Барин 2 (СИ)
— Это наверняка Софочкин…– вздохнул я и окликнул мужиков.
— Девочка где-то рядом. Она уставшая, голодная… Прошу, тщательно смотрите все вокруг.
Вышел мельник Матвей:
— Барин, позволь сказать, раз другие побаиваются… Мы уже все прочесали в округе на восемь верст. Думаем девочку наверняка похитили…Мужики видели еще позавчера в округе двух пришлых…
— Будем продолжать поиски, пока не найдем!
Лес не заканчивался, а тянулся широкой полосой вдоль реки. Мы с Василием упрямо брели вдоль зарослей, пару раз я сильно поцарапал лицо веткой, и спугнул крупного зайца-русака под пеньком. В трехстах метрах по обе стороны от нас, также брели угрюмые поисковики. Вскоре мы вышли к широкому затону и я кивнул на небольшой заросший островок:
— Что там?
— Да ничего,– пожал плечами Василий.– Туда сейчас и не перебраться без лодки.
Островок сильно зарос, но площадью казался не маленький.
— Василий, нужен хороший пловец…
Мужик кивнул и привел щуплого парнишку лет семнадцати:
— Демьян сплавает, он и воды холодной не боится…
Когда парнишка разделся и поплыл к островку, мы с Василием присели на берегу.
— Как твой сын? — спросил я.– С Прасковьей не ругаются?
— Барин, как у нас говорят — кто прошлое помянет, тому глаз вон! Было и прошло. Живут, Слава Богу, хорошо и ладно…– Василий вздохнул.– Однако уже день к вечеру, а девочку так и не нашли… как стемнеет — комар на убыль пойдет, а мошка совсем озвереет. У нас мошка лютая, даже корове шкуру прогрызает…
— Да куда же Софья подевалась…– вздохнул я.– Как в воздухе растворилась… если с девочкой что-то случится — Наталия Петровна этого не переживет. Софочка у нее в жизни единственная отрада.
— Для любого родителя — дите самое что ни на есть дорогое в жизни…– произнес Василий.– А иначе для чего живем?
Демьян уже доплыл до островка и направился прочесывать заросли. Через несколько минут он вернулся к берегу и крикнул:
— Здесь никого!
Я заскрежетал зубами и приказал:
— Василий, продолжайте прочесывать лес. Может где что пропустили…
— А вы куда?
— Я к тому холму пойду, поднимусь и посмотрю сверху, может увижу дым или еще что-нибудь…
Я направился к высокому холму. Чувствовалась сильная усталость, но я всей душой хотел найти пропавшую Софью…
Когда почти приблизился к холму, мне послышался звук топора. У подножия холма оказалась небольшая рощица, уходящая прямо в расщелину. Я осторожно приблизился и увидел как косматый мужик старательно вырубает ветки осины. Он резко обернулся и застыл, играя топориком в руке. Я сразу вспомнил, что у меня с собой никакого оружия.
Я медленно подошел к дровосеку.
— Девочка недавно пропала. Не видели в лесу?
Мужик промычал, размахивая руками и показал на подбородок. Он приблизился и широко приоткрыл рот. Я заметил, что вместо языка у дровосека маленький черный обрубок.
— Девочка. Маленькая. Двенадцать лет,– пробормотал я.– Заплутала где-то в лесу…
Мужик ощерился, приподнял топор и запустил в дерево. Лезвие глубоко вошло в ствол. Незнакомец кивнул и жестом показал, чтобы я шел следом…
Глава 3
Я брел вслед за странным незнакомцем. Кто же знал, что поездка с инспекцией в школу, неожиданно обернется длинной прогулкой по лесу. Однако я почему-то доверял этому странному косматому человеку без языка. Мы подошли к глубокой канаве с темной водой. Мужик показал жестом, чтобы я подождал, и достал из густых зарослей длинную широкую доску, которую перебросил через канаву. Когда мы перешли, он снова тщательно спрятал доску в кустах. Мы медленно продвигались по расщелине, когда из-за камня показался большой серый пес и грозно оскалился, обнажив огромные клыки.
— Хэ-э…– произнес незнакомец и показал на меня. Пес тут же успокоился, однако все равно провожал настороженным взглядом. Мы чуть приподнялись по тропке, за раскидистой ивой оказался замаскированный вход в пещеру.
