Барин 2 (СИ)
— Вы сильно разочаровались в людях, потому что вам действительно попадались в жизни моральные уроды и подонки… Однако все же взялись мне помочь.
— Мы не хотим здесь посторонних гостей. К тому же если чужаки убьют невинную девочку — это место будет проклято. Как только вызволим пленницу — сразу уходите.
Вскоре я увидел впереди старые каменные развалины.
Марьяна кивнула Гордею. Он начал осторожно обходить, подкрадываясь к развалинам с тыла. Я сразу понял их замысел.
Мы с ведьмой направились через поле, прямо к развалинам.
Навстречу, из пролома, вышел бородатый худощавый мужик с ружьем. Сальные, давно немытые волосы его торчали колунами.
— Чего надо?
— Девочка у вас? — строго спросил я.
— У нас,– послышался хриплый голос на крыше.
Наверху я увидел испуганную Софью, которую придерживал небритый крепыш с мохнатыми бровями и огромным сизым носом, страшный, как Бармалей. Девушка слегка тряслась от страха.
— Отпустите девочку! — приказал я.
— Ты кто такой? — скривился бородач.
— Помещик Никитин.
— Слушай сюда, помещик! — бородач наставил ружье мне на грудь.– Мы беглые, с Енатаевки. На верхний Дон идем, в вольные хутора…
— Далеко собрались…
— Нам нужна бричка и пятьсот рублей. Принесешь — и девчонка ваша. Она сама призналась, что дочь барыни. Для ее матери это совсем не деньги.
— Послушай, скоро здесь будет толпа мужиков. Одного-другого подстрелите, остальные вас просто порвут за девчонку.
Бородач усмехнулся:
— Нам уже все равно. Лучше смерть, чем опять вернемся в поместье… Ты слышал условие. Если толпа приблизится, Агап девке глотку ножом вскроет. Нам терять уже нечего… Заодно посмотрим, какого цвета кровь у барчонки, а то болтают, будто у дворян кровь голубая…
Марьяна молчала, злобно уставившись на стрелка. Я заметил что крепыш наверху крепче прижал Софью, приблизился и провел девочке языком по щеке. Софья всхлипнула и попыталась вырваться, но похититель держал ее крепко, обхватив грязной пятерней за волосы.
— Не трогай девочку, урод! — заорал я.
— Не дергайтесь! — вскрикнул бородач, наставляя ружье то на меня, то на Марьяну.
— У тебя ружье-то не стреляет…– усмехнулась ведьма.
Из дула ружья медленно выползала черная змея с длинным раздвоенным языком. У мужика округлились глаза. Я тоже замер от удивления. Вместо стоптанных сапог на ногах похитителя шевелились клубки серых и черных змей, от которых исходил легкий пар. Одна змейка поползла вверх по ноге.
— Ведьма! — испуганно захрипел мужи и страшно побледнел.
Я увидел как Гордей наверху незаметно подошел сзади крепыша. Софья закричала, а крепыш уже летел сверху, он упал лицом вниз, с торчащим по самую рукоятку ножом в спине.
Я тоже резко выхватил нож и рванул вперед. Бородач отбросил ружье и метнулся к развалинам. Из пролома вышел Гордей, резко ударив бородача кулаком в кадык. Когда мужик присел, Гордей навалился на него всем телом, обхватил шею крепкими руками и начал душить. Я забежал в развалины и нашел полуразрушенные ступени. Быстро взобрался на крышу. Девочка сидела, прижавшись к стене и плакала.
— Софочка, это я, Андрей Иванович…
Она посмотрела на меня красными, опухшими от слез глазами.
Я подошел, приподнял девочку и прижал к груди.
— Мы сейчас домой пойдем. Они тебе ничего плохого не сделали?
— Нет. Только этот противный меня целовать пытался, трогал грудь и там… где трогать нельзя…
— Все кончилось, родная. Добрые люди нам помогли. Ты идти сможешь?
— Смогу, Андрей Иванович… а эти душегубы… они неживые?
Я обнял девочку, приподнял, и мы осторожно спустились вниз. Два трупа, лицом вниз, лежали у стены. Я обратил внимание, что никаких змеек не было, на ногах убитого бородача стоптанные сапоги. Гордей сидел на камне и внимательно рассматривал ружье. Я подошел к Марьяне и протянул нож.
