Рождество с тобой (ЛП)

— Просто прекрасно, — соглашаюсь я. — Живя в Нью-Йорке, я скучал по всему этому. Здесь же ночью можно смотреть на небо и наблюдать, как сверкают звезды, как луна отражается в снегу, и наслаждаться лишней минутой, когда живешь в таком городе.
— И это стимул? Переехать в Винтер Велли, где Хозяин по имени Время дарит тебе на три часа больше?
Я смеюсь вместе с ней.
— Вот вам и джингл для рекламы города, — шучу я. — Жизнь меняется. Ты больше сосредоточен на семье, чем на очередном повышении, на том, чтобы тебя не уволили, или чтобы твой бизнес оставался на плаву.
Она молчит, ее взгляд сосредоточен на том, что происходит снаружи.
— Тебе нужно вернуться в постель. Если ты этого не сделаешь, Санта может не сможет объехать весь город.
— Это просто смешно. — Она хихикает. — Может, он не сможет сделать это, потому что ты непослушный, а накажут весь город.
— Или… мы можем лечь в постель, делать всякие грязные вещи и творить свое собственное волшебство. — Я подхватываю ее на руки и несу обратно в свою кровать.
  
Глава 28
 
Одри
Рождественское утро — настоящий хаос.
В буквальном смысле.
Еще не рассвело, а уже повсюду разбросана оберточная бумага. Если нужно найти пол, придется пробираться через море подарочных упаковок и лент. Кстати, о ленточках: Перри повязала их на головы всех мужчин Брэдфорда и сверху украсила бантами.
Дамы вместо повязок получили ленточные браслеты. Мы все выглядим очень празднично, а Кларисса сделала не менее пяти тысяч фотографий. Я знаю, потому что потребовала, чтобы она прислала мне их все до единой.
Когда я проснулась сегодня утром, то на секунду ощутила панику, что мы с мамой вторгаемся в их семейное Рождество, но она поутихла, как только Перри вошла в мою комнату и закричала, чтобы я скорее спускалась вниз.
Она была бы отличной пожарной сигнализацией.
Подарки продуманны до мелочей. Миссис Брэдфорд подарила мне книгу по приготовлению печенья, над которой мы все посмеялись, поскольку я теперь «официально» стала пекарем в гостинице. Сестры подарили мне планировщик ремонта… который точно смогу использовать… если меня не уволят. Но, скорее всего, я смогу создать свои собственные проекты. Может, у меня будет свой бизнес.
Братья внесли свою лепту и подарили мне гигантскую упаковку белых пенопластовых стаканчиков для кофе. Это вызвало у всех очередной приступ смеха.
Судя по подарочным биркам на следующих коробках, они были от Перри и Колина. В одной коробке — пара варежек, шапка и шарф, похожие на те, что получили все дамы Брэдфорд. И снова я чувствую себя частью этой семьи. Они приняли меня и даже мою маму, которая тоже получила аналогичный набор.
Не теряя времени, я прикрепляю свои ключи к брелку в виде снежного шара.
Глаза готовы выйти из орбит, когда я вижу кулон и серьги с единорогом. Ни один из этих подарков не является бессмысленным. Каждый продуман до мелочей и сделанный с душой.
Я тяжело сглатываю.
Осталось открыть один подарок от Колина.
В животе порхают бабочки. Я оглядываюсь по сторонам и вижу, что он внимательно наблюдает за мной. Все остальные поглощены своими разговорами.
Я осторожно тяну за ленточку.
Сердце учащенно бьется, когда просовываю палец под ленту, закрепляющую упаковку. Не так давно этот человек был незнакомцем, но теперь его подарок значит больше, чем все, что я когда-либо получала. Как это произошло? Как он и его дочь смогли проникнуть в мое сердце?
Когда открываю крышку коробки, мои мысли бегут в такт с сердцем. Неужели это свитер? Фигурка белого медведя? Мятные конфеты?
В папиросной бумаге лежит фоторамка, заполненная коллажем из фотографий, сделанных за время моего пребывания здесь. На одной из них Перри тащит меня к гигантской елке, которую она изначально хотела. На другой мы с Колином на коньках. Селфи, сделанное нами втроем два дня назад, когда мы закончили кукольный домик.
И последнее, где мы целуемся перед гостиницей.
— Миссис Поллард прислала мне эту фотографию. — У него хриплый голос с нотками веселья.
 
