Увлекательная игра

Эти слова, отдаваясь волнующим эхом в ее ушах, полностью спутали логический ход мыслей Сары. Точнее, все вдруг показалось ей бессмысленным.
— Почему бы не следовать им? — прошептал Кристиан, слегка касаясь ее губ своими. Но даже это легкое прикосновение, в котором не прорывалась явная страсть, заставило Сару слабо застонать. — Почему бы не перестать сопротивляться своим тайным побуждениям и не притворяться, что их не существует?
Последовал другой легкий поцелуй, но на сей раз Сара ощутила, как Кристиан кончиком языка раздвинул ей губы. Между тем руки его продолжали поглаживать ее спину и плечи.
Почему бы и нет? — вихрем пронеслось в мозгу Сары. Кристиан был прав. Зачем сопротивляться своим желаниям ради сомнительного достижения — прослыть святой? Воспоминания о прежних встречах с ним много лет назад волной нахлынули на нее, погребя под собой рассудительность и здравомыслие.
Она сомкнула руки на затылке Кристиана и притянула его голову к себе. На сей раз он поцеловал ее долгим, страстным поцелуем, глубоко просунув язык между губами и сжав ладонями лицо. Под его напором Сара невольно отступила и прижалась к стене, в то время как он продолжал нежно исследовать языком потайные уголки рта, поглаживать и сжимать пальцами ее соски. Затем он расстегнул несколько верхних пуговиц у себя на рубашке, и Сара почувствовала, как часто вздымается и опадает его грудь в такт учащенному дыханию.
Она ощутила, как тяжелеют ее груди, глубоко вздохнула и, прикрыв глаза, слегка изогнулась назад. Как Сара и ожидала, Кристиан начал все более настойчиво ласкать ее груди.
Сара чувствовала, как ее соски напряглись в ожидании прикосновений его пальцев и языка, и она знала, что он наслаждается, сознавая это, но нарочно оттягивая удовольствие. Она лихорадочно изогнула руки за спиной, пытаясь расстегнуть лифчик, но Кристиан остановил и сам освободил ее груди, так, что они нависли над кружевной оборкой лифчика, словно два тяжелых спелых плода. Склонив голову, он начал целовать и покусывать соски. Прикосновения его языка и зубов отдавались в ее теле болезненно-сладкими, возбуждающими уколами. Сара застонала и еще сильнее откинулась назад.
Одной рукой Кристиан расстегнул пуговицу на ее джинсах, другой потянул вниз молнию. Затем он стянул джинсы с ее бедер, после чего Сара сама полностью освободилась от них. Какой-то частью рассудка она смутно сознавала, что последует за этим, но не могла отказать себе в волнующем интимном переживании, которого никогда прежде не испытывала. Она содрогнулась от удовольствия, когда Кристиан легонько провел рукой по ее животу, а затем, наклонившись, стянул с нее трусики и зарылся лицом в густой темный мех между ее бедер.
Инстинктивно Сара раздвинула ноги и застонала. Все ее тело охватила неистовая жажда принадлежать ему.
Она даже не могла вспомнить, когда в последний раз испытывала такое возбуждение. В нем уже не оставалось ничего от чувств разумного цивилизованного человека, — это была звериная страсть самки, разбуженная голосом дикой природы.
Неожиданно для самой себя Сара почувствовала, как тело ее сотрясают конвульсии, и в изнеможении прислонилась к стене. Разгоряченный Кристиан, тяжело дыша, поднялся на нога и расстегнул молнию на брюках. Открыв глаза и взглянув вниз, Сара была поражена зрелищем его вздымающейся могучей плоти и почувствовала снова накатывающую волну возбуждения. Она слегка протянула руку вперед и, обхватив твердую упругую плоть, принялась проводить рукой вверх и вниз, то сжимая пальцы, то вновь расслабляя их.
— Я не могу больше ждать, — хрипло прошептал Кристиан и сильнее раздвинул ей бедра.
Сара почувствовала, как он входит в нее, погружая свое орудие в мягкие упругие ножны.
Вначале он двигался медленными глубокими толчками, затем ускорил темп, и Сара поняла, что готовящееся извержение вот-вот произойдет. Через несколько секунд их тела судорожно прильнули друг к другу, одновременно достигнув вершины наслаждения.
Сара прерывисто дышала, понемногу успокаиваясь. Когда она вновь вернулась к реальности, то ужаснулась: Ширли могла застать их так — на кухне, обнаженными!..
 
