Музыка Имматериума (СИ)
При этом, заполошную стрельбу СПО-шников дюжина мухоморов и поганцев ожидаемо игнорировала. А вот астартес и коллега стрельбу прекратили, более того, по вокс каналу разнеслось категорическое: “Отставить огонь!” — что дошло, через минуту, и до командиров СПО.
И вот, дюжина этих нобов, вальяжно и издавая звуки, пёрлось на наши позиции. Я, хоть и не профильно, но знакомый с микотрадициями, уточнил вокс-каналом у Антония:
— Предполагаете, предложат поединок и будет возможность убить главного? А потом междоусобица среди орков? — уточнил я.
— Не совсем. — быстро ответил коллега. — Хотя и это тоже, но сильной междоусобицы на долгое время не выйдет — нобов, очевидно, на Алицифере немного, и все перед нами. Тут вопрос в другом: если мы сейчас атакуем “переговорных орков” и даже убьём их, у ксеносов включится, пусть на короткое время, режим берсерка, а не механизм смены вождя. Если все, разом, без оглядки на выживание… — не договорил он.
— Мда, нам тогда точно крышка, даже если это “берсеркерство” будет недолгим, — прикинул я количество грибов. — Значит, нужен поединок?
— Ну да, хоть сколько-то времени выиграем, да и атаки продолжатся по прежней схеме, что нас вполне устраивает. Было бы у нас сил побольше, — дополнил собеседник, — имело бы смысл прибить босса, а кинувшихся орков уничтожить. Междоусобица ксеносов, нам, с нашими целями, невыгодна, — резонно уточнил он. — Но есть как есть, так что да, поединок нужен.
Тем временем, орочья компания доковыляла до зоны слышимости, довольно близко ко мне, и босс куртуазно известил нас:
— Чилавека, я пришёл пастукать вашего главнава! — известил нас орчина, после чего уставился свинотными буркалами на мою скромную персону.
И это, невзирая на то, что в зоне видимости были два астартес, явно превосходящие внушительностью и габаритами меня. Не то, чтобы я прям был в ужасе и думал с писками и визгами ретироваться, нет. Были у меня противники и пострашнее орка, а возможностей его гарантированного и безопасного упокоения у меня было… Ну, одна. Но, тем не менее, какой-то особой опасности я не видел.
Притом, на кокон свячёности я смотрел мысленным взором столь обвиняющим, что он, по моему, даже устыдился. Впрочем, Антоний по вокс-связи меня довольно быстро привёл в себя.
— Терентий, вы идёте? — уточнил он. — Надо.
— Иду я, иду, — ответил я, перебираясь за баррикады и делая успокаивающий жест Кристине. — Вот скажите, Антоний, какого варпа я? — последовал риторический вопрос.
— Ксеносы инстинктивно чувствуют иерархию, Терентий. Это чувство у них на уровне безусловного инстинкта. Многие учёные вообще интерпретируют это явление, как некую псайкерскую способность, присущую всей расе, — очень развёрнуто ответил коллега, очевидно, почувствовав моё настроение.
— Ну и варп с ними, — заключил я. — Только с каких пор я главный-то? — полюбопытствовал я.
— В рамках нашей группы, с учётом заслуг и деяний, вы, Терентий, безусловно главный, — “обрадовал” меня Антоний.
— Вот спасибо, хорошо, — злобно буркнул я. — Ладно, пойду, постукаю этого гриба, — вздохнул я, неторопливо топая под всеобщими взглядами.
И добрался до вставших полукругом орков, с боссом впереди. Кстати, тройка Астартес следовала несколько позади меня, на что грибы отреагировали адекватно, то есть никак: моя свита.
— Твоя шамана? — уточнил босс.
— Моя грибник, — буркнул я, помигав нимбом.
Орк впал в тяжкую думу, перекосившись мордой, а я разглядывал своего противника. Вообще, конечно, звиздец: не считая чуть ли не из корабельной брони сотворённого бронелифчика и здоровенного, клешнеподобного механодендрита, эта лютая туша была раза в три больше астартес по ширине и бугрилась мышцами. Тонны полторы живого веса, не удивлюсь, если механодендрит крепится к аугментированному позвоночному столбу, противном случае эта туша была бы просто недееспособной. Ну, или варп, как обычно, во всём виноват, напомнил я себе.
