"Фантастика 2024-106". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)

Вечная Кровь — опасная магия. И запретная. Маг крови или санквинарик, как их еще называют, чтобы использовать заклинания вынужден тратить собственную кровь (или чужую, но это не законно), смешивая ее с маной. Чем сильнее магия крови, тем больше нужно крови. А кровь, как известно, вещь конечная. И сангвинарик рискует погибнуть, использовав слишком много.
Бояринов был очень сильным магом. Все его заклинания крови были очень “кровозатратными”. Собственно, поэтому он прослыл “вампиром”. Сангвинарик вытягивал кровь у жертв, чтобы менять личины и использовать свои силы.
А теперь о Вечной Крови. Это заклинание давало возможность магу иметь не ограниченный запас живительной красной жидкости. Была только одна проблема: на себе Вечную Кровь использовать нельзя, иначе превратишься в овощ. Поэтому магу крови нужен будет вечный донор. Жилательно молодой, чтобы прожил дольше. Тогда сангвинарик сможет очень долго пополнять за счет него свои запасы. Но человек-источник крови станет безмозглым телом, сосудом постоянно вырабатывающем новую кровь из маны. Так что на такую роль подходил только маг.
— Дайте угадаю, — поджал я губы, — во всей этой схеме я должен был стать тем, кто будет человеком-источником для Бояринова?
— Именно, — кивнул Малиновский, — такова была наша с Олегом легенда. И забрать вас Бояринов должен был именно здесь, на фестивале. Но, как вы понимаете, вы — лишь приманка.
— Человек, — проговорил я, не зная, стоит ли упоминать Хлодвига, — через которого прокуратуры вышли на меня, рассказал, что появился способ, которым можно не только заманить Бояринова, но и убить его.
— Так и есть. Его предложил Олег, — Малиновский встал, прошел в одну из секций шатра, которая напоминала кабинет чиновника.
Я внимательно следил за тем, как некоторое время дворянин что-то там искал и при этом пыхтел:
— Да где же она? Была же тут! Я не мог потерять такую важную вещь! Ах! Наконец-то!
Вернувшись, он показал мне колбу из толстого прочного стекла. Внутри переливалась темно-красная жижа.
— Что это? — я вопросительно поднял бровь.
— Я не знаю, — с улыбкой проговорил Малиновский, — это дал мне Олег. И не объяснил почему. Лишь упомянул, что это оружие, которым можно победить Бояринова. Но как оно работает, — дворянин вздохнул, поправил золотой монокль, — не рассказал. Куда-то бежал. Торопился. И, — князь сморщился, — выглядел не очень опрятно.
— Отлично, — я принял из рук Малиновского тяжеленький сосуд, Малиновский сел на свое место, — у нас есть ружье на зверя, но мы не знаем, с какой стороны оно стреляет.
— И именно. Поэтому я хочу отдать эту вещь вам, дорогой Игнат, — Малиновский смотрел внимательно и сосредоточенно, — вы ищете Олега. А в поисках вам может попасться не Олег вовсе. Или Олег, но раненый, или ослабленный. Олег, которому нужна помощь. Времени вернуться за колбой, когда прокуратор Петрин расскажет вам, как она работает, у вас может не быть.
— Что ж. — я сунул колбу в карман, — с чего начать поиски, я полагаю, вы не знаете.
— Спросите императора, — загадочно проговорил Малиновский.
— Что? — не понял я.
— Я не знаю. Так сказал Олег, когда уходил, — Малиновский поднял глаза к потолку, задумался, — “если я буду нужен, спросите Императора”, — продекламировал он по памяти, — вот так сказал и убежал. Больше, — князь печально пожал плечами, — я его не видел.
— Загадка что надо, — я встал, — что ж. Подумаю об этом позже. Кстати. Нет у вас знакомых магов-снологов? — спросил я. Таких, которые умели бы еще и снить.
Глаза князя внезапно округлились. Он как-то странно и испуганно посмотрел на меня. Правда, очень быстро взял себя в руки и быстро проговорил:
— Нет. Не знаю ни одного. А зачем вам?
— Да так, — отмахнулся я, — ладно. Я пойду. Мне нужно готовиться к дуэли.
Трибуны были битком. Я, облаченный в дуэльную форму, ни абы какую, как раньше, а традиционные брюки с высокой талией, напоминающие кавалерийские, белую рубаху и защитный антимагический жилет из кожи уже находился на арене.
