Суженая для дракона (СИ)

А еще Эдуард вспоминал, что вот-вот должна была появиться тихоня кузина. Вечная плакса, она раздражала Эдуарда одним своим видом.
Хотя, честно признаться, в том состоянии, в котором пребывал Эдуард, его раздражали все и все. Тот же Альберт, например, так и не нашедший в себе силы расстаться со своей пассией.
Возвращения домой Эдуард ждал с огромным нетерпением. И вот, наконец, старший посол воспользовался портативным порталом, и «голодный» Эдуард с облегчением шагнул через разрыв пространства, во дворец, к жене.
Во дворце с первого взгляда все было спокойно. Слуги занимались делами, никаких разрушений Эдуард не заметил. Никто не кричал, не бегал, не пытался найти укрытие.
А еще посольство вместе с Эдуардом никто не встречал. Вообще никто. Даже собственный отец, и тот, прекрасно знавший о времени появления сына дома, не соизволил появиться.
— Где все? — спросил Эдуард, остановив пробегавшего мимо слугу.
— На показе, ваше высочество, — ответил тот, почтительно поклонившись.
— На показе чего? — уточнил мало что понимавший Эдуард.
— Так женских нарядов, ваше высочество.
Эдуард вспомнил предыдущий показ, проходивший в комнате дворца, и мысленно застонал. Сбывались самые мрачные его кошмары. Столица медленно, но постепенно развращалась, нравы падали в Бездну.
— Где проходит показ?
— В доме мод, ваше высочество.
А вот тут Эдуард нахмурился. Его не было неделю, всего лишь. Что же получается, за такой короткий срок жена и ее сестра успели и здание подготовить, и персонал нанять, и показ мод устроить? Как-то слишком быстро все произошло.
Отпустив слугу, Эдуард повернулся к своим спутникам:
— Все свободны. Пока. Альберт, пойдем, пройдемся. Заодно покажу тебе твои покои.
До покоев жениха, расположенных неподалеку от покоев самого Эдуарда, дошли молча. Все же стены везде имеют уши, особенно — в коридорах.
— Что за показ? — уточнил Альберт, едва за ними обоими закрылась дверь. — Не слышал ни о чем подобном.
— Новшество, привнесенное из другого мира моей супругой, — поморщился недовольный вопросом Эдуард. — Она — дочь богини и демона, поэтому ей многое сходит с рук. Не беспокойся, твоя будущая жена воспитана совершенно в других традициях. Располагайся. Отдыхай. Поговорим позже.
Альберт задумчиво кивнул.
Эдуард вышел из его покоев и направился к себе. Ему следовало побыть в одиночестве, подготовиться к встрече с дражайшей супругой.
К показу, важному событию для сестер, Вика со Светой готовились тщательно. Последние двое суток они разве что не ночевали в доме мод, проверяя, все ли в порядке, подсказывая еще не опытным швеям модели: на пальцах объясняя, почему вырез должен быть глубоким, а рукава — короткими, обучая будущих манекенщиц правильной ходьбе по подиуму.
Арина почти все время находилась с ними, по выражению Вики, «ходила, как хвостик». Не отрываясь, она наблюдала за каждым жестом сестер. Тихая, затурканная, молчаливая: она напоминала Вике неупокоенного призрака. Обернешься — а она молча стоит за плечом.
— Она меня пугает, — проворчала как-то Вика, когда они со Светой остались одни в спальне Вики. — Не знаешь, чего от нее ждать.
— Бобы, — напомнила практичная Света.
Вика досадливо дернула плечом:
— Не уверена, что они стоят таких мучений.
С сестрами Арина разговаривала относительно нормально. Но стоило при ней упомянуть Эдуарда, как она вздрагивала и съеживалась от страха.
— Да что он с тобой сделал? — недоуменно спросила как-то Вика.
— Он злой, — последовал ответ.
— Эдик? Злой? Ладно, я с ним поговорю, когда он вернется, — пообещала Вика и снова с головой погрузилась в подготовку к показу мод.
Наконец, торжественный день настал.
Один из троллей, исполнявших роль дворецкого, в зеленой ливрее встречал гостей у входа. По ступенькам, а затем и по коридору стелилась широкая красная дорожка. Эльфийка находилась за стойкой на первом этаже неподалеку от двери и предлагала всем и каждому кофе: чай, пирожные.
Вика со Светой стояли у лестницы, ведущей на второй этаж. Одетые в брючные костюмы, они поджидали гостей из знати. Вика немного нервничала, боясь, как бы их затея не провалилась. Достаточно было не прийти верхушке императорского двора, и все, можно забыть об идее с домом мод.
 
Входная дверь открылась, на пороге появились свекровь, бабушка, а с ними — десятка два фрейлин. Вика выдохнула с облегчением. Даже если после показа теперь ничего не купят, слухи все равно разойдутся.
Показ состоялся на втором этаже, в специально оборудованном ля этого зале. Фрейлины, привычные к брючным костюмам сестер, не отрывали глаз от подиума, на котором неспешно вышагивали бывшие швеи.
Вика дала себе зарок, если хотя бы половина платьев будет выкуплена и у дома появятся деньги, нанять девушек специально для подиума. А пока… Пока приходилось довольствоваться тем, что есть. И те, кто еще вчера держал в руках нитку с иголкой, чинно вышагивали по подиуму в созданных ими же самими нарядах.
Тихий шепоток среди фрейлин и жадность в их глазах дал понять Вике, что модели для первого показа были выбраны правильно. Как раз то, что надо. Вечно закутанные с ног до головы фрейлины сейчас с удивлением и неверием рассматривали и вырезы на платьях, и короткие рукава, и длину нарядов. Аристократкам хотелось иметь все это, и даже больше. В самом деле, если жена принца позволяет себе расхаживать в брюках, почему остальные женщины при дворе должны кутаться в свои платья?
  
Глава 43
 
Вика появилась дома поздно, уставшая, но веселая.
— Вот она, любящая жена, — проворчал недовольный Эдуард. — Я, между прочим, уже часа три, если не четыре, тут торчу. А ты?!
— Торчишь в моей спальне? — насмешливо уточнила Вика, садясь на постель в раздражавшем вкус Эдуарда брючном костюме. — У тебя своя есть.
— Я соскучился, — Эдуард повалил Вику на кровать и, не слушая протестов, сгреб в объятия. — Молчи, женщина. Мужа неделю не было.
— Это не повод мять мне костюм, — отрезала Вика, пытаясь выбраться.
В ответ Эдуард закрыл ей рот поцелуем. Несколько секунд она продолжала бороться, стараясь оттолкнуть Эдуарда, но потом все же ответила, и их языки начали танцевать зажигательный танец страсти.
Вика скучала: эту простую истину Эдуард понял, едва начал ласкать ее тело — подчиняясь магии, одежда с них обоих исчезла, и ничто не мешало Эдуарду ласкать свою жену.
Она охотно отзывалась на его прикосновения и ласки, довольно быстро завелась, и это нравилось Эдуарду. Значит, что бы они ни говорила, она ждала его. И он старался оправдать ее ожидания. Эдуард гладил небольшие бугорки грудей с затвердевшими розовыми сосками, спускался к животу, затем — ниже. Его пальцы проникли в ее промежность и начали ласкать половые губы и клитор. Вика, словно в ответ, как казалось Эдуарду, чуть вызывающе, поглаживала его член и яйца.
Когда оба достаточно возбудились, Эдуард аккуратно вошел в нее, дал возможность привыкнуть и начал двигаться, постепенно набирая обороты.
В отличие от прелюдии, сам секс вышел жарким и быстрым — сказывалось долгое вынужденное воздержание.
Когда, кончив, оба лежали на постели, выравнивая дыхание, Вика вдруг спросила:
— Чем ты умудрился так напугать кузину?
— Я? — изумился Эдуард. — Ты об Арине? Я и пальцем ее никогда не тронул.
— Тогда почему она тебя так сильно боится?
— Понятия не имею, — пожал плечами Эдуард. — У нее спроси.
— Спрашивала, — кивнула Вика. — Она сказала, что ты злой.
Эдуард только фыркнул:
— Последний раз я видел эту мямлю лет пять назад, если не раньше. Мы с ней раскланялись в коридорах дворца ее родителей, а потом полчаса вместе сидели за праздничным столом. Все. Я и слова ей не сказал.
— Странно, — задумчиво пробормотала Вика. — Мне показалось, что она настолько тебя боится, что сделает все, что угодно, только бы держаться от тебя подальше.