Шторм и ярость

– Хорошо. – Я взглянула на Зейна, который с любопытством наблюдал за нами. Этот глупый, глупый трепет переместился в мой живот.
– Увидимся, – сказал Зейн, и у меня было предчувствие, что так и будет.
Мы с Мишей прибыли в дом раньше и ждали в кабинете.
– Нам нужно поговорить до прихода Тьерри, – объявил он.
Я плюхнулась в кресло с толстой подушкой прямо напротив массивного письменного стола, который обычно занимал Тьерри.
– О чем?
– Тебе следует быть осторожной с ним.
– С кем? – спросила я, хотя у меня было довольно хорошее представление, о ком говорил Миша.
– С Зейном! – выкрикнул он его имя.
Скрестив руки на груди, я приподняла бровь.
– Два момента.
Глаза Миши сузились, когда он прислонился к столу Тьерри.
– Во-первых, этот разговор у нас уже был. Тебе не нужно предупреждать меня об осторожности. Мы же не собираемся быть лучшими друзьями или что-то в этом роде. Он уедет через пару дней, – я почувствовала странный укол разочарования. Мы разговаривали с Зейном всего пару раз – и бо2льшую часть времени оскорбляли друг друга.
– Пара дней – это слишком долго.
– Хорошо, и это утверждение подводит нас к самому важному вопросу сегодняшнего вечера. В чем твоя проблема с ним? Это же не из-за того, что я с ним разговаривала. – Повисла пауза. – Если только ты тайно не влюблен в меня и не ревнуешь.
Выражение лица Миши стало мягким.
– Ты его не знаешь.
– Ты тоже не знаешь. Все, что ты сказал, – он плохой парень, его клан ему не доверяет. Но если клан не доверяет Зейну, почему он здесь?
Глядя на дверь, Миша провел рукой по копне рыжеватых волос.
– Разве ты не заметила в нем чего-то странного?
Я многое замечала в нем, но держала это при себе.
– Не хочешь быть чуть более конкретным?
– Его глаза, – Миша опустил руку. – Возможно, вы не были достаточно близко, чтобы ты могла рассмотреть их.
– Я видела его глаза, – я прервала его. – Они немного отличаются.
– Немного отличаются?
Я нахмурилась.
– Они более светлые.
– А ты раньше видела глаза Стража такого цвета? – спросил Миша. – У всех нас одинаковый цвет глаз, Трин. Мы так устроены.
– Ладно. Факт, что у Зейна другие глаза, странно, конечно, но что в этом такого? Неужели мы теперь дискриминируем светлоглазых Стражей?
– Не будь тупой, – огрызнулся Миша. – Второго такого Стража не существует.
– Как не существует и того, кто подобен мне, – заметила я.
– Это не одно и то же. Отнюдь, – возразил Миша. – Слушай, у него такие глаза, потому что он… Он потерял часть своей души.
Из всего, что я могла ожидать от Миши, это утверждение даже рядом не стояло. Я наклонилась вперед, чуть не свалившись с кресла.
– Что?
Миша взглянул на дверь, прежде чем продолжить.
– Не знаю подробностей, но их клан вырастил девушку, которая наполовину Страж, наполовину демон.
– Что? – выкрикнула я шепотом. – Почему я не слышала об этом до сих пор?
Он моргнул.
– Зачем кому-то рассказывать тебе?
– Потому что… Ладно, у меня нет веской причины, – смягчилась я и тут же вспомнила, как Зейн говорил, что он не единственный ребенок, выросший в его поместье. Неужели он говорил об этой девушке? – Продолжай.
– Эта девушка дочь Лилит.
Я резко втянула воздух.
– Лилит?
Миша кивнул, и я медленно моргнула. Лилит была матерью многих очень опасных демонов – существ, которые могли забрать душу одним прикосновением. Их называли «Лилины», и что-то в этом было смутно знакомое. Несколько месяцев назад я случайно услышала, как Мэттью и Тьерри говорили об этих существах. Это было примерно в то время, когда умер отец Зейна.
– Не знаю, при каких обстоятельствах и как, но он потерял часть своей души, – продолжил Миша.
Откинувшись на спинку кресла, я понятия не имела, что и думать.
– Ты хочешь сказать, что он… бездушный?
