Рождество с тобой (ЛП)

На нас слишком много одежды, и я хочу… я не должен этого хотеть, но не могу вспомнить, почему это бессмысленно. Все, что знаю, это то, что она мне нужна.
Ночь в нашем распоряжении. Я просто до боли хочу быть внутри нее, умираю от желания обладать ею. В голове все плывет от вожделения, и я вдруг останавливаюсь, вспоминая, где мы находимся, и где я хочу быть. Внутри нее, в моей постели — или в любом другом месте.
— Я хочу тебя, — говорю я между вдохами, контролируя желание, которое грозит втолкнуть ее внутрь B&B и прижать к двери.
Если бы только я мог сорвать с нее одежду и овладеть ею быстро и грубо.
— Поедем ко мне домой? — Это прозвучало как вопрос.
Она прочищает горло.
— Мы не должны… уже поздно, и мы у твоих родителей.
— Именно поэтому мы идем ко мне, — повторяю я, хватая ее за руку и увлекая за собой.
То, как веду себя рядом с ней, так не похоже на меня. Я не могу убедить себя в том, что не нуждаюсь в ней так сильно. Возможно, это единственный шанс побыть вместе. Она уезжает через несколько дней, и после этого останется лишь приятным воспоминанием. Почему все хорошее заканчивается?
Когда мы подъезжаем к моему дому, там почти темно. Сквозь окно просачивается свет, но я не включаю освещение. У нас нет времени… вернее, у нас есть вся ночь, но я не могу больше ждать. Поэтому толкаю ее к двери.
— Боже, ты просто совершенство. — Я прижимаю ее к себе, глядя в ее большие, красивые глаза. Они блестят от желания, но смотрят на меня с такой нежностью, что у меня тает сердце. Я хочу потеряться в них, в ней. Сегодня хочу забыть о своей семье, о своей жизни и обо всем, что было до нее.
— Я сомневаюсь в этом, но ты тоже неплох, — бормочет она, ее губы всего в дюйме от моих.
Только на одну ночь я хочу сосредоточиться на Одри Рид.
Я хочу наслаждаться ею.
Исследовать ее.
Овладеть каждым сантиметром ее тела.
Я обхватываю ее лицо и крепко прижимаю к себе.
— Хочешь, чтобы я остановился?
Одри жует внутреннюю сторону губы, ее глаза темнеют, когда она смотрит на меня.
— Пожалуйста, не надо, — говорит она хриплым голосом.
Желание течет по моим венам.
Я расстегиваю молнию на ее куртке, разворачиваю шарф и целую в шею. Мои губы следуют за руками, которые разворачивают ее, как подарок. Эта великолепная женщина — настоящий подарок от самого Санты. Я провожу поцелуями по ее обнаженной коже. Она дрожит. Мои пальцы исследуют ее, снимая с нее одежду.
— Ты такая красивая. — Мой голос звучит грубо и похотливо.
Я прижимаюсь губами к ее губам и нежно целую ее. Она такая мягкая и маленькая по сравнению со мной, но мы идеально подходим друг другу. Я провожу языком между ее пухлыми губами. Она приоткрывает их, издавая тихий стон. Я запускаю руки в ее волосы, притягивая ближе.
Она закидывает руки за мою шею, прижимая меня к себе крепче. Мы отчаянно нуждаемся друг в друге. Мой рот прижимается к ее, неторопливо исследуя его. Я хочу насладиться этим моментом. Между нами столько страсти, что наш медленный поцелуй становится неистовым и пылающим.
Невероятные ощущения переполняют меня. Я опьянен Одри.
Ее запахом.
Ее вкусом.
Ее стонами.
Одной рукой стягиваю с нее джинсы, и она, покачиваясь, сбрасывает их на пол и выходит из них. Моя вторая рука переходит к ее упругой попке, и я напрягаюсь, когда понимаю, что больше на ней ничего нет. Если бы я знал… ты бы ни черта не смог сделать, идиот.
— На тебе слишком много одежды… — говорит она напряженно.
— Сейчас мы это исправим, Единорог. Мне нужно исследовать каждый сантиметр твоего тела своими руками, — говорю я, проводя рукой по ее бедру. У нее перехватывает дыхание, когда почти касаюсь ее киски. — И ртом.
Наши взгляды встречаются, и я вижу желание и уязвимость в ее глазах. Наклоняюсь ближе к ней, провожу губами по ее прекрасной груди, затем облизываю один из ее темно-розовых сосков, прежде чем пососать.
Она стонет, выгибает спину, хватаясь за мою шею. Я обхватываю ее за талию и берусь за другую грудь, сжимаю и ударяю по соску, продолжая посасывать другой.
 