— А это? — Я показываю на фотографию того дня, когда мы катались на коньках.
Его щеки приобретают мой любимый оттенок красного.
— Менеджер хоккейной команды сказал, что мы выглядели так, будто нам было весело, и прислал мне это. — Он пристально смотрит на коллаж. — Мне безумно нравятся все эти моменты.
Мне тоже. Даже больше, чем просто нравятся.
Я хочу миллион таких моментов, но они кажутся недосягаемыми. Хотя вот они, прямо передо мной. Повсюду.
Я обнимаю его за шею, и он целует меня в лоб. Это единственная фотография, которой не хватает в коллекции. И мне придется хранить ее в памяти.
— Единорог. — В этом слове столько эмоций, что оно словно вырвано из его души. Я боюсь зайти слишком далеко. Боюсь, что не услышу того, что хочу. Что не смогу увидеть желаемого.
И что завтра утром проснусь в своей постели в Лос-Анджелесе, и все это окажется не более чем сном.
— Тебе нравится? — Перри опускается рядом со мной. — Я помогала папе в постановке фотографий.
У меня в горле образуется комок.
— Это прекрасно.
Я обнимаю ее, и она прижимается своим теплым телом к моему.
— О-о-о. Замрите. Мне нужно это сфотографировать. — Кларисса протягивает телефон и нажимает на экран. — Тебе нужен кадр побольше, — говорит она, изучая снимок.
— Мы можем пойти к Мэгги? Хочу, чтобы она первым делом получила кукольный домик. — Перри вскакивает на ноги.
— Кексик, еще слишком рано.
— И что? Что, если она уже проснулась?
Рассуждения четырехлетнего ребенка не перестают меня удивлять. Как Колин может с этим спорить?
— Нам понадобится помощь, парни, — говорит он своим братьям.
— Отнеси им кексы, — говорит миссис Брэдфорд. — И не забудьте про другие подарки Мэгги. — Она собирает их из-под елки и кладет на скамейку в фойе.
— Я бы хотела пойти с вами, — тихо говорю Колину.
— Разумеется, ты с нами, — отвечает он, как будто я сошла с ума, если думала иначе.
Эти слова звучат невероятно. Меня достаточно. Я желанная и не лишняя в этом доме.
— Тогда лучше пойду переоденусь. — Я опускаю взгляд на свой кигуруми.
— Нет! — Перри вскрикивает. — Мы нашли для Мэгги такой же. Она будет такая же как мы. — Она садится посреди фойе и натягивает сапоги.
Я следую ее примеру. В конце концов, она главная.
В доме, к которому мы подошли, горит свет. На остальной улице тихо, солнце начинает подниматься.
Перри звонит в дверь и стучит своим маленьким кулачком. Через минуту дверь открывает женщина в рваном халате и дырявых носках.
— Перри? Колин? Что вы здесь делаете? — Она не пытается скрыть своего удивления.
— Мы — помощники Санты! — с энтузиазмом говорит Перри.
— Нам уже дарили подарки, — говорит она, и я тяжело сглатываю.
Судя по ее наряду, эта семья переживает не лучшие времена. Хотя, если честно, у меня тоже есть носки с дырками. Небольшой домик ухожен, но я замечаю прогнившую доску на крыльце и выцветшую краску на ставнях.
А на елке висит украшение «Помощники Санты», которое они сняли, чтобы помочь кому-то другому, нуждающемуся в помощи. Мне пришлось перевести взгляд на улицу, чтобы успокоиться, но это не помогает. Кукольный домик в руках Колта и Моргана с трудом держится в равновесии.
Щедрость этого города не знает границ.
— Это для Мэгги, — говорит Перри так, как может говорить только ребенок. Никакой наигранности. Только честность.
Женщина прижимает руку к горлу.
— Вы не должны были…
Маленькая девочка тихонько проскальзывает под руку матери и прижимается к ее боку.
— Привет, Мэгги.
— Привет, Перри, — говорит она едва слышным шепотом.
— Не возражаешь, если мы занесем некоторые вещи в дом? — спрашивает Колин с улыбкой, перед которой никто не может устоять.
— Нет. — Она трясет головой, как бы проясняя ситуацию. — Проходите.