Горькая правда (СИ)

— Идиот! — ругаю сам себя, — какой же ты идиот.
Всё, абсолютно всё пошло не по плану. Надо выйти в зал и найти девку на вечер, чтобы выбить эти воспоминания из головы.
  
Глава 8
 
Глава 8
Юля
По моим щекам стекают слёзы ручьем, размазывая тушь. Я плачу, но улыбаюсь, замечая, как таксист косится на меня с интересом и беспокойством.
— Вам нужна помощь? — спрашивает молодой парень-водитель. Обычно я ненавижу повышенное внимание к себе, но сегодня не такой день, вернее ночь.
— Нет, спасибо. Всё хорошо. Это я от счастья плачу, — улыбаюсь я в ответ в свои тридцать два зуба.
Парень кивает и больше ни о чем не спрашивает. Я действительно счастлива. Пусть неправильно. Пусть порочно. Пусть опасно, сгорая дотла. Но мне все равно. Сейчас все равно. Сегодня мои накопленные эмоции за шесть лет вылились в секс посреди толпы людей! Как это возможно? Я сама не знаю.
Пока я упиваюсь своими странными, неправильными эмоциями, мы незаметно подъезжаем.
— Спасибо, — выпархиваю я из такси, убегая в подъезд своего дома.
Залетаю в квартиру и на ходу скидываю полушубок и сапоги, направляясь прямиком в свою комнату, выгребая с верхней полки на пол постельное белье и полотенца, не заботясь о порядке. Нахожу бутылку шампанского, спрятанную глубоко в шкафу. Обычное недорогое шампанское — Tabuchi Lambrusco белое. Именно его мы пили в ту ночь. Это бутылку шампанского я купила два года назад, после очередного фиаско с мужчиной, пообещав себе, что открою его, когда испытаю оргазм. Шесть, скоро семь лет, как он проклял меня, а сегодня он же воскресил.
Я налила бокал шампанского, кинула лёд в бокал и осушила первый бокал, не почувствовав вкуса. Второй я смаковала, пила маленькими глотками, улавливая сладкий привкус, мысленно соглашаясь со Стасом из прошлого, что оно очень вкусное. Мне нравится. Прикрываю глаза, уносясь в прошлое. Воспоминания сами собой сплывают в памяти.
— Блин, что-то я задержалась у тебя, Марин! — говорю я подружке, смотря на время, — через полчаса меня хватятся родители.
— Набери их, предупреди! — отвечает Маринка.
Набирать страшно, папа не любит, когда я опаздываю, поэтому скидываю маме смс, что задерживаюсь у Марины. Идти мне не так далеко. Всего минут пятнадцать. Но мы еще не успели доделать школьный проект по биологии. Помогу Маринке еще немного и пойду.
— Да беги уже домой. А то твои предки с ума сойдут. Я тут сама! — заключает Маринка, видя мое нервозное состояние.
Накидываю куртку, чмокаю Маринку в щеку и убегаю домой. Под ногами слякоть. Иду быстрым шагом, замечая краем глаза компанию из троих пьяных парней, чуть старше меня, но стараюсь не привлекать внимания на себя.
— Ого! Какая цыпочка! — говорит один, показывая другим на меня. Сжимаюсь вся, предчувствуя не хорошее. Я подхожу ближе к дороге, моля, чтобы в случае чего нашелся бдительный водитель, который мне поможет. Ускоряю шаг, но не бегу.
— Куда же ты от нас бежишь, девочка? — слышу вдалеке противный голос второго. Подхожу к остановке, замечая, что от преследователей меня отделяет метров двести. Ощущаю похотливые взгляды на себе.
Паника разрастается в моей душе. Резко передо мной останавливается какая-то иномарка. Я не разбираюсь в машинах. Опускается стекло, и молодой парень приятным голосом говорит:
— Аннушка уже купила подсолнечное масло, и не только купила, но даже разлила.
Я не понимаю секунду, о чем он говорит, ошарашено произношу на автомате:
— Мастер и Маргарита? — отвечаю на автомате, ведь недавно в школе изучали это произведение, которое произвело неизгладимое впечатление на меня.
— Садись, подвезу, — отвечает зеленоглазый брюнет.
Решая, что к нему у меня больше доверия, чем к трем нетрезвым парням, я шмыгаю к нему в машину, оставляя своих преследователей позади. Выдыхаю.
— Как тебя зовут? — спрашивает мой водитель ласкающим бархатным голосом.
— Юля.
 