Тем временем, мыслительный процесс гриба подошёл к концу, в его результаты окружающих босс не посвятил, а, оскалившись, выдал такой перл:
— Выходи, грибник, битца будем! — проревел он.
— И незачем так орать, я и так давно вышел, — занудно ответствовал я. — И вообще, ждёшь-то чего? Боишься? — прогудел я динамиками доспеха и улетел.
Недалеко и не на небеса какие, а банально на десяток метров назад. Орочья морда была… ирреально, запредельно быстрой, сопроцессор, в который непроизвольно выкинуло сознание, с трудом успевал фиксировать его движения. Ну и зарядил этот гриб своей доской для сёрфинга по моей персоне. Пустотный щит прекрасно отработал, вот только разница масс была несопоставима, и я улетел.
В полёте, отдав команду на активацию грозовых когтей, моя летучесть выстрелила по орку волкитным излучателем. И была жестоко обломана: орк не увернулся (точнее, сделал это не полностью: сместившись, подставил под луч лапу), но эффект от волкитного излучателя был весьма слабым. Вспышка пламени и прожженная дыра в лапе не более сантиметровой глубины.
Да то за фигня-то такая? Меня, конопляного муравья, сёрфингом в грудь? Искренне я пытался шутками успокоить свое охреневание в сопроцессоре, явно, подчинясь моим желаниям, взвинтившим темп. Но это, вообще-то, не смешно: демонический чемпион божка хаоса, на минуточку, был медленнее, уязвимее и слабее этой пакости!
Так быть не может, и это бред, веско заключил я, пристально всматриваясь в свет и ветер. И вышла у меня такая картина: очевидно, грибные чаянья и веянья, от ВСЕХ присутствующих в округе оркоидов, омывали босса. И ведь не заметишь толком, всё выглядит как естественные переливы света и ветра, если не вглядываться! А, по сути, округ босса сплетался этакий аналог моей оболочки свячёности, явно и очевидно корёжащей константы мироздания сверх их фоновой покорёженности.
То есть, орки верят в “боссовскую непобедимость”, наделяя его дополнительными усилениями. И, если с самой оболочкой я варп что сделаю в обозримые сроки (орк истощит щит и постукает меня насмерть раньше). И, очевидно, в массе своей грибы “за босса”, не желая ему подлянок, мимоходом отметил я.
Так вот, с оболочкой я ничего не сделаю, но она истощается, а приток мне вполне подвластен, оскалился я, после падения принимая удар сёрфинга на скрещенные кости. Тут уже и на моей стороне оказались перекорёженные константы, и удар, как бы не посильнее запустившего меня в воздух, откинул мою персону на пару метров. И началось: орк играл мной в сёрфобол, иногда добавляя мельтой по моей летящей персоне.
Впрочем, щит пока держал, волкитный излучатель дырявил орка, пусть неглубоко, но довольно чувствительно, судя по рёву. Гравиизлучатель же сия туша великодушно проигнорировала, да и от антидемонических болтов получала лишь царапины и синяки, так что остановился я на волкитке. И рвал и искажал “подпитку” света и ветра. Учитывая фактическую незаметность “боссовской оболочки”, надолго её не хватит. Как, к слову, и оказалось: через полминуты объективного времени орчина явно и заметно замедлился, а после пятка выстрелов, я лапу с мельтой просто отстрелил: полноценно сей оркоид воздействию всё равно не поддавался, но уже не игнорировал урон, как в начале боя.
Взревевший громче баззера корабельной тревоги босс метнулся, обрушив на меня свою доску. Которую я принял лишь на один коготь и удержал (хотя в землю меня на пару сантиметров орк вогнал, факт. Но, очевидно, исключительно в силу его массы). Вторые же когти я без затей вогнал (с трудом и еле дотянулся) в рожу босса. И потрепыхал ими, для надёжности. Босс постоял, остатками мозгов пораскинул, да и помер, рухнув на спину столь мощно, что меня реально подкинуло.
Ну, вот и всё, довольно вздохнул я. И правильно я “луч хаоса” экономил: мало ли, пригодится и вообще. Оставшиеся одиннадцать нобов с огорошенными мордами повзирали на стейк из гриба, переглянулись и…
И вот я, как любой разумный Инквизитор, ожидал взаимных оскорблений, ну и перехода к битве “за боссье место”. Вот только мне явно попались неправильные орки, да и дают они неправильные мицелии. А именно, в результате переглядывания, вперёд вышел один из нобов и выдал: