Горькая правда (СИ)

Он наклонился близко к моей промежности, и подул на клитор, я сжала ноги. Но он рукой раздвинул их, продолжая касаться только пером. Я понимала, что происходит что-то ненормальное, мое тело стало сотрясаться, а мозг отключился. Так я получила свой первый настоящий оргазм. Я закрыла глаза, прочувствовав пик наслаждения. Непроизвольно с мои губ сорвался стон, а Стас лишь ухмыльнулся.
Мне хотелось расплакаться, но я не делала этого, заставляя себя быть сильнее. Стас стоял и продолжал ухмыляться.
— Хочешь меня?
— Нет! — крикнула я, ощущая его злой взгляд на себе с закрытыми глазами.
— Ненасытная кошечка, — ухмыльнулся и ушел. Я вновь пыталась зубами развязать веревки, от которых на руках уже остались ноющие красные следы.
Спустя полчаса он повторил всё то же самое: взяв перо, довел меня до оргазма. Но я лишь стиснула зубы, умоляя меня отпустить. Он злился, он ждал, когда я попрошу меня взять. Третий раз он повторил свою сладкую пытку, используя кожаный ремень. Ласка была грубой, но мое тело откликалось и на нее, заставляя вновь сотрясаться от оргазма. Он не дал мне отдохнуть, принялся ласкать снова, только теперь в его руках оказалась кисточка. Испытав четвертый оргазм, я готова была сдаться, но молчала. А он злился, в его глазах была похоть и гнев.
Он вышел, хлопнув дверью, а я от усталости прикрыла глаза и задремала, не в силах ему больше противиться. Из моей дремоты меня вывело касание его рук. Подушечками пальцев он нежно провел по моему лицу, спустился к шее, а потом потрогал сосок, который затвердел под его жарким прикосновением, но я упорно делала вид, что сплю, не желая просыпаться. Он развязал мне руки и ушел в ванную.
Я спрыгнула с кровати, на ходу одеваясь в свою кофту и джинсы, не беспокоясь о белье, пулей вылетев из подъезда, я бежала к своему дому, увидев утренний автобус, я прыгнула в него. Через минут двадцать я была дома, рыдающая на плече мамы, и не в состоянии произнести ни слова.
Потом будет заявление в полицию, адвокат, объясняющий, почему его трудно будет посадить. Тогда я уже не могла этого больше выносить, особенно под взглядом отца, который явно не верил моему рассказу. Я подписала бумагу, чтобы все вопросы решались без меня, и старалась забыть. Я даже не хотела знать, как его нашли, какая у него фамилия, кто он. Просто Стас. Стас из прошлого. Самая страшная и самая приятная ночь.
Позже будут страхи, непонимание, самокопание. А что, если бы я не села к нему? Обидели бы меня те парни или только пугали? А что, если бы я себя не сдерживала и отдалась ему, отпустил ли бы он меня сразу? А что если…
Потом будет психолог (и не один). Мужчины, которые не смогут удовлетворить меня и на один процент от того, как делал это он. Да и вообще, не смогут. Попытки удовлетворить себя, в том числе пером, но не приводящие ни к чему.
Потом будет сексолог. Хорошая опытная женщина, к которой я проникнусь доверием. В итоге я так погружусь в эту тему, что могу досконально рассказать даже строение тела. Знали ли вы, что на самом деле не существует клиторального и вагинального оргазма? Я — нет, но узнала благодаря специалистам, что женщины испытывают только клиторальный оргазм, а если он происходит от проникновения, это тоже клиторальный, потому что ножки клитора охватывают влагалище, и при стимуляции членом, стенки надавливают на ножки клитора и вуаля — наступает оргазм. Отсюда же миф о точке G, которой по факту не существует (читайте выше). Я стала подкованной настолько, что могла бы сама проводить частные консультации, только результата для меня не было никакого! Специалисты позже разведут руками, считая, что всё дело в голове, отфутболивая меня друг другу.
Потом будет отчаяние. Боль. Принятие.
За воспоминаниями я не заметно для себя почти опустошила бутылку шампанского, сидя прямо посреди комнаты и разбросанных вещей.
— За оргазм, который потерялся и вернулся! — сказала я горький тост, допивая последний глоток. Доплелась до кровати и рухнула спать, отключившись за секунду.
   