Это просто великолепно.
Я зарываюсь лицом между ее грудей, а мои руки исследуют ее роскошное тело. Убрав руку с ее груди, я тянусь к вершине бедер, и она вздрагивает от моего прикосновения. Она такая мокрая.
Для меня.
— Я хочу, чтобы ты был во мне, — говорит она твердо, почти повелительно.
Она хватает ворот моего свитера и стягивает его через голову.
— Подожди, я хочу, чтобы тебе было хорошо. — Мой голос дрожит. — Я хочу попробовать тебя на вкус, — говорю, облизывая свой мокрый палец, смакуя ее соки.
Она улыбается мне. Это не невинная улыбка, и мне это нравится.
— Для этого у нас вся ночь, — говорит она и сдвигает мои брюки и трусы-боксеры вниз по заднице, освобождая твердый член.
Она удивляет меня, проводя большим пальцем по его головке.
— Я тоже хочу попробовать тебя на вкус, но позже.
Мне нравится, что она знает, чего хочет, и требует этого. Это заставляет меня хотеть ее еще больше. Я толкаю ее на диван, вылезаю из джинсов и достаю из бумажника презерватив.
Я открываю упаковку и раскатываю его по своей длине. Стоя перед ней на коленях, наблюдаю, как расширяются от удивления ее темные глаза.
— Это зрелище, достойное поклонения. — Я раздвигаю ее бедра и, придерживая, ввожу головку в ее вход. — Ты этого хочешь?
Она кивает, высоко поднимая бедра в знак приглашения. Стать ее частью.
Я наслаждаюсь девушкой, медленно вводя себя дюйм за дюймом. Мой ствол пульсирует, когда она плотно обнимает его. Я разваливаюсь на части.
— Пожалуйста, — умоляет она, подаваясь бедрами вверх.
— Терпение, — говорю я, прижимаясь к ней всем телом и беря ее рот.
Мы целуемся, найдя свой ритм.
Мое сердце, мое тело и душа жаждут ее каждый раз, когда я оказываюсь рядом с ней. Я никогда не знал этого чувства, даже когда был женат. Потом все эмоции сменяются вихрем — Одри с Перри, мои сестры, смеющиеся на кухне, разносящие печенье по гостинице. Я так долго ждал этого. Оргазм настигает меня, когда она выкрикивает мое имя. Все слишком, однако сомневаюсь, что этого когда-нибудь будет достаточно.
  
Глава 19
 
Колин
На следующий день приезжаю к родителям около полудня. В доме тихо, только из столовой доносится звук клавиатуры. Одри сосредоточенно смотрит на монитор. Кончик ее языка виднеется сквозь слегка приоткрытые губы.
— Ты когда-нибудь останавливаешься?
Она поднимает взгляд, и ее лицо светлеет, когда она улыбается.
— Привет, — шепчет она. — Думала, ты работаешь.
— Работал, но рано закончил. — Я подхожу к тому месту, где она сидит, и касаюсь ее губ своими. — Я скучал по тебе.
— Твоя мама чуть не поймала меня, когда я пробиралась в дом в пять утра, — стонет она. — Поговорим о позорной прогулке.
Я целую ее в макушку.
— Жаль, что тебя чуть не поймали, но извиняться за то, что продержал тебя всю ночь не стану.
Она смотрит на меня, и я думаю, что мы оба в поиске подходящих слов. Это… что бы ни происходило между нами… нельзя отрицать, но какой смысл обсуждать это?
— Где все?
Она закрывает ноутбук и вздыхает.
— Я уверена, твоя мама говорила что-то о мастерской Санты, но не помню, было ли это, когда Перри попросила пони, или когда твой папа упомянул печенье Бекки.
— В Ньюберри Фоллз есть магазин, где дети могут сами создавать игрушки, как в мастерской Санты. Все вырученные средства идут в благотворительность. Каждый сезон подход меняется. На Хэллоуин можно сделать свой собственный костюм. Это очень весело.
— Ты живешь в каком-то волшебном месте.
— Это заставляет тебя хотеть жить здесь, не так ли?
Она пожимает плечами.
— Мне нечего делать в этом городе. Приятно провести какое-то время, но вам следует уделить больше внимания маркетингу, чтобы посетители были круглый год. Бекки не помешало бы больше клиентов. — Она наклоняет голову в сторону. — Магазин на соседней улице, где я купила сапоги… у них есть интернет-магазин?