Шторм и ярость

– Демоны здесь.
– Да, – зрачки его ярко-голубых глаз начали вытягиваться вертикально. Его челюсти были сжаты, когда он повернулся к большим чугунным дверям.
За все годы моей жизни среди Стражей в Потомакском нагорье здесь никогда не было нарушений, не говоря уже о чем-то подобном этому.
Дрожь пробежала по рукам, когда я подошла к двери и обнаружила, что она не заперта.
– Трин, не надо…
Я открыла дверь, и холодный ночной воздух ворвался внутрь, обдав мои обнаженные руки.
– Ты действительно думаешь, что дверь остановит их, если они зайдут так далеко?
– По крайней мере, это хотя бы немного задержит их.
Холодный цемент крыльца охладил мои ноги, когда я вышла на улицу. Ничего не было слышно. Ни пения птиц, ни стрекота насекомых – как будто они чувствовали витающую неестественность в воздухе.
Было тихо – слишком тихо, когда я смотрела на подъездную дорожку, освещенную мощными прожекторами, и дальше, в темноту, которую не мог пробить ни один луч света.
– Что-нибудь видишь? – спросила я.
Миша подошел и встал рядом со мной на верхней ступеньке лестницы. Даже если бы мои глаза не были дерьмом, его зрение все равно в миллион раз лучше.
– Ничего, – сообщил Миша, взглянув на меня сверху вниз. – Кроме этого платья. Ты могла бы переодеться. Все, что демоны увидят, это твою…
– Заткнись, – проворчала я.
– Знаешь, может быть, тебе стоит пойти к стене, – продолжил он. – Уверен, если какой-то демон увидит тебя в этом платье, он дважды подумает, прежде чем устроить засаду.
Я толкнула его.
– Ты глупый. Зейн сказал, что я похожа на богиню.
Он фыркнул.
– Неужели?
– А еще что я прекрасно выгляжу, – на этот раз я толкнула его локтем.
– Тот самый парень, который не поцеловал тебя в ответ? Тот самый парень, от которого я советовал тебе держаться подальше? – Миша оттолкнул меня, и я врезалась в перила. – Думаешь, я не собирался возвращаться к этому вопросу?
Я закатила глаза.
– Сейчас действительно не время читать мне лекции. Почему бы тебе не подождать, пока мы не окажемся в осаде людей и демонов?
Миша вздохнул.
– Ты должна вернуться в дом, Трин.
Я проигнорировала то, что он сказал, как делала множество раз.
– Как думаешь, с Джадой все в порядке? – спросила я, должно быть, в пятый раз.
– Она с Таем. Уверен, все под контролем, – еще раз заверил меня Миша. – Кроме того, во всех домах есть комнаты паники на случай, если произойдет что-то подобное, и именно там ты должна быть, но противишься. С ними все будет в порядке. Со всеми.
Если только демоны не проломили стены и не опустошили общину, сжигая дома. Так, я слышала, случилось с общиной к западу от нас несколько месяцев назад, и эти комнаты паники не спасли их. Некоторые комнаты паники не выдержали сверхъестественного огня, которым владели демоны.
– А если бы это произошло здесь?
Я закрыла глаза, по моему телу прокатилась дрожь.
– Это моя вина.
– Что? Нет, это не так, – ответ Миши был быстрым, слишком быстрым. – Это не твоя вина.
Чувствуя, как жжение поднимается по моему горлу, я покачала головой.
– Но это так. Клэй застал меня врасплох, я истекала кровью, Миша. Я использовала свою благодать, когда должна была просто убежать…
– Если бы ты не использовала благодать, то могла умереть, – теплые пальцы Миши коснулись моих щек. – Я мог умереть. Ты защитила себя. Ты сделала все, что могла.
Открыв глаза, я встретилась с его взглядом. В свете фонаря на крыльце его глаза казались озерами полуночной синевы.
– Почему ты всегда говоришь так логично?
Миша опустил голову, так что наши глаза оказались на одном уровне. Его большие пальцы скользнули по моим скулам.
– Потому что ты всегда такая нелогичная.
Отрывистый смех вырвался из моей груди.
– Это справедливое замечание!
– Справедливое замечание заключается в том, что…
От внезапного покалывания вдоль затылка и между лопатками у меня перехватило дыхание. Сжав лезвия с такой силой, что рукоятки впечатались в мою плоть, я прошептала:
– Они приближаются.