Глава 9
 
Глава 9
Стас
Впервые я заснул мгновенно и крепко, настоящим сном младенца. Меня не мучали кошмары. Вернее, один единственный кошмар. Мой личный кошмар в виде больших голубых глаз. Я с трудом разлепил глаза, ища рукой телефон, увидел, что на часах уже двенадцать дня! Я резко сел, проморгался и проверил еще раз телефон. Может заглючил? Захожу в "гугл", набирая "точное время". 12:05. Невозможно! Я проспал почти одиннадцать часов! Этого не случалось, по-моему, вообще никогда. Лет семь точно.
Откидываюсь обратно на подушку и глупо улыбаюсь, прокручивая вчерашние воспоминания. Я не боюсь, больше не боюсь ни ее заявлений, ни угроз, даже проекта ее не боюсь, кричащего о той ночи.
Звонок.
— Да?
— Привет, Стас! — говорит приятный женский голос.
— Привет, Лия! — отвечаю спокойно, но внутри начинается лихорадка. Неужели уже успела доложить?
— Как дела? — спрашивает вроде дружелюбно.
— Хорошо. Как ты?
— Отлично! У Анютки во вторник день рождения, и мы решили ей устроить грандиозный праздник, собрав всех друзей.
— Слышал о таком, — усмехаюсь я.
— Знаю, что ты не любишь детские праздники, да и вообще все, что связано с детьми, но мы приглашаем к шести. Для взрослых тоже будет шашлык и угощенья.
— А выпивка будет?
— Нет, Стас. Это же детский праздник, — смеется Лия.
— Тогда я пас.
— Ясно, ну если надумаешь, приходи! Я зову всех друзей! В том числе будут бездетные.
— Юля будет? — неожиданно для себя спрашиваю я.
— Юля… — Лия теряется на секунду, — да, будет.
— Тогда я буду, — говорю и понимаю, как двусмысленно звучит.
— Эээ… Здорово! Будем ждать! Пока!
Зачем я спросил про нее? Не знаю. Хочу увидеть. Сегодня я благодарен ей за безкошмарную ночь. Она меня прокляла, она же и воскресила. Нет, я не простил ей прошлого. Я помню кто она и что натворила. Но… Но рядом с ней я нахожусь на острие ножа. Хожу на грани эмоций. Для человека, который не ощущал вкуса жизни последние несколько лет — это настоящий фейерверк! Взрыв! Разве от этого возможно отказаться, даже если один из нас сгорит навсегда?
Воскресенье и понедельник пролетают мгновенно, как один час, потому что в клуб нагрянула проверка СанПин. В офисе я так и не появился, потому что только к вечеру вторника избавился от проверяющих, отделавшись от них малой кровью. До вторника я опять мучился, спав по четыре часа. Рано радовался, называется.
Не зная в принципе, что любят дети, тем более годовалые, я купил в детском магазине большую куклу, в цветочном — букет для Лии и небольшой Ане. А еще там же зачем-то купил букет для Юли. Если Лии и Ане я выбрал белые розы — именно с нежностью и хрупкостью ассоциировались они, то Юле мне захотелось купить простых цветов, напоминающих о лете. Юля была наступившим неожиданном летом посреди зимы. Я купил охапку ромашек, но чем ближе я подъезжал к дому Алимовых, тем сильнее понимал, что идея подарить ромашки глупая и странная. Так и оставил ромашки в багажнике своего автомобиля.
Я приехал последним, потому что опоздал почти на полтора часа. Дети уже успели разнести полдома, по-моему. Разбросанные игрушки на каждом углу, воздушные шары, заполонившие весь потолок, носящиеся как ураган спиногрызы — праздник явно удался.
— Привет, — меня встречает Лия, обнимая.
Хоть мы редко с ней видимся, она мне нравится.
— Привет! С рождением малышки! — я вручаю букет Лии, — где же именинница?
— Спасибо за букет. Ты пропустил всё самое интересное: аниматоров, гигантские мыльные пузыри, и вынос торта! Теперь дети просто носятся в игровой.
— И Слава яйцам!
Лия звонко смеется в ответ, а я замечаю Юлю, сидящую в компании Алины Волковой и Ани Ковалевской, она о чем-то жарко рассказывает, а девчонки в ответ заливаются хохотом. Лия замечает мой взгляд, а я замечаю сходство между ней и Юлей.