План возмездия

— Я вышлю вам чек, — холодно бросила она.
Гийом де Монфор от души расхохотался.
— Ни минуты в этом не сомневаюсь, ma belle. Но хочу предупредить, что, пожалуй, потребую оплаты в рассрочку.
А в следующий миг Гийом оказался совсем рядом, и, обняв Лилиан за плечи, притянул ее к себе. На одно-единственное краткое, обжигающе восхитительное мгновение Лилиан почувствовала, как губы их соприкоснулись, — в жизни своей она не испытывала ничего подобного!
Все закончилось так же быстро, как началось. Не успела Лилиан толком понять, что происходит, а объятия уже разомкнулись. Оказавшись на свободе, она отпрянула, едва не наступив на подол длинного ей халата, и воззрилась на своего спасителя с непередаваемым ужасом, поднеся руку к губам.
Гийом в свою очередь неотрывно смотрел на Лилиан, саркастически кривя губы.
— Нежна, как лилия, и жарка, как летняя ночь, — тихо промолвил он. — Дождаться не могу следующего взноса, моя Лилиан!
От интонаций его голоса по коже Лилиан побежали мурашки. Воздух в комнате словно сгустился. Она воочию видела, как повсюду вспыхивают и гаснут электрические разряды. Лилиан попыталась отвернуться и обнаружила, что не может.
Спас ее стук в дверь. Лилиан, сбросив оцепенение, кинулась открывать, поддерживая полы халата, чтобы не споткнуться.
— Au revoir. До встречи, красавица моя, — прозвучало ей вслед. — Я найду тебя.
— Еще чего! — яростно бросила она через плечо и, выскочив в коридор, с грохотом захлопнула за собою дверь. К своему стыду, она сознавала, что не посмеет оглянуться. Не посмеет посмотреть на Гийома еще раз.
Ни теперь. Ни когда-либо…
  
2
 
— Я тебе чайку с мятой заварила, — заботливо произнесла Карен. — Раз уж ты на кофе смотреть не можешь. Говорят, после шока так часто бывает.
Это уж точно, шок и не такое с людьми делает, мрачно думала Лилиан, принимая из рук ассистентки дымящуюся чашку. С недавних пор кофе и впрямь вызывал у нее отвращение, причем любой — капучино, эспрессо, с молоком, с лимоном… Этот напиток слишком живо напоминал ей о случившемся в «Беллингэме».
Три тревожных дня минуло со времени попытки ограбления и еще более пугающего инцидента в номере отеля. Как говорится, из огня да в полымя. Лилиан до сих пор нервно вздрагивала, едва заслышав телефонный звонок, и всякий раз, выходя из дома или из офиса, сначала подозрительно оглядывала улицу.
«Я найду тебя», — сказал Гийом де Монфор. Возможно, эти слова ровным счетом ничего не значили. Так, фигура речи, не более. Просто паузу заполнить хотел. И все же… все же это прозвучало обещанием.
В тысячный раз Лилиан внушала себе: дурочка, да не принимай ты эту чепуху так близко к сердцу! Царапины, синяки и ушибы отлично заживают. Вот и эмоциям пора бы прийти в норму. И вообще, не оставить ли весь этот эпизод в прошлом?
С самого начала было ясно: от Гийома де Монфора только и жди неприятностей! А то, что он первым добежал до места событий, когда Лилиан потребовалась помощь… ну что ж, значит, не повезло ей со спасателем. Для такого, как Гийом, флирт — норма жизни, такие ни одной юбки не пропустят!
В конце концов, это был только поцелуй, удрученно размышляла она, отхлебывая чай. И с какой стати ей так изводиться из-за сущей безделицы, которую давно пора выбросить из головы?
Наверное, этот тип о ней и не вспоминает. Наверное, уехал обратно во Францию — и скатертью дорога! Вот и ей следует успокоиться. Тогда какого же черта ничего не получается? Почему Гийом де Монфор вторгается в ее мысли днем и в ее сны — ночью? Что за бессмыслица, право!
Более того, отчего она ничего не рассказала про коварного донжуана Юджину? Лилиан в сотый раз задавала себе этот вопрос, отрешенно глядя на разложенные перед ней бумаги с планами и сметами.
Отчасти, наверное, потому, что Юджин повел себя не лучшим образом. Отнесся к известию о нападении на нее как-то легкомысленно. В двух словах посочувствовал, а потом просто-напросто отмахнулся: дескать, руки-ноги не переломала, сумочка при ней — так чего же переживать-то?
 
