В тени престола. Компиляция 1-12 книга (СИ)
– Бог и Людовик!..
Принц поморщился. Конечно, ему было приятно, что его имя поставили в боевой клич вместе с таким символом веры и благочестия, но он попросил, по возможности, изменить данный клич и девиз чем-нибудь менее пафосным и более приземленным. Тогда вечный балагур, хохотун и страшнейший выдумщик Гастон де Омаль переменил девиз на:
– Франция и Людовик!..
Это уже было более приемлемо, но принц сильно беспокоился, не будет ли данный боевой клич истолкован его врагами, как намек на узурпацию власти его, еще живого, отца.
– Мессиры! Я тронут Вашей любовью и привязанностью ко мне, но прошу вообще воздержаться от девизов и кличей, дабы не давать повода к злословию и наветам моим недругам. – Сказал собравшимся рыцарям Людовик.
– Только прикажите, Ваше высочество, и мы разорвем в клочья любого врага!– Гаркнули глотки его рыцарей.
«Прекрасно. Теперь я обзавелся ватагой отмороженных, но верных, до невозможности, рыцарей, которые будут искать повод погромить любого моего врага в надежде откусить, с моего высочайшего разрешения, горсть его земли». Вслух же сказал:
– Мессиры! Для Меня высочайшая честь и благо иметь таких верных и благородных вассалов! Верьте мне! Идите за мной! И вы не прогадаете!..
– За Людовиком в огонь и в воду! – Снова крикнули обрадованные рыцари.
– А вот, мессиры рыцари, и новый клич, если хотите, – спокойно сказал принц. – Скоро мы вступим в земли виконства Буржа, отдохните и приведите в порядок своих подчиненных. Мы же пока побеседуем наедине с мессиром коннетаблем нашего отряда, благородным и верным де Сент-Омером…
Рыцари, поклонившись, вышли из палатки принца, оставив его наедине с мессиром Антуаном.
– Мой верный и добрый наставник. – Начал принц. – Я до сих пор под впечатлением успехов нашей операции. Только благодаря Вам, Вашему гению воина и Вашей методе подготовки моих молодых рыцарей нам удалось так блистательно разбить мощного врага.
– Сир. Вы меня, право, разбалуете своими комплиментами, и я сам поверю в свою непревзойденность. – Рассмеялся Антуан.
– Ладно. У меня к Вам есть совершенно неожиданное предложение…
– Какое предложение, сир Людовик? – Заинтересовался де Сент-Омер.
– Как Вы смотрите на то, что возглавите мою личную военную школу для юных дворян, поступающих ко мне в услужение?..
– Намекаете, что старику Антуану пора на покой?..
– Отнюдь. Старику Антуану, как Вы выразились, не пора на покой. Старику Антуану будет, если он даст согласие, совсем не до покоя! Сугерий на волне воодушевления уже умудрился насобирать мне около двухсот молодых бастардов и младших сыновей дворян со всех уголков нашей милой Франции. Самое смешное, он отобрал только наиболее экипированных ребят, многих он в деликатной манере завернул, поставив в «лист ожидания милости принца Людовика». Каков подлец, а?
– Признаюсь, мой принц, Сугерий и в правду не по годам смышленый человек. Так вот от кого исходят многие басни и слухи о нашем походе! – Рассмеялся Антуан.
– И от него тоже. Но, смешное будет дальше, держитесь крепче, чтобы не упасть со стула! Сугерий разместил их лагерем на спорных с Монморанси землях на правом берегу Сены, прямо у Парижа. Как Вам это? – Добавил Людовик.
– Вот прохвост! Поставить перед самым носом у Монморанси легион молодых и голодных до славы и наград юношей, связанных, пока условной, но, вассальной присягой принцу! Молодец! – Не удержался от искренних похвал мессир Антуан.
– Так что Вы теперь скажете на мое предложение?
– Говорить нечего! Когда мне выезжать и принимать этих «славных птенчиков Сугерия»?
– Если честно, то вчера! – Пошутил, довольно-таки серьезно, Людовик. – Меня интересует только один вопрос – кого Вы рекомендуете на роль коннетабля в Ваше отсутствие?
– Лучше мессира Мишеля де Нанси вам не найти. Сдержанный, опытный, трезвомыслящий на поле брани воин. Пользуется уважением всех, без исключения, воинов Вашего отряда, сир. – Отрекомендовал де Нанси мессир Антуан.