— Мне хочется делать это с тобой снова и снова, — прошептал Кристиан, и все мысли ее опять отступили.
— Я хочу того же, — в изнеможении прошептала она.
  
8
 
Все это было похоже на сон, но ведь любой сон когда-нибудь кончается…
— Что за тяжкие вздохи? — спросил Кристиан.
Они оба лежали на кровати, обнаженные, наполовину укрытые покрывалом. Голова Сары покоилась на плече Кристиана. Она тесно прижималась к нему, ощущая каждой клеточкой его мощное и стройное тело. Он был великолепно сложен. Каждый раз, когда Кристиан раздевался, Сара чувствовала, как по ее телу пробегает сладостная дрожь.
Глядя на себя, она с удовольствием отмечала, что постройнела. И немудрено — они уже с неделю занимались любовью по много раз в день с ненасытностью подростков в течение тех двух-трех часов, пока Ширли гуляла по окрестностям.
Получив долгожданную свободу, Ширли во многом изменилась к лучшему. Она постоянно пребывала в хорошем настроении, так что даже трудно было поверить в ее недавние нервные срывы. Такая перемена благотворно сказалась и на отношениях с отцом. Они спокойно общались, даже если Сары не было рядом, — когда она готовила обед на кухне или занималась хозяйственными делами, — и, судя по всему, больше не нуждались в ней в качестве посредника.
— Эй! Ты где? — Кристиан повернул голову, оказавшись лицом к лицу с Сарой, и она улыбнулась с довольным видом хорошо пообедавшей кошки.
— Здесь. Но, очевидно, ненадолго.
Сара снова вздохнула, не в силах скрыть сожаления. Она думала о том, что им не стоило затевать эту связь, которая так или иначе заведет их в тупик. Ничто не изменилось с тех пор, как много лет назад Сара заставила себя уйти от этого человека, чья жизнь настолько отличалась от ее собственной, что любая надежда на продолжение отношений казалась беспочвенной.
— По крайней мере, — произнес Кристиан, — у нас есть еще минут сорок. — Он мягко провел рукой вдоль ее тела, затем остановил руку на груди и начал поглаживать сосок, пока тот не затвердел и не приподнялся. — Ты даже не можешь вообразить, сколько всего можно успеть за это время.
— Думаю, могу, — усмехнулась Сара. Печальные мысли отступали по мере того, как во всем ее теле медленно нарастало возбуждение, которое Кристиан вызывал, словно по волшебству, малейшим прикосновением.
И даже взглядом. Иногда ей случалось поймать его взгляд, устремленный из другого угла комнаты, когда внимание Ширли было отвлечено чем-то другим, и даже от этого нефизического контакта все тело Сары словно молнией пронзало желание.
Если Ширли и замечала что-то подобное, она ни словом не обмолвилась об этом, так что Сара решила, что та ни о чем не догадывается, поскольку подобная сдержанность была не в ее характере. Казалось, Ширли занята своими собственными мыслями, и хотя она по-прежнему отказывалась обсуждать свою беременность, оба, и Кристиан и Сара, были уверены, что в конце концов она заговорит об этом. Нужно дать ей время морально подготовиться к предстоящему материнству.
— Ты уверена? — вкрадчиво спросил Кристиан, приподнимаясь на локте и наклоняясь к ней.
Кончиком языка он провел по ее губам, и Сара мгновенно забыла обо всех серьезных беседах, которые репетировала наедине с собой прошлой ночью. Она перевернулась на спину и слегка раздвинула ноги, позволяя руке Кристиана проникнуть между ними…
Секс с Блэком оказался наиболее впечатляющим эротическим опытом в жизни Сары. Она научилась контролировать свой темп, так что достигала оргазма одновременно с ним. Казалось, их тела были созданы друг для друга.
Что ж, тем хуже для нее. Сара старалась об этом не думать, но в глубине души понимала, что он наверняка был столь же великолепным любовником для множества других женщин. Для Кристиана она была книгой, которую он начал читать много лет назад и теперь получил возможность закончить. В том, чем он сам был для нее, Сара не отваживалась признаться даже себе.