Я вошел вслед за незнакомцем. Стены и потолок пещеры подпирали бревна. Помещение больше напоминало блиндаж, вторая половина была занавешена серой толстой рогожей. Похоже на жилье отшельников. У небольшой каменной печи сидела черноволосая женщина в мужских просторных брюках и ситцевой рубахе, она варила похлебку. Труба уходила в сторону расщелины. Женщина обернулась и удивленно уставилась на меня зелеными кошачьими глазами.
— Гордей, ты кого привел?
Мужик что-то показал странными жестами и присел на бревно.
Женщина нахмурилась и тихо спросила меня:
— Так кто потерялся в лесу?
— Девочка. Дочь местной помещицы Поповой. Утром они со служанкой пошли на лесное озеро купаться и девочка потерялась.
— Не утопла?
— Нет. Мы ее уже почти три часа ищем. Нашли в лесу ее бусы и платок. Может похитил кто?
— Дочь помещицы — это плохо. Начнут искать, могут выйти на наше жилище…
Гордей опять что-то пробубнил и показал рукой на восток.
— Мой муж знает, где девочка. Ее действительно похитили злые люди. Держат в развалинах старой мельницы, недалеко от реки. Так что зря вы искали ее в лесу.
— А где эта старая мельница?
— Неподалеку. Около двух верст.
— Вы мне только покажите, куда идти…
Женщина печально вздохнула:
— Те, кто ее похитил, действительно плохие люди. Детей убивать нельзя. Придется все же тебе помочь…
— Пойдемте тогда прямо сейчас. Мало ли что у этих злодеев на уме…
— А ты смелый, барин. Вот так пойдешь, даже без оружия?
Я кивнул. Гордей достал из-за спины большой охотничий тесак. Довольно внушительный.
Женщина протянула мне небольшой острый нож с удобной костяной рукояткой и кожаный чехол. Я осмотрел нож, положил в чехол и спрятал сзади, под рубашкой.
— Ну что, пойдем?
— Хорошо,– кивнула женщина.– Похлебку потом доварю. Пойдемте, а то скоро стемнеет…
Мы вышли из пещеры и спустились.
Я заметил что дым из трубы поднимется не вверх, а стелется по расщелине, потому издалека дыма совсем не видно. Кто из любопытных и придет к расщелине, наткнется только на канаву с водой, а за ней — на дикого бешенного пса и вряд ли двинет дальше. Хитро придумали эти отшельники…
Мы снова перешли по доске канаву, но на этот раз направились в противоположную от леса сторону. Гордей шагал впереди, а мы с женщиной сзади, я осторожно спросил:
— Так вы отшельники?
— Я Марьяна. Может слышал?
У меня внутри все похолодело. Даже сердце слегка кольнуло.
— Ведьма Марьяна?
Женщина улыбнулась:
— За несколько веков понятие «ведьма» исказили. На Руси издревле это считалась знающая женщина, ведущая мать, отсюда и ведьма… Ведьмы, знахарки лечили людей, мало кто применял настоящую магию…
— Зачем же ты сына мельника в Лебяжьем извела?
— Я его не изводила, а просто отказала в любви. Разве женщина не вправе сама выбирать мужчину? Несчастный оказался слабовольным и повесился в лесу, из-за этого селяне на меня и ополчились…
— А те двое, которые утонули в пруду, разве не твоих рук дело?
— Перепили и утонули. Конечно, все сразу же спихнули на магию…
Женщина печально вздохнула:
— Где бы я не жила: в Малороссии, теперь здесь, на Нижнем Поволжье, везде люди злые и завистливые… Радуются, когда у соседа неурожай или корова сдохнет. Посмотри, что сделали с Гордеем. Однажды он в сердцах обозвал барина. Сначала его сильно выпороли, исполосовали всю спину. Двое держали за руки, а третий разжал челюсть. Помещик отрезал Гордею ножом язык и бросил собакам. Разве этот поступок похож на поступок человека? Через неделю Гордей проломил помещику череп, собрал вещи и ушел в лес. Вот уже год, как мы вместе. И совершенно не нуждаемся в человеческом обществе… Природа дает нам еду и кров… В природе нет подлости и зависти. Она может радовать. Может и убить. Но никогда не станет ерничать и издеваться… Те двое из Лебяжьего не только избили меня палками, они располосовали мне живот и грудь острым ножом, а я только улыбалась, глядя им в глаза… иногда люди намного злее и жестче диких животных.