Брат для волчонка 2 (СИ)

А сейчас… Что если он налажал с расчётами?
Считает, конечно, навигатор, но параметры задаёт пилот…
Пошёл обратный отсчёт: восемь, семь шесть…
Автоматически включились двигатели…
И шлюпка вылетела на орбиту Леды, понеслась по касательной на сверхсветовой.
«Переполяризация!» — скомандовал сам себе Рэм и снова ощутил под пальцами податливое тепло пульта.
Вышли!
Он погасил скорость и скорректировал шлюпку, устремляясь в орбитальный полёт, разглядывая на экранах такую близкую Леду.
Включил панорамный обзор: гигантские тени бежали по облакам. Наверное, это были тени других облаков.
— А вот сейчас — самое время научиться пользоваться туалетом, — посоветовал Эрг.
— Я перехотел, — буркнул Рэм.
— Это приказ, курсант. Попей водички. Слева от тебя, трубка такая есть…
Рэм сглотнул, покосился на Эрга, созерцающего облака.
— Смелее. Тебе всю технику надо освоить. Контейнер вытягивается из гнезда, там достаточно длинный шланг и для того, если затошнит.
Рэм нашарил контейнер.
Хэд. Вот придумает же… Приказ.
Он улыбнулся. Вдохнул-выдохнул.
Эрг делал вид, что смотрит на облака.
Компрессионная форма — разборная. Нужный сегмент послушно вывалился в ладонь. Борясь со стыдом, Рэм расстегнул комбинезон.
И выдохнул — получилось.
Никогда не знаешь, какое задание будет самым сложным.
— Теперь — назад, поторопил Эрг. — У нас будут небольшие искажения времени, потому лучше не тянуть. Стартуй.
Рэм перевёл дыхание и быстро перекинул уже набранные Эргом параметры в навигационную машину.
Двигатели заурчали. Скорость была снижена символически, и шлюпка быстро зажгла маячки готовности к проколу.
Второй раз влетать в зону Метью было не так страшно. Но Эрг почему-то обернулся и уставился на Рэма именно сейчас.
Приказал:
— Медицинские данные с личного браслета открой! И доступ мне дай.
— Слушаюсь, — отозвался Рэм чуть-чуть удивлённо.
А потом вспомнил, что теневая нагрузка суммируется. Второй прокол за короткое время для пилота гораздо опаснее первого.
— Доступ разрешаю.
— Хорошо, — кивнул Эрг.
Антивещество зашевелилось в реакторе, шлюпка завибрировала, втискиваясь в привычное пространство.
Это «туда» она словно бы проваливается, обратно — «вползает».
Навигатор зафиксировал, что шлюпка вышла на орбиту Мах-ми, загорелись знакомые созвездия на обзорной панели. Но что-то было не так.
Рэм не ощущал под пальцами вибрации маршевых двигателей. Словно бы шлюпка потеряла их, выходя из зоны Метью.
Он начертил в воздухе привычную фигуру переполяризации и понял — двигатели действительно не отвечают.
  
Глава 5
 
Пацан испуганно покосился на Эрга.
Пилот-инструктор полулежал в ложементе, лицо его было задумчивым, поза совершенно расслабленной.
Значит, ситуация штатная.
Что же он не учёл?
Рэм глянул на давление плазмы и ощутил, что вовремя избавился от компота.
Давление было в норме! Маршевые работали на 76 % мощности! Но шлюпка не двигалась, а словно бы «стояла», зависнув в пустоте.
Пацан перевёл взгляд на гравитационную проекцию углов ускорения.
Нет. Не стояла. Падала в домагнитную аномалию. В «яму» между Мах-ми и её спутником!
Шлюпка попала в гравитационную ловушку. Её скорости не хватало, чтобы выйти из аномалии. Потому и возник эффект зависания.
Двигатели работали, но разница между гравитацией и домагнитным моментом буквально разрывала её.
Как только скорость упадёт ниже критической…
Рэм прикусил губу и задумался.
— У тебя две минуты, — сказал Эрг.
«И что? Двойку, что ли поставит?»
Рэм оценил треугольник векторов ускорений и сообразил, что такой они точно не учили. Ближе всего к этой конфигурации был «имбирь». Только…
Он укусил губу до крови. Если следовать теории, то скорость нужно не увеличивать, а снижать. Резко. Процентов на тридцать.
Тогда шлюпка начнёт падать на Мах-ми, и можно будет вывернуться, выскочить из аномалии, опираясь на гравитационное ускорение планеты.
Рэм резко сбросил скорость.
На Эрга он не смотрел, но тот молчал, значит, так было можно.
 