Миша покачал головой.
– Я этого не говорю. Будь это так, сомневаюсь, что Зейн все еще был бы жив. Его клан бы с ним расправился.
Расправился.
Как с бешеным животным.
 
Я вздрогнула, вцепившись в подлокотники кресла.
– Тогда о чем ты говоришь, Миша?
– Как думаешь, почему Зейн не лидер клана? Он был сыном последнего лидера, его готовили к передаче власти, но этого не случилось.
Я спрашивала об этом у Зейна.
– Может, он просто решил этого не делать?
Миша посмотрел на меня, как на идиотку.
– Сомнительно. Очевидно, что клан не доверяет ему такую роль, тем более он все еще дружит с этим демоном.
– Наполовину демоном, наполовину Стражем? – Эта мысль все еще не укладывалась в голове. Я даже не знала, что вставка слота A в слот B между Стражем и демоном может привести к рождению ребенка.
– Дочерью Лилит, – поправил меня Миша. – И он, как известно, работает с демонами.
– Неужели? – я рассмеялась над абсурдностью этого утверждения. Не только потому, что было безумием думать о Страже, делающем это, но и потому, что демон не приблизится к Стражу, будь у него выбор. Этот полудемон, дочь Лилит, очевидно, была исключением, и то потому, что она наполовину Страж. – Где ты вообще услышал эту чушь?
– Ты не единственная, кто любит греть уши в нужных местах. Я слышал, как Мэттью и Тьерри обсуждали это несколько месяцев назад, очевидно когда все произошло. И это не чушь, Трин.
Я начала грызть ноготь большого пальца.
– Не похоже, что он потерял часть своей души.
– А как, по-твоему, должен выглядеть человек без души?
– Зло? – предложила я. – А Зейн не кажется злым.
Миша встретился со мной взглядом.
– Разве это не величайшее достижение зла? Оно часто прячется за невинностью.
Что ж, в чем-то он был прав.
Я понятия не имела, что думать о предупреждении Миши. Возможно, часть души Зейна отсутствовала. Возможно, ему нельзя было доверять как лидеру клана, и, возможно, он работал с демонами.
Миша был прав. Зло часто маскировалось под невинность.
Мне следовало быть осторожной с Зейном, особенно учитывая все риски. Но правда была в том, что откровения Миши лишь усилили мое влечение.
Вскоре после этого разговора появился Тьерри, и не один. Он привел с собой целую команду: в нее входил не только Мэттью, которому я не удивилась. В ней присутствовал тот, чье появление на пороге повергло меня в шок.
Николай.
Я посмотрела на Мишу широко раскрытыми глазами. Разве он не ясно дал понять Тьерри, о чем пойдет речь? Миша выглядел таким же растерянным, как и я.
– Можешь закрыть дверь, Николай? – спросил Тьерри, пересекая комнату и садясь за свой стол. Мэттью присоединился, встав справа от него. – Миша сказал, что есть кое-что, чем необходимо поделиться, и это не может подождать до окончания банкета.
– Да, но… – Я замолчала, когда Николай сел в кресло рядом со мной.
– Думаю, Тринити еще незнакома с Николаем, – Мэттью плавно вмешался, его рыжие волосы упали вперед, касаясь лба.
– Нет, мы не встречались, – Николай улыбнулся мне. – Рад с тобой познакомиться.
– Взаимно, – мое замешательство приближалось к эпическому уровню, когда взгляд вернулся к Тьерри. – Я не понимаю…
– Все в порядке. Ты можешь говорить открыто в присутствии Николая, – Тьерри слабо улыбнулся.
Брови Миши поползли вверх.
Я понятия не имела, что происходит.
– Эм, не уверена…
– Ты можешь. Николай понимает: то, что он услышит в этой комнате, не должно выйти за ее пределы.
Николай кивнул.
– Конечно.
– Что ты хочешь нам сказать? – подтолкнул Мэттью.
Я взглянула на Мишу, который так сильно нахмурился, что его лицо, казалось, вот-вот треснет.
– Я видела… – Я сделала глубокий вдох, когда мое сердце заколотилось. – Сегодня вечером я видела призрака за пределами Большого Зала.
Голова Николая повернулась в мою сторону.
– Прошу прощения?