Тайна ворона

Сихо поспешно вскочила, и девушка приложила палец к ее губам.
«Тихо. Пожалуйста, выслушай меня».
Ее голос Сихо слышала не ушами – он как будто звучал прямо в мозгу.
«Сейчас я могу вывести тебя отсюда, пойдем со мной».
Сихо вытаращилась на тайную гостью.
– Правда?!
«То, что говорил ятагарасу, должно было лишить тебя воли к побегу. Даже без разрешения Ямагами можно вернуться в твой мир, если следовать правильным путем», – говорила девушка.
Сихо бросила взгляд на вход: там виднелась спина ее сторожа. Она подумала, что не сможет выбраться, если он никуда не уйдет, но девушка кивнула, успокаивая ее:
«Не бойся, они меня не видят. Просто двигайся тихо».
– Хорошо, – прошептала девушка, чтобы ее не услышали.
Гостья улыбнулась, но в следующий миг лицо ее исказилось от горя.
«Прости. Все это из-за меня. Я сделала его таким… – Она словно каялась. – По моей вине он шутя погубил множество девушек. А они не должны были умирать. Они не виноваты…»
Голос ее дрожал, она посмотрела в глаза Сихо.
«Он уже не услышит меня. Но я больше не хочу видеть, как он мучает и убивает людей».
Из ее ясных черных глаз скатились две слезинки, похожие на кусочки хрусталя.
«Ну же, вставай».
Девушка протянула руку, и Сихо попыталась ухватиться за нее, но не смогла коснуться. С тоской глядя на пленницу, гостья сказала и повернулась к выходу:
«Иди за мной».
– Кто ты?
Та обернулась и успокаивающе улыбнулась.
«Я Тамаёри-химэ. Та, что усердно прислуживает Ямагами-сама».
* * *
– Ее нет!
Услышав эту новость, телохранитель Надзукихико закричал:
– Что ты несешь?!
У единственного выхода всегда стоял дозорный. Телохранитель стал допытываться, не покидал ли он своего поста без разрешения, но слуга, прибежавший со всех ног, чтобы как можно быстрее доставить известие, покраснел и замотал головой:
– Нет! Ни на миг не сходил с места! Я сам не понимаю, как она могла исчезнуть!
Но Сихо действительно не было.
– Когда ты видел ее в последний раз?
– Да вот только что! Я заметил, что она встала по нужде, и ненадолго отвернулся, а когда повернулся снова, ее уже не оказалось.
– Что будем делать? – спросил другой прислужник, такой же бледный.
Надзукихико моментально отдал приказ:
– Иди за подмогой. Нужно найти ее раньше, чем это сделают обезьяны.
– Слушаюсь!
– А мы – в темницу.
Взяв с собой сторожа и одного из телохранителей, Надзукихико направился в комнату Сихо. Войдя внутрь, он сразу же подошел к ширме и отодвинул ее от стены.
Когда-то комната была частью пещеры. Стены так и остались необработанными, а между торчащими камнями выглядывала щель, похожая на трещину, – ее и прикрывала ширма. На первый взгляд человек не мог туда протиснуться, но, просунув внутрь руку, Надзукихико кончиками пальцев ощутил движение воздуха. Там что-то есть.
– Не может быть! – простонал телохранитель. – Неужели она выбралась отсюда?!
Сихо девушка некрупная, поэтому ей и удалось туда забраться. Сообразив, что этим путем преследовать ее не удастся, Надзукихико встал.
– Нам здесь не пройти. Вернемся назад.
Он быстро покинул темницу, и сторож, упустивший пленницу, склонил голову:
– Прошу меня простить. Это моя вина.
– Я тоже не заметил щель. Кто бы ни стоял на страже, она все равно бы улизнула.
Он двинулся вперед, а навстречу ему уже бежали четверо: видимо, их позвал слуга.
– Собрали всех, кого можно было привести сразу. Остальные придут, когда будут готовы.
– Кажется, она ушла через проход, о котором мы не знали.
– Куда он ведет?
– Понятия не имею. Нужно привести кого-то худого. А вы обыщите пещеры. И осторожнее, чтобы ни Ямагами, ни обезьяны ничего не заметили.
– Та-ак. Чтобы кто чего не заметил? – мерзко улыбаясь, спросил Оодзару.
Он появился как раз в тот момент, когда Надзукихико отдал приказ. В руках обезьяны лежало божество с выпученными глазами. Дело плохо.
