Я Гордый часть 5 (СИ)

— Какая может быть тайна в этом тексте? — пробежался я по нему глазами. Суть она в общем выразила правильно, но где тут интрига, ради которой стоило разводить костер?
— Ты должен говорить от души, а не по бумажке. Значит, это тайна. Выучи и прорепетируй. Максимум театральности и пафоса. Давай, сделай так, чтобы даже я поверила в твой патриотичный порыв и заплакала от счастья.
Дальше мы репетировали. Она то и дело орала: Не верю! Больше трагизма, больше пафоса, больше эмоций! А я играл как не в себя. Стоя перед зеркалом, я прочувствованно произносил текст…
Но нашу репетицию прервала мама. Смахнув рукой непрошенную слезу, она поинтересовалась, что тут происходит. Узнав, она озадачилась.
— И зачем это? Регламентом твоя речь не предусмотрена. Отдашь честь, скажешь «Служу Империи» — и на этом все.
— Все?!! — охренел я и тяжело посмотрел на Катю.
— Ну, я подумала, а вдруг пригодится, -замялась она, отступая к двери. — Пойду я, наверное, у меня дела еще…
— А ну, стой, мелкая!!! Догоню, хуже будет!!!
— А вот нечего меня было связывать! Учти, ты еще легко отделался, — орала она, удирая со всех ног.
И вы можете представить себе, чтобы я — и не догнал? А вот представьте. Эта заноза как-то свернула не туда и буквально растворилась в воздухе.
Как я ни рыскал по коридорам, злобно дыша, так ее и не нашел. Обманула, обвела вокруг пальца, покусилась на самое святое! Интересно, а что она имела в виду, когда говорила, что я легко отделался?
Развернувшись, я рванул к девчонкам, понимая, что уже опоздал. Ворвавшись к ним в комнату, я с облегчением увидел, что они тут, все трое, вроде живы и здоровы. Вот только был один нюанс — они спали. Крепко так, можно сказать, от души. Легкие потряхивания за плечи и холодная вода на лицо не помогли. Походу, мелкая им снотворного от души подсыпала, чтобы они церемонию пропустили.
Ну да — папа, такой весь пафосный, заявляет — вот избранницы сына! А избранниц-то и нет, кроме нее. А по регламенту они должны находиться за кулисами, и отец не знает, что они спят в этой комнате. Так вот, он их зовет, а кроме Кати никто не выходит. Ситуация патовая. Значит, при всем честном народе она становится моей первой невестой, дальше уже примут закон о четвертой жене или нет, ей пофиг, потому как слово императора обратной силы не имеет. Она и меня-то из-за этого отвлекала, чтобы я к девчонкам не сунулся.
Жестоко она с ними, что сказать. И за это надо наказывать максимально жестко. Но это не отменяет того факта, что девчонок я разбудить не могу. Молния, войдя в их тела, покрутилась в бессилии, полетала и все. Это ж не яд, повреждений организма нет.
Понюхал их стаканы — нос отчетливо уловил запах пустырника плюс магию. Такое я и сам буквально на коленке состряпать смогу. Абсолютно безопасно и очень эффективно. Вот только выводить его из организма нужно естественным путем. Эх, чую, девчонки меня потом могут за это возненавидеть, но чего только не сделаешь ради них.
Быстро раздеваю их, отчаянно матерясь. Они тоже в офицерских мундирах — событие-то, можно сказать, тройное — не только я погоны получил. И все же это лучше, чем их платья с кучей непонятных аксессуаров. Теперь начинаю по одной тащить их в ванную. Сначала Ольгу — эта самая адекватная из них.
Кладу внутрь и ускоряю обмен веществ, заставляя его очищаться от гадости. Терпеливо жду. Ага, процесс пошел, и с мочой стала выходить эта дрянь. Поддерживаю воздухом, чтобы не испачкалась. Так, нормально. Дыхание стало менее глубоким, скоро проснется. Ускоряю процесс. Из нее, простите, льется, как из крана. Ничего. Попьет водички — восстановится.
— А… к-хм… Сережа? А что происходит?
— Все потом, родная. Приходи в себя, а то у меня еще два тела на очереди.
Выношу и укладываю ее на постель. Следом подхватываю Лизу. До приема еще два часа — успею. Дальше пошел конвейер, который на Любе почему-то дал сбой.