– Великолепно! Пригласите немедленно мессира де Нанси, у меня есть к нему неотложное дело! – Крикнул Людовик слугам, которые тотчас побежали искать де Нанси.
– Кого бы Вы хотели взять себе в помощники, мессир Антуан? Ведь новое дельце будет более масштабным, а мне бы очень хотелось, чтобы Вы не уморились на этих юнцах. – Продолжал принц.
– Из всех рыцарей, присутствовавших с Вашим высочеством при штурме замка де Фонтенэ, мне наиболее приглянулся мессир де Монтонкур, взявший на себя самый трудный и опасный участок – управление тараном. Он хотя и молод, по моим меркам, но смышленый и толковый рыцарь. – Ответил Антуан.
– Быть по сему… – спокойно ответил Людовик.
В палатку вошел де Нанси, который учтиво поклонился и замер у входа.
– Входите, мой благородный де Нанси! Обстоятельства неотложного характера вынудили меня срочно искать вас. – Улыбнулся Людовик.
– Сир! Вы можете располагать мною в любое время суток! – Бодро ответил де Нанси.
– Видите ли, де Нанси, я вынужден откомандировать мессира Антуана де Сент-Омера в Париж, и мне необходим человек, способный заменить столь славного и грамотного командира. Что Вы думаете по этому поводу, мессир де Нанси? – Спросил Людовик, пристально взглянув в его глаза.
– Мне лично кажется, сир, что в нашем отряде никто не способен заменить мессира Антуана. – Ответил невозмутимый де Нанси.
– Вы совершенно правы. Исходя из этого, я лично спросил совета у мессира Антуана на предмет назначения заместителя. Он рекомендовал Вас, де Нанси. Что скажете?..
– Это высокая честь и огромная ответственность, сир Людовик. Я считаю, что есть другие персоны, более подходящие для этой роли… – смущенно ответил де Нанси.
– Мы прекрасно знаем Вашу скромность, порядочность и щепетильность, но, коли, мессир Антуан посоветовал назначить коннетаблем Вас, так оно и будет. – Решительно сказал Людовик, давая понять всю серьезность и окончательность его решения.
– Раз такое дело сир, то я отвечу только одно. Я, Мишель де Нанси, не подведу Вас и не разочарую моего доброго наставника, мессира рыцаря Антуана де Сент-Омера! – Гордо и спокойно ответил де Нанси.
– Вот и славно. А теперь, сеньоры рыцари, я больше не смею Вас задерживать. – Учтиво сказал Людовик рыцарям, которые поклонились и покинули палатку принцу, направившись принимать дела в отряде.
Людовик сел возле горящего факела и начал читать вторую, секретную, часть письма Сугерия.
«Также извещаю Вас, принц, о начале козней семейств де Рошфор и де Монморанси вокруг Вашего батюшки Филиппа. Оные рыцари, прознав о Ваших успехах, сильно обеспокоились. Они начали плести сети вокруг необходимости женитьбы Вас, мой друг и сюзерен, рассчитывая таким способом повлиять на Вашу новую политику укрепления власти. Вашей свадьбой для своих семейств добиться больших выгод…».
Далее Сугерий рассказывал о возросшей активности семейства де Монморанси вокруг аббатства Сен-Дени и земель убитого мессира де Фонтенэ в графстве Понтье.
Все это начинало беспокоить принца не на шутку.
«Проклятые лизоблюды! Им наплевать даже на близкое кровное родство, лишь бы просунуть свои рыла ближе к кормушке привилегий и власти! Я устрою им скоро небольшое светопреставление! Сначала, я уговорю нашего милейшего виконта де Бурж о залоге его земель, в случае участия мессира виконта в крестовом походе. Короне надлежит быть первой в таких делах…».
Он снова перевел взгляд на письмо:
«По моему разумению, стоит немного поучаствовать в этой игре, усыпив их внимание. Можно дать предварительное согласие на данный брак, который всегда можно будет оспорить перед Римом, выдав его кровосмесительным…».
Сугерий настоятельно просил принца направить мессира Антуана с помощниками для отбора и подготовки молодых рыцарей, набранных и размещенных под носом у семейства Монморанси.
Дело, за время отсутствия принца Людовика в Париже, принимало дурной оборот. Людовик сильно обеспокоился возней придворных вокруг его отца и, что особенно его настораживало, детей от незаконного брака с Бертрадой де Монфор. Прежде всего, это был его младший брат, Филипп, бастард, но бастард мужского пола и, значит, его всегда можно использовать в грязных престольных играх….