След Анубиса (СИ)

— Немыслимо, — приговаривал он, цепляясь за острые камни. — Немыслимо и чудовищно.
Вовка лез впереди. Ловкий чертенок. По камням скачет, а на плече ружье болтается.
А вот, Степан уже залез наверх. Поджидает. Дальше не идет. Правильно делает. Нечего туда без оружия соваться. Мало ли что там. С оружием оно как-то надежнее. Хотя, по сравнению с той силой, что корабли такие швыряет, это оружие — смех, да и только. Но, все равно, с оружием надёжнее. Вот и сидит Степан. Поджидает. А в правой руке у него топор зажат.
Вот и Вовка вскарабкался наверх. Спустя минуту, Василий тоже стоял на вершине. Оценил обстановку. Метров двести густого леса отделяло скалолазов от борта корабля. Василий видел только носовую часть корпуса, метров на двадцать выдающуюся за край обрыва.
— Пошли, что ли? — почему-то шепотом произнёс Степан, сжимая топор. Но не успел сделать и шага. Низкий утробный рев разорвал тишину. Затрещали сучья-ветви. Что-то огромное ломанулось из темной чащи леса и оно приближалось. Рука сама сорвала с плеча оружие, сдернула предохранитель. Патрон уже был в стволе. Ружейный выстрел грохнул первым. Через мгновение прозвучала автоматная очередь. Бесполезно! Дальше прет! Деревья ломает! Надвигается! Снова автоматная очередь! Выстрел ружья! Степан завопил. Василий отчетливо увидел желтые длинные клыки и налитые кровью маленькие глазки. Чудовище захрипело, вываливаясь из лесной чащи, рухнуло на брюхо, срывая когтями сырой мох, и затихло. Василий отметил, что когти чудовища сантиметров по двадцать не меньше. Шерсть длинная, черная. Башка, вроде, медвежья, но более удлинённая. Под метр длинной будет. А тулово метра под четыре выйдет, если считать от кончика морды до места, где обычно у зверья хвост растет. Но у чудовища хвоста не наблюдалось. Василий прикинул, что если этот монстр, напоминающий не то волка, не то медведя, встанет на задние лапы, то за пять метров в высоту, точняком, выскочит.
— Это не медведь, — уверенно произнёс Вовка.
— Да какой, блин, медведь! Кинг-Конь какой-то! — оторопело произнёс Степан.
— Черт! Половину магазина в него выпустил! — огорченно заметил Василий.
— Что-то мне расхотелось дальше идти, — Степан начал озираться вокруг. — Проваливаем отсюда.
— А может там золота полный трюм, — усмехнулся Вовка.
— Не надо мне такого золота. Сваливаем по тихой, — прошептал Степан, не переставая озираться. Лесная чаща хранила мертвую тишину. Но мало ли, что там скрывает эта тишина?
Не сговариваясь, все трое одновременно, стараясь не нарушать мертвого покоя, подошли к краю обрыва и начали спускаться обратно. Спустились гораздо быстрее, чем поднялись. Отплыв от берега, почувствовали себя немного уютнее.
— Тут на берегу нельзя на ночевку оставаться, — убежденно произнёс Степан. — Мало ли какие твари здесь живут. Так все патроны на них истратим. А ты, Вован, молодец. Быстрее отца среагировал. Первым пальнул.
Вовка довольно хмыкнул.
— Надо остров найти. Река есть, значит и острова должны быть. На острове безопаснее, — решительно заявил Степан и потянулся к стартеру. — Придется мотор завести. А то вечереет уже. Надо бы, до темноты успеть.
Лодка рванулась на полной скорости и, через минуту жуткая картина, с видом корабля, скрылась за поворотом. Быстро смеркалось. Плотное покрывало облаков, скрывающее солнце, заметно наливалось темнотой. Краски блекли, превращаясь в серо-синеватые оттенки.
— Как чуял, — довольно хмыкнул Степан, показывая рукой вперед. Василий увидел остров. Весьма кстати. Темнота, очень уж быстро, густела. Степан сбросил скорость, а затем и, вовсе, заглушил мотор. Бензин экономил. Через несколько минут лодку прибило течением к острову. Это был небольшой клочок суши метров сто длиной и столько же шириной, покрытый кустарником и редкими деревьями. Весьма удобное место для ночевки. Степан привязал лодку к дереву, вцепившемуся корнями в береговой обрыв, и все трое, не сговариваясь, начали собирать хворост для костра.
* * *
 
Доели остатки рыбы. Костер лениво потрескивал. Сидели молча. А что разговаривать-то? О чем? Вопрос один в голове. Где выход? Но ответа на этот вопрос не было.