Нет, все сначала пошло, как обычно, вот только в процессе она быстрей пришла в себя, как раз в тот момент, когда… писала. Сначала она не поняла, потом поняла, но не осознала пикантность ситуации, а вот когда осознала…
 
Я, честно говоря, лопухнулся и немного расслабился, следя за ее внутренними процессами, и упустил момент пробуждения. В общем, мне сильно прилетело по морде, отчего я ее выпустил — и она совершенно неэстетично плюхнулась голой задницей в большую ванну.
— Ты что делаешь, извращенец⁈ —заорала она так, что стены затряслись.
— Лечу тебя, дура! — заорал я в ответ. Вновь подхватываю ее и продолжаю свое грязное дело, наплевав на ее ругательства и проклятья. Струя воды очистила ее, воздух высушил, после чего ее уже немного восстановившееся тело было отправлено к остальным.
Ольга уже пришла в себя и пыталась одеться. Движения ее еще были вялыми, но это пройдет минут через пять. Лиза просто лежала с открытыми глазами, в которых застыло непонимание.
— Так, чтобы разом снять все вопросы и избежать драки. Вас напоили снотворным. Кто, думаю, сами догадаетесь. Пришлось выводить из вас гадость естественным путем. Я справился и я молодец. Морально терзаться, стыдиться и прочее времени у вас нет. Есть полчаса на то, чтобы прийти в себя и разработать план мести. Лично я такое спускать не хочу, но кроме как высечь ее, в голову ничего умного не приходит, потому как мозги кипят от злости.
— Надо ее найти! — хрустнула пальцами Оля. На Любу же было страшно смотреть. Ее красное от стыда лицо выражало такой гнев, что я мелкой не позавидую, когда она попадёт в руки сестры. Но с этим надо было срочно что-то делать, а то надумает себе всякого. Подхватив ее, я крепко прижал ее к себе и поцеловал.
— Отпусти меня, мне очень стыдно. Ты видел такое…
— Не бери в голову, родная. Я давно перестал на это обращать внимания. Когда-нибудь я покажу тебе место, где прожил два года, и ты поймешь, что подобным меня не смутить и не напугать. Тем более, что иного безопасного способа избавить вас от снотворного не было. Ты по-прежнему любима и желанна для меня.
— Спасибо, — пробубнила она, уткнувшись лицом мне в грудь. — И прости, что ударила.
— Ничего страшного, я все понимаю.
— Так это Катя все подстроила, — дошло до Лизы. Силы стремительно возвращались к ней и она смогла сесть, не обращая внимания на мой жадный взгляд, скользящий по ее фигуре. — Думаю, нам не сильно нужна четвертая сестра, правда? Я даже готова поносить траур по ней несколько дней.
— Это не выход, слишком легко будет. Надо ударить по самому чувствительному, что у нее есть.
— И что же это?
— А вы не знаете? — удивился я. — Тщеславие, вот ее больное место. Она любит блистать, быть в центре внимания. И у меня появился план. Но мне для этого кое-что нужно. Так что вот как мы поступим…
 Глава 24 
Глава 24
Пробраться к ней в комнату, которая ожидаемо оказалась пустой, труда не составило. Как и стащить все ее парадно-выходные платья. Хорошо, что она не успела еще переодеться. На столе на видном месте мы оставили записку, где она может найти свои наряды.
Охрана, стоящая у дверей, недоуменно стрельнула в нашу сторону глазами, но смолчала — их Высочества развлекаются, не стоит им мешать.
Красиво разложив одежду на постели в моей комнате, мы демонстративно удалились, уже зная, что она за нами следит. Слабый щит воздуха, из которого она создала зеркальную иллюзию, мог, наверное, обмануть неодаренного, но не нас.
Девчонки юркнули к себе, я же, спрятавшись, выбрался наружу, и накрывшись точно таким же щитом, только намного сильней, завис прямо напротив окна, отлично видя, что там происходит.
Дверь бесшумно открылась, Катя сделала пару неуверенных шагов, готовясь, если что, сразу бежать. Схватила платье, но не успела сделать и шагу, как оно опутало ее, крепко связывая, а после утащило в ванну. Щелкнул замок — и птичка оказалась в клетке. Теперь, пока не освобожу, будет тут сидеть.
Браслет соскользнул с ее руки и лег на стол. Позвать на помощь она не сможет, а звукоизоляция у меня отличная — хоть до посинения будет орать, никто не услышит. Зло должно быть наказано.