Гарвардский баг (СИ)
— Давайте я вам кое-что объясню, Наталья, — улыбнулась я сладко-сладко, не меняя позы, — раз никто до меня не потрудился. Хорос, как и почти четверть сотрудников этой компании из исследователей, разрабов и тестеров — это те люди, благодаря которым вы получаете свою зарплату. Это мы приносим деньги вам в клювике. Это благодаря нам ваша зарплата в два раза превышает среднюю по рынку. Давайте к цифрам, Наталья?
— Да, — все еще надменно, но уже с меньшей уверенностью кивнула девчонка.
— Час рабочего времени Хорос стоит, если мне память не изменяет, восемь тысяч. Час вашего — пять. Вы, конечно, не обслуживающий персонал, Наталья, но что-то близкое к этому, — челюсть Дюжевой уехала вниз, а я улыбнулась еще слаже. — Без вас мы справимся, без Хорос — нет. Улавливаете связь? — бухгалтер, прости святой Линус, застыла на месте. Закрыла рот. Снова открыла, бросила взгляд на Пашку, но, не дождавшись поддержки, все-таки кивнула. Через силу, скривившись.
— А раз улавливаете, я хочу, чтобы билеты Хорос вы купили лично в течение следующих десяти минут, в бизнес. А еще через пять я жду от вас письмо с извинениями на почту всем, чье время вы так бездарно потратили, и, конечно же, Эльмире. И, Наталья, следующего раза не будет, — стерла я улыбку. — Более не задерживаю.
— Паш, — повернула голову девушка с губами и голыми ногами. Знаменский только руку ей протянул, помогая подняться.
— Пойдем, — сухо отрезал он. — Извини, Слав.
— Я не твоих извинений жду, — покачала головой. Сашка в этот момент выразительно покосился на свой смарт, я коротко кивнула. Зам тут же выскочил из переговорки, видимо, радовать Эльку. Следом вышли и Пашка с Натальей.
— Строга, — усмехнулся Алексин, когда шаги Знаменского и его протеже стихли.
— Я пробовала с ней по-хорошему. Все пробовали, — вздохнула, расслабляясь. — Не вышло. Что с мальчишкой, Петь?
— Пока выговор сделал, но могу и оштрафовать, если хочешь, — пожал узкими плечами дядька. Алексин был примерно одного возраста с Борисычем. Тоже седой, но шустрый и чуть менее улыбчивый. И косяки у секретарей случались редко. Петр их строил, как солдат, к тому же уже года два как часть секретарской работы тащила на себе Энджи.
— Не надо. Я верю, парень на всю жизнь запомнит сегодняшний день, — покачала головой, собираясь подняться на ноги, но Игорь придержал меня за локоть, и я осталась сидеть. — Вместо Ники взяли?
— Ага, — кивнул Алексин. — Пока она в декрете. Вроде нормальный пацан, а тут видишь как… — развел руками в стороны.
— Со всеми случается, — кивнул Ястреб, что-то снова набрал на трекере. — Мы видели твой план, Петь. Тебе на словах хватит, что согласуем, или в письме?
— На словах пойдет. Я, кстати, выкатил таксистам штраф, думаю, что отпираться не будут, — широко улыбнулся он, поднимаясь на ноги и замирая у двери. — И бизнес покроет, и неиспользованный билет, и еще останется.
— Вот теперь я тобой восхищаюсь, — улыбнулась тоже широко. — Какая формулировка?
— Срыв переговоров, напомнил о пересмотре контракта и новых игроках на рынке.
— Сударь, вы меня покорили, — расхохоталась я.
Алексин приподнял полы невидимой шляпы, махнул коротко Ястребу и вышел из переговорки. А мы с Игорем снова остались вдвоем. И я опять начала задаваться вопросом о том, зачем он тут.
— Зачем все-таки ты пошел со мной, Игорь? — спросила, так и не найдя ответ и поняв, что вопрос беспокоит меня куда больше, чем стоило бы.
— Хотел поговорить. Утром не получилось, — как будто ничего не случилось и он ждал этого вопроса, пояснил Ястреб. А я покосилась на собственный трекер.
Почти двенадцать.
— У меня через пять минут митинг с моими, — поморщилась, понимая, что сегодня все идет не по плану. — Не хочу переносить еще раз. Они и так на нерве. Не понимают, что происходит.
Ястребов оторвался на миг от планшета, в котором что-то быстро набирал. Взгляд был рассеянным. Казалось, что он не слышал ни слова из того, что я только что ему говорила.
Но… Всегда есть «но», особенно в случае с этим мужчиной.
За пять месяцев работы с Игорем Ястребовым я привыкла к такой манере общения, к постоянному ощущению, что тебя не слушают. Знала, что он все слышал, что слушал. Способности Игоря действительно поражали.
Он мог кодить на собраниях, переговорах, во время телефонных звонков. Говорить с тобой и кодить. И при этом не терять связи с реальностью, не допускать ошибок.
К этой его манере я привыкла на самом деле даже быстрее, чем ожидала. А вот к чему не могла привыкнуть до сих пор — к упрямству.
— Тогда давай пообедаем. Я загляну к тебе в час, — и поднялся на ноги, подавая мне руку.
Не принять протянутую ладонь было бы странно. И я вложила свою руку в его, с неудовольствием и некоторым удивлением отмечая, как дрогнули пальцы, как кайфово ощущать его ладонь.
Работа, Слава, сосредоточься на работе.
— Хорошо, давай пообедаем, — согласилась, коротко кивнув и убирая свои пальцы.
А после просто позорно сбежала на встречу к своим воронятам под пристальным взглядом глаз цвета сумеречного неба, выталкивая и выпихивая из головы опасные мысли.
Мои новости восприняли более чем положительно: очередной челлендж обещал быть пусть и непростым, но интересным. Оля, Костя и Макс взялись курировать новеньких и вводить их в курс дела. Общую встречу уже вместе со свежей кровью решили провести в четыре, как раз молодняку должно было хватить времени, чтобы устроиться и осмотреться.
Я отпустила ребят и вошла в свой кабинет, когда часы показывали четверть второго. Думая о том, что времени на то, чтобы поработать, почти не осталось. Недовольно нахмурилась, уставившись в планшет, и снова врезалась в Ястребова.
— Это начинает входить в привычку, — пробормотала, скривившись и отступая на безопасное расстояние. Ладно, на кажущееся безопасным расстояние. — Ты что-то хотел?
— Обед, — кивнул он, придерживая меня за предплечья.
— Но… — я хотела было возразить, предложить перенести, но не успела, отвлекшись на невыносимое прикосновение.
Да что ж шарашит-то так?
— Никаких «но», нам надо поговорить. Пойдем, — и он ловко вытащил у меня из рук планшет, бросил его на диван, потянулся к моей куртке.
Я скрипнула зубами.
— Игорь, ты командуешь, — сощурилась раздраженно.
— Да, — кивнул царь-и-бог-наших-разрабов невозмутимо. — Потому что ты тормозишь, а времени и у меня, и у тебя сегодня критично мало, — Ястреб расправил куртку, вынуждая принять его помощь, помог одеть. Подал рюкзак и пропустил вперед.
— Мы могли бы поговорить вечером, — не хотела отступать я, следуя за ним по коридору. — Когда все это немного устаканится.
— Вечером, возможно, будет поздно, — непонятно ответил он, входя в лифт.
— Поздно?
— За обедом, Слав, — отрицательно покачал головой, облокачиваясь о зеркальную стену кабины. — Энджи, первый.
— Задача не ясна, переформулируйте, пожалуйста, князь Игорь, — заупрямилась помощница.
— Словари-и-и-и, — пропела я, растягивая в улыбке губы.
— Лифт сорок восьмой, опусти нас на первый, Энджи. — и бровью не повел Ястреб.
А до меня дошло…
— Зачем мы…
— Меня достал наш фудкорт, поедим в Франче, — объяснил Игорь и прикрыл глаза, скрещивая руки на широкой груди.
— Не делай из меня идиотку, пожалуйста, — вышла из лифта первой в холл. Ястреб комментировать никак не стал. Кивнул охране, терпеливо дождался, пока его проверят, дождался, пока проверят меня, снова пропустил вперед к ступенькам огромного крыльца.
До Франче мы шли в молчании. На улице для разнообразия было тепло, дневной город шумел голосами и машинами, спешили по своим делам прохожие, и все это вместе настраивало бы на вполне умиротворенный лад, если бы голова не была забита текучкой и основательно поехавшим на сегодня расписанием.
Игорь еще в пятницу вернул мне доступ к Ирите и Энджи, и я очень хотела покопаться в первой, но… Увы и ах уже не сегодня, скорее всего завтра во второй половине дня. После переговоров с китайцами.