Василий взглянул на мобильник. Экран вновь светился зеленым светом.
— Позвони ему, — предложил Степан. — Пусть разъяснит ситуацию. Нам-то ясно одно. Не наш это мир. В нашем мире корабли на суше не валяются, и твари такие не водятся.
Василий набрал номер Мольгаута. В трубке шелестело, потрескивало, постукивало и ничего более. Василий повторил вызов. То же самое. Связи не было.
— Чего? — спросил Степан, пытливо заглядывая в глаза Василию.
— А ничего, — ответил тот. — Нет контакта.
— Не нравится мне это всё, ой как не нравится, — задумчиво покачал головой Степан и посмотрел по сторонам в непроглядную темень.
Василий взглянул на Вовку. Сын сидел возле костра, обхватив руками колени, и задумчиво смотрел на огонь. Блики пламени играли в его глазах.
— Не отвечает, значит, — со странной улыбкой произнес он.
— А что? — насторожился Василий.
— И не ответит, — Вовка усмехнулся нахмурившись. — Забросил он нас куда подальше. Чтобы не достал никто. Разве непонятно?
— Идет! — прошипел Степан, выставив широко распахнутые глаза в темноту за спину Василия. Тот резко обернулся. В темноте колыхалось нечто мутно-светлое, быстро приближаясь и принимая очертания человеческой фигуры.
— Привидение! — Степан шарахнулся в сторону, хватаясь за топор. Василий передернул затвор автомата.
— Не тратьте патроны, поручик Голицин! — прозвучал в ночной тишине звонкий голос. Женщина что ли? Точно! Она самая. В коротком, с блестками белом платье. Длинные золотистые волосы спадают на оголенные плечи.
— Фотомодель блин! — выдохнул удивленно Степан.
Она приближалась к костру легкой походкой модели, демонстрирующей себя на подиуме. Странно. Откуда она здесь? Василий не снимал пальца с курка. Мало ли что? Здесь всего можно ожидать в этом странном месте.
— Расслабьтесь мальчики, — произнесла она певучим голосом и одарила всех троих ослепительной улыбкой. — Я присяду с вашего позволения.
— Грязновато тута, — предупредил Степан, не сводя настороженного взгляда с красотки.
— А мне параллельно, — дернула плечиками она, присаживаясь на ствол поваленного дерева. — Меня здесь нет.
— Вы от Мольгаута? — с надеждой в голосе спросил Василий.
Она холодно усмехнулась.
— Она не от Мольгаута, — угрюмо произнёс Вовка.
— Девочка, кто же ты такая? — вкрадчиво спросил Степан. — И как тебя занесло с конкурса красоты в эту глушь.
— Я не нуждаюсь в комплиментах, — снисходительно улыбнулась незнакомка. А у вас уютно. Жаль только, что я не могу почувствовать тепло этого костра.
— Как же так. Что произошло? Кто тебя так заколдовал? А тепло крепких мужских объятий ты можешь чувствовать? — с тайной надеждой в голосе спросил Степан.
— Быстрый ты, однако, — усмехнулась незнакомка.
— А чего ждать-то? — Степан ощерился в наглой ухмылке. — Кстати, а как тебя зовут то?
— Зовут? — девушка на секунду задумалась. — Ну, допустим, Исида.
— Исидора, что ли? — уточнил Степан.
— Нет. Просто Исида.
— Так звали богиню древнего Египта, — пояснил, молчавший всё это время Вовка.
— Всё ясно, — закивал Степан. — Богиня Египта спустилась к нам с небес.
— Ирония ни к чему, — произнесла Исида без улыбки. — Ваши древние боги, не более чем, жалкие подобия нашего могущества. Перейдем к делу. Как вам наш посланник? Силен, не правда ли?
— Какой ещё посланник? — не понял Степан. А вот Василий понял. Он уже давно понял, откуда пришла эта фотомодель. Вернее не пришла. Сама она оставалась где-то там, в других мирах. Это был её информационный образ. Примерно то же самое, что и образ Мольгаута. Похожие технологии.
— Всё правильно, — кивнула Исида, словно, прочитав мысли Василия, и повернулась к Степану. — Это только мой образ. Но он позволяет нам общаться. Я не смогу сейчас удовлетворить всех твоих желаний, уважаемый мужчина в самом расцвете сил. Но у нас все впереди. Всё зависит от вашего поведения мальчики. Станете меня слушаться, всё будет хорошо. А если нет, тогда у вас большие проблемы будут.