— Барин, нож себе оставьте,– сказала ведьма.– В подарок. Старайтесь всегда с собой носить. Он зачарованный…
— Спасибо…– я снова вложил нож в чехол и спрятал под рубаху.
— Вы уже идете…– сказала Марьяна.– Мы душегубов похороним по-человечески. Не хочу, чтобы сюда чужые пожаловали…
Гордей закивал и что-то промычал.
Марьяна кивнула:
— Вы через лес не возвращайтесь, а то заблудитесь,– она показала в сторону.– Там вдоль леса дорожка есть. Она выведет назад, к лесному озеру и поместью.
Ведьма подошла и заглянула мне в глаза. Мне стало немного жутковато и потянуло холодком. Если она такие трюки недавно вытворяла со змеями, наверняка и вправду ведьма… я все же осмелился спросить.
— Марьяна, скажи… почему я здесь? Почему оказался в другом веке?
— Это неподвластно даже моему разуму. Я сразу почувствовала, что ты чужой. Но раз оказался здесь, так живи. Живи по совести и справедливости, как ты умеешь. У тебя появились не только могущественные враги, но и влиятельные друзья. А будущее твое, Андрей, пока скрывается за темной завесой. Ты уже полюбил, но сам пока боишься в этом признаться. Знай, любовь не только может вознести человека, но и сжечь дотла его душу… Держи всегда рядом того, кого любишь…
Мне показалось, ведьма вовсе не открывала рот, когда разговаривала со мной. Но я отчетливо слышал каждое ее слова.
— Все, идите…
Вскоре мы вышли на дорожку и направились вдоль леса. Девочку еще слегка трясло.
— Софочка, все уже в прошлом. Ничего не бойся.
— Зачем они меня украли с озера, Андрей Иванович? Я сразу сказала, что дочь помещицы, а они даже обрадовались…
— Хотели выкуп получить. Бричку и деньги. Они бы с тобой ничего плохого не сделали…
— А зачем же их тогда убил этот странный человек? И кто та женщина?
— Это отшельники. Давай никому не будем рассказывать об этих людях, они нам помогли… Пусть это будет нашей маленькой тайной, хорошо?
— Хорошо…– кивнула девочка.– Пусть будет тайной.
Когда я заметил мужиков у края леса, громко крикнул:
— Нашлась Софочка! Передайте всем по цепочке, чтобы возвращались. Девочку я сам к Наталье Петровне доставлю…
Я заметил что Софья еле идет.
— Устала, милая?
— Ножки болят…
Я поднял девочку и понес на руках. Но вскоре понял, что и сам уже валюсь с ног. Из леса показались мужики, они помогли донести Софью до брички.
Девочку я привез к Наталье Петровне, когда уже совсем стемнело. Она уснула прямо в бричке, у меня на руках. Громко залаяла дворовая собака. Сначала выглянул встревоженный конюх с ружьем, из особняка выбежала Наталья Петровна, вслед за ней старушка-ключница.
Я занес спящую Софью во двор на руках.
— Что с дочкой? — испугалась помещица.
— Устала. Выбилась из сил и уснула….
Я отнес девочку в спальню, положил на кровать и осторожно снял с нее сандалии.
— Наталья Петровна, вы девочку пока не тревожьте. Она из сил выбилась, сегодня верст двенадцать отмахала…
Помещица подошла к девочке, села на колени и расплакалась, осторожно расправляя ее мягкие локоны:
— Грязная-то какая… солнышко мое ненаглядное… доченька…
— Пожалуй, я поеду…
— Постойте, Андрей Иванович!
Мы вместе вышли на улицу.
— Расскажите, что все же произошло.
— Софью похитили на озере двое беглых. Хотели просить за нее выкуп.
— Зверье лютое… где они сейчас?
— Их больше нет, Наталья Петровна…
Женщина расплакалась и прижалась к моей груди:
— Андрей Иванович, голубчик ненаглядный…я вам так благодарна… молиться за вас буду, да хранят вас ангелы небесные от всех печалей и невзгод…
Я осторожно поцеловал помещицу в щеку и отстранился:
— Поеду я. Больше не пускайте дочку на лесное озеро… да и вообще никуда не пускайте, пока малость не подрастет…
— Никогда больше не пущу…– помещица смахнула рукавом слезы из глаз, и неожиданно крепко сжала мое запястье.
— Оставайтесь на ночь, Андрей Иванович…
Я вздохнул и покачал головой:
— Спасибо, Наталья Петровна, но я лучше поеду…