Привычное чувство предвкушения битвы радовало душу, и я чувствовал приятное покалывание в груди.
 
Дуэли шли с семи вечера. На трибунах зрители расположились как всегда: ближе к арене самые знатные дома, в середине рода средней и низшей руки, а сверху задорно волновались простолюдины.
Кричалки и плакаты забавно соседствовали с гербовыми знаками и стягами с девизами домов. Давно я не чувствовал этой атмосферы.
Были здесь и Стас Тома и Вика. Первые двое сидели на арене с самого начала. Вика же, прогуливалась по местному рынку и пришла только на мой бой.
Арена, уже изрядно потрепанная прошедшими дуэлями, не выглядела так приятно, как раньше: зеленая трава кое-где почернела, тут и там виднелись засыпанные слугами воронки от заклинаний.
Передо мной, в такой же форме, только украшенной черно-золотыми цветами дома Сикорских стоял Михаил. На его кожаном защитном жилете был вышит герб дома: выгнувший спину черный осетр на золотом поле.
Михаил был серьезен. Смотрел на меня исподлобья, да так, будто сейчас из его глаз вылетит испепеляющий луч и убьет меня. На такое забавное выражение лица я ответил самодовольной ухмылкой.
Судья громко объявил нашу дуэль. Продекламировал имена соперников. Первое заклинание, как стороне-ответчику, полагалось мне.
Секунданты уже проверили наши проводники и разбежались по своим местам. Маги, занявшие позиции по всему периметру арены синхронно поставили антимагический щит. Темно-синее ночное небо на миг окрасилось голубым цветом надвигающегося щита, но в следующее мгновение, купол стал прозрачным.
— К барьеру! — крикнул секундант, однако никакого барьера здесь не было. Просто фраза была ритуальной.
Я решительно зашагал к Сикорскому младшему. Он тоже пошел мне навстречу. Направив на него проводник, я использовал мясорубку, чтобы прощупать мага. И ответ был таким, который легко можно было ожидать.
Михаил развернул голубоватое защитное поле Мешка Мести. Просвистевшие по воздуху лезвия мясорубки тут же были захвачены магией. С хлопком и вспышкой, Сикорский отправил их обратно в меня.
Его Мешок был не так хорошо развит, как мой. Поэтому в меня полетела только треть зубьев. Я даже магию не использовал. Отпрыгнул, перекатился по траве и вскочил на ноги. Мясорубка же разбилась об антимагический барьер.
Трибуны аж зашумели, когда я увернулся, не используя магию. Обычно чародеи так не рисковали.
Так. Теперь нужно было спровоцировать парня, чтобы разведать, что он может. Это я сделал Руптисом. Как и ожидалось, он вновь захватил заклинание-пулю мешком мести, но теперь не смог отправить в меня, а просто развеял чары. И совершенно послушно выстрелил в ответ заклинанием остолбенения.
Именно на нем я использовал черный ореол. Полупрозрачная магия тут же всосалась в мой проводник, и чтобы не привлекать лишнего внимания, я отправил его обратно, как зеркальное.
Сикорский просто отбил его своим проводником.
Но все шло по плану. Поглотив заклинание парня, я выяснил, что рангом он лишь промаг. Раскачал три ореола, но готов поспорить — все они почти пустые. Сильнейшим заклинанием была техника дома Сикорских под названием “Теневой Двойник”. Вот это уже интереснее. Спровоцирую, пожалуй, Михаила использовать ее.
На Звездном Пути я в один миг приблизился к парню. Да так, что он даже вынуджен был увернуться: я пролетел совсем рядом с его плечом, и Сикорский отпрянул, завалившись вправо.
Приняв человеческий вид, я заскользил по траве на подошвах. Оказался лицом к врагу.
— Феррум! — крикнул я заклинание призрачного лезвия.
Проводник загорелся синим огнем и я, как боец ближнего боя, метнулся к Сикорскому. Учитывая мою физическую форму, теперь я мог себе это позволить.
Как я и думал. Сикорский испугался рукопашной. Находясь еще на земле, он стал отползать. Я видел, как страх блеснул в его отцовских серых глазах, и парень вытянул в мою сторону проводник. Заклинания не проговорил, потому что секретная техника дома была невербальной.