Миша опустил руки и повернулся лицом к подъездной дорожке.
 
– Назад!
На этот раз я послушалась, отойдя на несколько шагов, чтобы дать ему пространство. Миша собирался принять свою истинную форму, и я не могла отвести глаз, когда он это сделал. Я никогда не была на это способна и была разочарована тем, что не видела тот момент, когда перевоплотился Зейн.
Сначала изменилась бледная розоватая кожа Миши. По мере того, как она затвердевала, ее оттенок делался глубже, постепенно становясь темно-серым. Кисти рук превратились в когти – достаточно острые, чтобы прорезать камень. Между копной рыжевато-каштановых кудрей торчали рога. Кости плеч сдвинулись под кожей, и лопатки выступили наружу. Крылья сформировались и раскинулись по обе стороны.
Я была права. Миша был огромным, но Зейн – еще больше.
Миша посмотрел на меня через плечо, и я увидела, что его лицо изменилось. Ноздри сплющились в тонкие щелочки. Рот стал шире, дав пространство клыкам, которые могли разорвать плоть и металл. Только глаза остались прежними: синие, как у Стража.
– Ты собираешься хоть раз послушать меня и пойти в дом? – спросил он, теперь его голос был более густым, насыщенным.
Я фыркнула.
– И позволить тебе получать удовольствие от убийства демонов в одиночку? Ха! Нет.
– С тобой что-то не так, совершенно точно не так, – Миша снова повернулся к подъездной дорожке, и я улыбнулась, несмотря на все это.
– А если там больше людей?
Моя кожа похолодела, улыбка исчезла.
– Я справлюсь.
– Просто постарайся держать это под контролем, Трин.
Я знала, на что он намекал.
– Конечно, босс!
Звук топота ног эхом разнесся по подъездной дорожке, и Миша подпрыгнул, приземлившись на корточки в нескольких метрах от ступенек. У меня перехватило дыхание, когда что-то громоздкое промчалось под светом прожектора, и я увидела это.
Боже милостивый, это был Ночной Краулер!
Я была ошеломлена, узнав кожу цвета лунного камня. Я никогда не видела ни одного из них вживую. Только в текстах, которые мы изучали в школе наряду с обычными предметами, например английским и математикой. Как и Рейверы, Ночные Краулеры не должны были находиться наверху, на земле, потому что не могли сливаться с людьми. Их яд был токсичен, парализуя своих жертв в течение нескольких минут, иногда даже меньше. Этот Краулер был слишком далеко, чтобы я могла разглядеть детали его лица даже при ярком освещении, но я подумала, что это было благословением.
Ночные Краулеры были уродливы.
Миша оторвался от земли, но я могла быть быстрее. Отведя руку назад, я сосредоточилась, и мир вокруг меня исчез. Я отправила лезвие в полет.
Он попал точно в цель, глубоко войдя в грудь Ночного Краулера еще до того, как Миша успел взлететь.
Шаги Ночного Краулера дрогнули, и он издал рев боли и ярости – настолько ужасный, что внутри меня все затрепетало. Пламя вырвалось из его груди, охватив тело за несколько секунд.
Железо было смертельно опасно для демонов, и попадание в жизненно важное место, например грудь, немедленно делало их… недееспособными.
Мой железный клинок с грохотом упал на подъездную дорожку, осев в куче демонической пыли.
Приземлившись в полуметре от того места, где только что был Ночной Краулер, Миша оглянулся.
– Ты не видишь меня, когда я делаю шаг влево, но прикончила этого ублюдка в мгновение ока?
Еще один Ночной Краулер появился на краю луча прожектора.
– Этот – мой, – Миша взлетел, его крылья рассекли воздух широким полукругом. Секунду спустя он врезался в Ночного Краулера, отбросив его на несколько метров назад, в темноту и пустоту, где я ничего не могла рассмотреть.
Я поспешила к своему клинку и схватила его, не обращая внимания на то, насколько теплым был металл. Замерев, стала вглядываться в темноту, когда услышала ворчание, доносящееся оттуда, где Миша сражался с Ночным Краулером. Сколько еще может быть тех, кто прошел мимо Стражей на стенах? Дымка страха проникла в мою кровь, но я проигнорировала это чувство, подавляя его, чтобы не сдаваться. Страх может быть полезен. Он может обострить чувства, но может и ошеломить. Это была опасная, тонкая грань, и в данный момент я не хотела ее переходить.