Прочь из моей головы (СИ)
– А-а-а-а-а!
Вопль был таким пронзительным, что я даже почти пришла в себя, и мир стал казаться более-менее нормальным. Оба чародея – кстати, похожие на немолодых культуристов – замерли на полпути ко мне и обернулись на Крокосмию. А тот продолжал орать и крутиться на месте, пытаясь отскрести со своей головы красный комок, но пальцы, конечно, проходили насквозь. Впрочем, скоро его мучения должны были прекратиться сами собой, потому что эта субстанция медленно растягивалась и стекала вниз, на мостовую, как детская игрушка-липучка.
«О, как интересно, – заметил Йен задумчиво. – Значит, просто швырнуть заблудшую душу в кого-то недостаточно, чтобы она оказалась внутри тела. Или это тело просто слишком уродливо? Никак не могу решить».
«Убивать сложно», – подтвердила Салли серьёзно.
Слушая их диалог, я почувствовала себя как дома. Фигурально выражаясь.
– Спасибо, мои дорогие, – растроганно произнесла я. – Наверное, без вас бы у меня давно уже поехала крыша. Чтобы я без вас делала?
– Полагаю, вы бы вели безмятежную, мирную жизнь, – предположил Хорхе с полуулыбкой, возникая в полушаге от меня. – Надо признать, я вас недооценил, Урсула. От вас требовалось только отвлечь немного эти хищные цветы, но вы почти что справились с ними и без моего вмешательства.
– «Почти» не считается, – откликнулась я, рассеянно наблюдая за тем, как монструозные собаки, так и не добежав до нас, рассыпаются пылью по мановению его руки. – Они просто не ожидали.
– Поэтому я и говорю, что знание определяет победителя, – согласился Хорхе легко и, скользнув между двумя мускулистыми чародеями, отвесил каждому из них по звонкой оплеухе; бесчувственные тела повалились одновременно, друг на друга. – О, а здесь будет сложнее…
Красная субстанция стекла наконец с Крокосмии, и тот обернулся, тяжело дыша. Куртка вокруг него вздыбилась шаром; воздух искрил и казался густо-оранжевым и мутным. Фонарь над подъездом мигнул и погас.
– Альосо-и-Йедра! Ублюдок! – рявкнул, как выплюнул, Крокосмия.
Хорхе вздохнул, с хрустом разминая кисть.
– Да, не хотелось бы к этому прибегать… Но нам нужно закончить быстро. Сожалею, Эло.
На ладони у него вдруг возникла книга в кожаном переплёте – не слишком большая, но увесистая. Выглядела она старой, но серебристые пряжки блестели ярко, как песком начищенные. Хорхе отщёлкнул замки – и распахнул книгу посередине аккурат в ту секунду, когда оранжевая пыльца Крокосмии рванулась к нему.
– Сдохни! А-а… А-а-а-а!
Страницы вдруг затрепетали, как живые, втягивая оранжевое облако. Крокосмия мотанулся за своими чарами, как на поводке, ткнулся в книгу – и его всосало внутрь, сминая и выворачивая наизнанку.
Когда последняя рыжая пылинка исчезла, Хорхе невозмутимо закрыл книгу и обернулся ко мне. Выглядел он немного бледным.
– Что ж, закончим здесь – будите тогда вашего рыцаря, и пойдём дальше.
Я наконец-то перевела дыхание.
Кажется, мы победили, и никто даже не умер.
Оставалось только надеяться, что потом за эту победу нам не выставят непомерный счёт.
ГЛАВА 5. В терновых ветвях
После короткой стычки воцарилась какая-то удивительная, до печёнок пробирающая тишина. Хорхе прибирался – кружил по двору, избавляясь от лишних тел и в буквальном смысле заметая следы тонкой, гибкой веткой. Я сидела на асфальте; Дино сопел, пристроив голову у меня на коленях, но глаза у него были открытыми, а выражение лица – пугающе серьёзным. Кошак, пострадавший от несправедливого пинка, отирался вокруг нас и пялился любопытными глазами-плошками, которые в полумраке светились таинственно, замогильно.
– Ну что же, управились наконец. – Хорхе остановился передо мной, скрестив руки на груди. Глаза у него немного запали и потемнели, да и в целом выглядел он неважно, но держался с тем же спокойным достоинством, что и прежде. – Урсула, вы готовы? Нам лучше бы не задерживаться. К тому же, – Хорхе запрокинул голову, разглядывая абсолютно ясное небо, – скоро пойдёт дождь. Настоящий ливень.