– Она скрылась?!
– Похоже на то.
– Это ты виноват, ятагарасу! – радостно заявил Оодзару.
Его голос звучал угрожающе, и слуги напряглись.
 
– Может, они ее специально отпустили?
– Ямагами-сама! Мы бы никогда…
– Замолчи! Вы предали Ямагами-сама! Думаете, вам теперь поверят?
Оодзару хохотал.
Дело плохо. Совсем плохо. Раздражение росло. В голове звенел тревожный колокол, но предпринять уже ничего нельзя. Надзукихико видел, как телохранители мало-помалу расходятся, чтобы дать ему путь для отступления.
– Ямагами-сама! Мы ведь не знаем, что они замышляют! – преувеличенно горестно сетовал Оодзару, склонившись к уху затихшего ребенка. – Пожалуй, теперь вы можете доверять только мне. Вполне возможно, что он сговорился с ней.
– С ней?!
– Да-да. И эта девчонка, и вороны – предатели! – громко заявил Оодзару. – Они отпустили ее и собираются лишить вас положения. Он хочет сам занять ваше место!
Обезьяна ухмыльнулась.
И вдруг воздух наполнился мощным белым сиянием и жаром.
* * *
Сихо все видела. Вслед за своей гостьей она нырнула в проход и спряталась за камнем, ожидая, пока ятагарасу уйдут. Когда они скроются из вида, она должна выйти на другую тропинку и выбраться наружу. Но не успели ятагарасу разойтись, как появились Оодзару и Ямагами. Вряд ли они заметили ее, зато ей все было прекрасно видно и слышно через щель.
В ее отсутствие обезьяны и вороны говорили с сильным акцентом, их речь напоминала иностранный язык. Сихо не понимала смысла и все же по общей атмосфере уловила, что Надзукихико и его слуг ругают за то, что она сбежала. С волнением она следила за происходящим, и тут вокруг Ямагами сверкнула молния. Девушка вскрикнула от неожиданности, но удар грома заглушил ее крик.
Из-за грохота и яркого света она лишилась слуха и зрения. Отшатнувшись от щели, Сихо прижалась к стене и некоторое время пыталась унять дыхание. Сначала вернулось обоняние. Воняло ужасно – горелыми волосами и сожженной вместе с землей плотью. Задыхаясь от запаха, она почувствовала, как к горлу подступает тошнота.
Что это? Что там произошло? Девушка чувствовала, что смотреть туда нельзя, но не утерпела и прижалась к щели. Зрение вернулось, и в глаза бросился белый туман: в воздух поднимался дым от чего-то.
Черный комок, похожий на камень. На том месте, где только что стояли ятагарасу, лежали несколько черных человеческих силуэтов, скрюченных, точно зародыши. Это трупы воронов.
Когда затих звон в ушах, она услышала вопль, эхом отдававшийся в стенах пещеры. Припав к уголькам, оставшимся от товарищей, надсадно завывал юноша, выкрикивая их имена: наверное, он только что прибежал. Словно дразня его, гремел хохот. Это смеялся Оодзару, бережно покачивая на руках Ямагами.
Сколько же прошло времени?
«Пойдем».
Когда и Ямагами, и обезьяна скрылись из виду, когда исчезли ятагарасу, неся на руках тела товарищей, Тамаёри-химэ попыталась сдвинуть Сихо с места. Та, пошатываясь, послушно выбралась из прохода. Они миновали источник, где было по-прежнему тихо, лишь била ключом прозрачная голубая вода. В этом безмолвии с трудом верилось в то, что произошло минуту назад.
Сихо давно не бегала, поэтому все тело ужасно ныло, а голова раскалывалась из-за шока после увиденного.
– Это из-за меня…
«Нет, ты не виновата».
Девушка яростно замотала головой и мрачно продолжила: «Сейчас он по своему капризу убивает тех, кто рядом. Я уже много раз видела, как из-за мелочей погибали обезьяны и вороны. Раньше он таким не был… Но ты не виновата», – настойчиво повторяла она.
Следуя за Тамаёри-химэ неизвестными тропами и пещерами, Сихо заметила, что воздух изменился. Обжигающе холодный воздух священной земли сменил согревающий ветерок.
Они вышли наружу. Стоял дождливый вечер. Откуда-то доносился теплый аромат криптомерий.
«Если выберешься со священной земли, обезьяны не последуют за тобой. Просто иди в ту сторону».