонометру, левую приготовила к капельнице и накрыла меня какой-то белой клеенкой, оставив открытыми только голову и левую руку. Чтобы не смотреть, я отвернулась в другую сторону и заметила дверь в еще одну операционную. Там, на таком же столе, лежал без сознания парень. Из его рта торчала большая трубка, признаков операции на нем видно не было. Он просто лежал, а мимо него туда-сюда носились медсестры. На парня никто не обращал ни малейшего внимания, а я опять задрожала от страха. Неужели, я сейчас точно так же буду выглядеть?
- Не переживай, он спит, - заметила мое волнение медсестра. – Ему не больно, операция уже прошла. Скоро разбудят, поедет в палату, - она ввела в мою руку иглу.
- Это наркоз? – испуганно спросила я. Где Коршун?!
Она улыбнулась.
- Нет.
К нам присоединился улыбашка – анестезиолог. Прошел мимо меня, к аппарату с какими-то цифрами, сосредоточенно посмотрел на экран.
- Виктор Алексеевич, добавлять? – буднично поинтересовалась медсестра. Она стояла ко мне лицом, поэтому я смогла читать по губам. Но вот что он ответил – я не расслышала, а медсестра взяла шприц с желтоватой жидкостью и глянула на меня. – Зайчик, сейчас сердечко быстрее застучит, голова закружится, не пугайся, хорошо? – она стала вводить в мою капельницу эту жидкость, а я тут же ощутила все обещанные симптомы. А еще во рту появился странный колючий привкус, и меня затошнило. – Как ты, зайчик?
 
- Меня тошнит…, - еле выдавила я.
- Это нормально, - успокоила она, а потом слишком громко: - Зайчик, просыпайся!
Я открыла глаза, заморгала. Так, я лежу, все верно. Передо мной – настороженное лицо анестезиолога, Коршуна до сих пор нет. Дядька умеет быть серьезным?
- Как тебя зовут? – спрашивает он. Я его слышу, но будто сквозь вату. – Как зовут? Слышишь меня?
- Алиса…, - недоуменно отвечаю я. – А что?...
- Ты где сейчас?
- В больнице…, - что происходит?!?!
- Что лечишь, Алиса?
- Уши…
- Умница! – обрадовался доктор и засиял уже привычной улыбкой. – Везите, девочки, тут все!
- Что?! Куда везите?! – засуетилась я. То, на чем я лежу, вдруг поехало. – Эй, а операция?! – я хотела подняться, но поняла, что вообще не могу пошевелиться, а то, что говорю – звучит очень тихо и так, будто у меня пленку зажевало.
Надо мной возникло лицо медсестры из лор-отделения, у которой я недавно просила таблетку успокоительного.
- Успокойся, все уже кончилось! Отдыхай, только глазки держи открытыми, слышишь меня?
- Как – закончилось? Где мой доктор?
- Операция у него! С тобой закончил.
Вскоре я увидела взволнованное лицо Лизки и девчонок из палаты.
- Моя девочка! – разрыдалась сестра.
Из моих глаз тоже потекли слезы. Все кончилось?! Уже?! Как так?! Мы же с той медсестрой даже договорить не успели! И … я уже слышу лучше, чем раньше! И мне не больно!!! Коршун что, волшебник?! Нет, просто – лучший человек на планете!
Меня подвезли к моей кровати.
- Так, моя хорошая, перелезай к себе! – медсестра подала мне руку, чтобы помочь.
- Сама?! – ужаснулась Лизка.
Да, оказывается, что со стороны это выглядит намного хуже, чем человек себя на самом деле чувствует. Ведь вчера мне казалось, что Таня вот-вот умрет и ей очень больно, а теперь знаю, что единственное, что человека беспокоит – я не могу контролировать свое тело.
- Я справлюсь! – заверила я, стараясь, чтобы голос звучал как можно увереннее и громче, но на деле почему-то выходил мышиный писк.
С горем пополам, но я это сделала, перелезла! Меня укрыли одеялом, от тормошения голова стала кружиться, я закрыла глаза. Вот так хорошо, блаженство.
Лизка стала теребить мою руку.
- Не спи! Малышка, открой глаза! – видимо, пока меня не было, она тут прошла курс молодого бойца и теперь знает, что надо делать.
- Не могу, - пробормотала я. И это было правдой, веки будто свинцом налились, открыть глаза оказалось просто невозможно. – Я с вами, честно…
- Алиса! – запаниковала сестра. – Пожалуйста, открой глаза!
- Я не могу-у-у…
- Девочки, позовите медсестру! – взмолилась Лиза, теребя меня все сильнее и только усиливая мое головокружение. Надо же, состояние такое, словно я пьяная. Вертолеты-ы-ы. – Киса, прошу тебя, скажи мне что-нибудь!
- Не паникуй. Я тут, - как странно. Я все слышу, все понимаю, но ничего не могу сделать со своим телом.
- Она не отвечает!!! – взвыла Лизка. – Кисонька!!!
- Да я здесь, - я же говорю! Меня что, не слышно?
- Тебе плохо, милая? Что ты пытаешься мне сказать? Пожалуйста, ну открой глазки!!!
Хлопнула дверь.
- Кузнецова! Это что еще такое, а?! – это Коршун?! Господи, Алиса, открой глаза! Там же орлиный нос пришел!
Холодные руки похлопали меня по щекам, потрепали плечо.
- Глаза!!! Открой! Не выспалась, что ли?! Слышишь меня, Алиса?
- Слышу…
- Повтори! Так, чтобы и я тебя слышал!
- Слышу!