– О, вот кто вечно портит карты синоптикам, – улыбнулась я невольно и погладила Дино по волосам. Он больше не вздрагивал от прикосновений – и то хорошо. – Что это была за волшебная книжка? Ваше тайное оружие?
– Не совсем оружие… Бесконечная библиотека – нечто вроде каверны, которую я обустраиваю шестое столетие подряд. Разрушить её изнутри невозможно, что весьма удобно, когда надо быстро избавиться от проблемного противника. Увы, навечно это Крокосмию не задержит, и через какое-то время он, разумеется, выберется, – вздохнул Хорхе с сожалением и присел, осторожно подсовывая руки Дино под колени и под лопатки. – Прошу простить мою бесцеремонность, юноша, однако нам действительно надо спешить, – и он легко поднялся со своей восьмидесятикилограммовой ношей.
Оказавшись в воздухе, Дино тоненько, по-девчоночьи вякнул и вцепился Хорхе в плечи, смешно выпучивая глаза.
– Я-я-я…
– Разумеется, вы можете идти самостоятельно, – терпеливо улыбнулся он, не показывая клыков. – Но, во-первых, так будет быстрее, а во-вторых, я собираюсь срезать путь через одну старую каверну, а к людям там относятся несколько… гастрономически. Будет нехорошо, если вы отстанете.
Дино дёргаться перестал – до него, впрочем, всегда всё доходило быстро, какой бы абсурдной ни казалась ситуация.
– А Улла?
Хорхе быстро взглянул на меня искоса.
– Она в состоянии о себе позаботиться.
У меня мурашки по спине пробежали от его слов, а лицо точно замёрзло. Ну да, обычным человеком меня теперь не назовёшь…
– Всё в порядке. Потом объясню подробнее, когда найдём местечко поспокойнее. – Я в шутку щёлкнула его по лбу, но это дурацкое серьёзное выражение никуда не делось. – Дино? Бернардино Висконти? Диди? Динуччо?
– Ой, нет, – он помидорно покраснел и закрыл лицо руками. – Хватит, я понял, это правда ты.
Пока мы болтали, небо заволокло тучами. Вход в каверну Хорхе открывал уже под громовые раскаты; ушибленный кот пялился на нас из подъезда, сидя рядышком с таким же пучеглазым приятелем.
– Бай-бай, – шепнула я на выдохе, махнув им рукой на прощание. Вспыхнула молния, делая всё контрастным и каким-то ненастоящим. – Ещё вернусь. Не давайте себя в обиду, мальчики.
Коты мявкнули и просочились под крыльцо.
В каверну мы прошли через арку между дворами. По ту сторону раскинулся старинный городок, разрушенный почти до основания и погружённый в сизые сумерки; воздух здесь был на вкус, как пыльная пепельница, а в темноте между заваленными набок домами и просевшими крышами непрестанно двигалось что-то чёрное, гладкое, масляно блестящее.
«Урсула, поменяемся на пару минут», – внезапно попросил Йен.
Трещина в земле подозрительно вытянулась в мою сторону; я ускорила шаг, нагоняя Хорхе, и пробормотала:
– Меняемся так меняемся, никаких возражений…
С точки зрения заблудшей души выглядела каверна ещё хуже – тоненькая, хрупкая корочка почвы и камней на спине какой-то огромной хтонической твари с кучей тонких щупалец-отростков, беспрестанно шевелящихся и, кажется, даже переползающих с места на место в темноте. Правда, стоило Йену глянуть в их сторону сияющими глазами и многозначительно усмехнуться, как они опасливо втянулись под землю.
«Старые приятели?» – осторожно сформулировала я вопрос.
– Как сказать, – шепнул Йен в ответ еле слышно. – Не припомню, чтобы мы встречались… С другой стороны, у чудовищ память несравнимо лучше человеческой, и силы свои они оценивают гораздо лучше.
Боялись его местные монстры или нет, но я сочла за лучшее не рассматривать их слишком пристально и сосредоточила своё внимание на Хорхе, который невозмутимо кружил по разрушенному городу, разыскивая нужный выход. Вместе с Дино они смотрелись улётно – мой бывший ростом обогнал его на целую голову, да в плечах разница оказалась значительной.
Йена эти наблюдения повеселили.
– О, ты ещё не видела, как Хорхе меня таскал с пьянок, – мурлыкнул он. – В мои пятнадцать это уже смотрелось гротескно, а ещё через лет шесть – попросту абсурдно. Хотя никто не смеялся почему-то.