— Юля, — смакует он мое имя на вкус, — а меня Стас.
— Давно ты этим занимаешься? — спрашивает Стас.
— Чем этим? — не понимаю я.
Он в ответ лишь улыбается, но не отвечает. Странный он какой-то. Надо от него тоже избавляться. Только как?
— Ты красивая.
— Спасибо, ты тоже, — отвечаю и смущаюсь, потому что мне кажется, что я ляпнула что-то не то.
Он подмигивает, и тут я понимаю, что мой дом остался далеко позади.
— А куда мы едем? — говорю растеряно.
— Ко мне, — говорит спокойным ровным голосом, — ненадолго.
Я напрягаюсь, ищу в рюкзаке телефон. Вспоминаю, что оставила его на тумбочке у Маринки. Вот же дура! Тем временем Стас паркуется, обходит машину и открывает мне дверь.
— Я, пожалуй, пойду, — говорю робко.
Стас рассматривает меня внимательно, сканируя своим взглядом, как будто проникая им в душу. Я смущаюсь и опускаю глаза.
— Я тебя не обижу. Не бойся меня, — берёт меня за руку и уверенно тащит к себе. Я лишь улавливаю название улицы и номер дома, запоминая зачем-то.
В квартире никого, кроме нас. Стас подталкивает меня рукой в спину, приглашая войти, уже стаскивая с меня куртку. Он подходит ко мне, обрушиваясь на меня с поцелуем: нежным, страстным, таким от которого порхают бабочки в животе, а ноги подкашиваются. Я растворяюсь в этом поцелуе, впервые получая удовольствие от танца языками. Он хватает меня за бедра, унося в спальню, заваливается на меня. Но под тяжелым весом, я как будто очнулась. Резко пытаюсь его оттолкнуть, но он лишь сильнее вдавливает меня в кровать, упираясь твердым членом.
— Может, обойдемся без этих игр? — говорит он хрипло.
— Пожалуйста, отпусти меня, — пугаюсь его помутневшего взгляда зеленых глаз.
— Значит, с играми, — отвечает он опять непонятной для меня фразой.
Он стягивает с меня кофту, футболку силой, оставляя меня в одном бюстгальтере. Я вырываюсь, кричу, молю этого не делать, но не слышит, лишь ухмыляется дьявольской улыбкой. Он берет веревку и завязывает мои руки над головой. Крепко. Так, что я не могу вырваться. Я брыкаюсь, ударяя его в живот. Но ему не больно. Разные весовые категории — это я прекрасно понимаю.
— Ты будешь молить меня взять тебя. Пока ты этого не сделаешь, я тебя не трону, — сказал он ровным голосом, выйдя из комнаты.
Я так и осталась лежать в одном бюстгальтере и джинсах, привязанная к кровати, я подтянулась руками к веревкам, присела, пытаясь развязать узлы зубами. Но Стас вернулся слишком быстро с бутылкой шампанского и двумя бокалами. Он открывает бутылку, разливая шампанское.
— Tabuchi Lambrusco. Тебе понравится, у него приятный вкус, — голос все такой же ласковый, — за хорошую игру!
Он поднес ко мне бокал, заставляя выпить жидкость с пузырьками. Я не сопротивлялась, решив, что алкоголь поможет мне стать смелее. А еще я впервые пробовала шампанское, но не замечала вкуса.
Стас начал меня раздевать, медленно стягивая джинсы, затем трусики и бюстгальтер. Я не сопротивлялась, понимая, что это бесполезно. Участки кожи, где Стас касался меня, непроизвольно покрывались мурашками. Горели.
— Зачем ты это делаешь? — спросила я, заглядывая к нему в глаза.
— Затем же, что и ты, — я снова не поняла ответа.
Он взял в руки перо, невесомое, чуть ощутимое. Провел им по моей руке, потом ноге, вел по ключицам, затем стал изучать им соски, спускаясь вниз. Я дрожала, понимая, что мое тело реагирует на эти ласки. Опыт мой был не богатый, но я точно знала, что таких ощущений раньше не испытывала. Я боялась и одновременно хотела этих ласк.
— Пожалуйста, отпусти меня! — молила я, повторяла миллион раз, но он лишь отрицательно мотал головой, продолжая свою сладкую пытку.