Секунда, две…
Шлюпка дёрнулась, ощутив притяжение планеты, и Рэм врубил скорость на самую крайнюю позицию.
Перегрузка кинула в кровь свинец.
Он запоздало понял, что выходить можно было и на реакторе антивещества. Вышло бы мягче.
Но шлюпку уже вырвало на орбиту Мах-ми, и руки сами поляризовали вектор центробежного ускорения.
Рэм выдохнул и обернулся к Эргу:
— Я уложился в две минуты?
— Если б не уложился, остались бы там, — ухмыльнулся тот.
— То есть… Это было не две минуты на задание, а?.. — Рэм завис.
Потом посмотрел на голограммку техзадания над браслетом и его осенило.
Шестая координата сразу была задана криво. Шесть координат. Два треугольника. И один из них — дефектный!
— Так вы нарочно?
— Ну, а как ещё научить тебя следить за криворукостью второго пилота?
Эрг потянулся и отстегнул часть страховочных ремней. Сел поудобнее.
— Заруливай на станцию. Так я и знал, что до ужина с тобой проваландаюсь. Как бы не опоздали…
Он был спокоен.
Или издевался, или так притерпелся уже к нештатным ситуациям?
— А если бы мы не вырвались? — Рэм никак не мог прийти в себя.
— Никто не живёт вечно, — пожал плечами пилот-инструктор. — Да и патрульный рядом. Успели бы вытащить. — Он подумал и добавил. — Наверное.
— Я правильно сделал? — тихо спросил Рэм.
— Один из трёх вариантов, — кивнул Эрг.
— Второй — антивещество?
— Да.
— А третий?
— Момент масс позволял прямо там же уйти в прокол. Скорость тоже ещё позволяла.
— Значит… — Рэм помедлил. — Зачёт?
Эрг кивнул.
— Подставы от инструктора ждать не положено. Так что косяк у тебя сегодня был только один… — Он потянулся, расправляя плечи. — Учись ссать без приказа. Умереть — это для пилота дело обычное. Главное при этом — не обоссаться.
На ужин Рэм не пошёл.
Он ещё помнил, как выбрался из шлюпки, как зашагал по коридору в сторону своей каюты.
Дальше всё спуталось. Он вроде бы пытался что-то ответить парням на попытки стащить его с кровати, а вроде и нет.
По-настоящему растолкали его только утром.
— Вставай! — орал в ухо Лудди. — Тебя и так вчера Вальдшнеп чуть не склевал! Он сказал, чтобы ты шёл с утра к медику!
— До столовой? — спросил Рэм, кое-как разлепляя глаза.
— До! Бегом давай! А то не успеешь.
Бегом у Рэма не вышло. Он еле-еле оделся и пошагал как сумел.
Вся кожа у него болела, кости ныли. Такой фигни с ним ни разу ещё не случалось.
Медик тоже «обрадовал». Начал брать кровь в пять пробирок.
В другое утро Рэм спросил бы — зачем? Сегодня он еле терпел. Ему было много даже маленькой тянущей боли в венах.
— Хреново? — спросил медик.
Рэм кивнул.
— Твой инструктор настаивает, чтобы ты утром летел с ним ещё раз. Анализы у тебя терпимые, но я могу найти повод, чтобы тебя не выпустить. Ты мне сам скажи — сможешь?
Рэм кивнул ещё раз и спросил:
— А почему кожа болит?
— Организм подстраивается к «теневым» нагрузкам. Так ты точно можешь? Или это у тебя обострение чувства гордости?
— Точно, — выдохнул Рэм.
Он понимал, что отступать сейчас ему просто нельзя. Если медик начнёт копать, почему его так сильно плющит, наткнётся на какие-нибудь недовыросшие кости, и хана.
Ничего. Главное не жаловаться.
— Ну… — медик посмотрел на Рэма с сомнением.
— Можно, я пойду?
— Ну, иди.
Рэм подобрался, чтобы шагать уверенней.
Есть не хотелось. Жить тоже не хотелось. Болели, кажется, даже волосы на голове.
«Стоп, — сказал он себе. — У тебя есть обезболивающее, ташип!»
Давным-давно заначенное обезболивающее лежало вместе со старой одеждой.
Рэм так и хранил пакет со штанами и чёрной толстовкой Ули. В кармане толстовки он прятал конфеты и два маленьких шприца.