Лилиан и сама знала, что легко отделалась, да только не это хотелось ей услышать из уст любящего жениха, отнюдь не это! Она так нуждалась в утешении, в ласковой заботе, в сострадании! Это ей полагалось увещевать Юджина: мол, что ты с ума сходишь, ведь я жива-здорова, и все в порядке — а не наоборот.
Да, конечно, у Юджина работы невпроворот, и Лилиан это отлично понимала. Он пытается всячески укрепить репутацию своего независимого агентства, создать стабильную финансовую базу для их совместного будущего…
Но Лилиан так рассчитывала, что, по крайней мере, тот вечер они проведут вместе! А вместо того Юджин покачал головой и развел руками.
— Прости, милая. У меня важная встреча с новым клиентом. Большие деньги наклевываются. Кроме того, — добавил он, снисходительно похлопывая ее по руке, — тебе сейчас лучше побыть одной. Отдохнуть как следует, расслабиться… Я буду лишним.
Да, пожалуй, подумала тогда Лилиан, с трудом сдерживая слезы отчаяния. Но мне так помогло бы, если бы ты ласково обнял меня за плечи и просто посидел рядом! Ах, если бы ты хоть раз взглянул на меня его глазами. Дал мне понять, что я нужна тебе, что ты не можешь дождаться нашей свадьбы и того заветного мгновения, когда мы в самом деле будем принадлежать друг другу…
И все произойдет совсем иначе, нежели в первый раз…
При этой мысли Лилиан едва ли не до крови закусила губу, но тут же усилием воли заставила себя сосредоточиться на рекомендациях для некоей миссис Бладлеттинг, проживающей по адресу Кирби-роуд, 13.
Эта властная сорокалетняя дама сразу же заявила, что не потерпит в своем саду тех цветов, что красуются за чужими оградами. Из года в год соседи, друзья и знакомые выращивают одни и те же примулы, герани и георгины… Надоело! Пусть «Фата-моргана» подыщет ей что-то оригинальное, что-то необычное и потрясающе красивое — так, чтобы все вокруг попадали от зависти!
И теперь Лилиан увлеченно подбирала для миссис Бладлеттинг эксклюзивные сорта и гибриды из числа новейших достижений селекции. Если гвоздики, то черно-белой окраски, если бархатцы, то сорта «ванилла», цвета сливочного мороженого, если герань, то самых фантастических расцветок. Заготовила она и несколько уж совсем неожиданных сюрпризов: карликовую вискарию «синий ангел», сурфинию «водопад» и примулу «серебряное кружево» — эти сорта появились в продаже лишь в нынешнем году и обещали произвести сенсацию.
Лилиан с наслаждением перепечатывала список садовых культур, прекрасно при этом зная, что труды ее, скорее всего, пропадут втуне. Въедливая миссис Бладлеттинг конечно же станет придираться к каждой мелочи, сочтет элитные сорта слишком дорогими… Да, пожалуй, еще и будет немилосердно торговаться по поводу счета за услуги.
Под жирной чертой Лилиан проставила общую сумму, расписалась на всех трех экземплярах договора и сметы, положила их в отдельную папку и принялась проглядывать стопку новых запросов. Один из них Карен пометила словом «срочно». Некая миссис Фотерингэй с супругом полгода назад, где-то в ноябре, въехала в коттедж на окраине города и желала разбить садик по французской моде. Они вроде бы откуда-то из-под Парижа переселились, и у дамы немедленно приключилась ностальгия по родине. Агентство «Фата-моргана» ей порекомендовали друзья.
— До чего же приятно это слышать, — пробормотала Лилиан себе под нос, набирая номер телефона миссис Фотерингэй.
Голос, ответивший ей, оставил самое приятное впечатление: грудной, глубокий, с легким грассированием. Миссис Фотерингэй явно расстроилась, услышав, что из-за обилия заказов Лилиан никак не сможет подъехать к ней раньше следующей недели.
— Ох, неужели ничего нельзя сделать? — огорчилась она. — На улице весна, самое время заниматься садом… Вы же знаете, в это время года каждый день на счету. А у меня тут все так запущено. Боюсь, если я не приступлю к делу немедленно, судьба мне все лето любоваться на чахлый кустик флоксов да плотную стену сорняков.