Баллада о Лорелее (СИ)
Рон и Джошуа некоторое время молчали, а потом Рон вдруг сказал:
«Может, стоит попробовать засечь радиообмен?.. А что? Передатчики в скафандрах неслабые… частоты нам известны. По-моему, это реально.»
«Хорошая мысль,» — одобрил Джошуа. — «Только давайте действовать быстрее, пока они еще здесь. Иначе мы точно ничего не узнаем.»
«Ну, так вам и карты в руки,» — сказала Катерина. — «Вы же у нас специалисты по скафандрам и, кстати, бывшие сотрудники космофлота. Так что пробуйте.»
Рон и Джошуа переглянулись и замолчали, пребывая в явном затруднении по поводу того, каким же именно способом следует перестроить приемники у себя в головах, чтобы стало возможным подслушивать чужие разговоры. Потом по напряженным позам своих спутников Катерина поняла, что они все-таки придумали.
Хм… Замерли так, словно неживые. Пробуют, надо полагать.
Вдруг Катерине пришла в голову довольно-таки очевидная мысль.
Если у Рона и Джошуа все получится, то мы чужаков услышим. А они нас? Тоже?.. Ох, не хотелось бы… Да что я говорю, такого просто нельзя допустить! Помимо того, что тогда в полный рост встанет угроза раскрытия тщательно охраняемого секрета существования метаморфов, возникает и другой, не менее неприятный аспект. Абсолютно невозможно предсказать реакцию нежданных гостей на известие о том, что на планете кроме них присутствует кто-то еще. Судя по экипировке ребята к нам пожаловали решительные и готовые на многое ради успешного выполнения своей миссии. А в случае, если она проходит под грифом «совершенно секретно», нам вообще не позавидуешь. Пристрелят и глазом не моргнут.
Правда, пристрелить метаморфа — задача чертовски сложная, практически невыполнимая, но все равно неприятно. А главное, тайна… тайна… Если она рухнет, то нас начнут отлавливать по всей планете, и будьте уверены — не успокоятся, пока, наконец, не поймают.
Катерина уже повернулась было к друзьям, чтобы остановить эксперимент со столь далеко идущими последствиями, как тут же стало ясно, что ее предостережение, мягко говоря, запоздало.
«Есть!» — вдруг радостно объявил Джошуа. — «Я их слышу! Слышу!»
«Да не кричи ты так!» — поморщилась Катерина. — «И вообще, разговоры следует свести до минимума. Если мы их слышим, то, вполне вероятно, и они нас тоже.»
«Это вряд ли,» — ответил Рон. — «Передатчики у нас в головах ты соорудила, вообще-то говоря, так себе. Извини, конечно… я понимаю, что ты не специалист. К тому же мощный галактический фон… да и Лоры вносят свою лепту, весьма немаленькую, надо сказать. Так что метров на десять-пятнадцать хватает, а дальше все теряется на фоне шумов. Проверено.»
«Подтверждаю,» — сказал Джошуа. — «Если не будем приближаться к чужакам, то они нас почти наверняка не услышат.»
«Мне нравится это „почти“…» — скептически хмыкнула Катерина. — «Ну да ладно. Так что я должна сделать, чтобы тоже услышать?»
«Смотри,» — засуетился Джошуа. — «И ты тоже, Рон. На самом деле все предельно просто…»
С первого раза, разумеется, ничего не получилось. Однако, упорства Катерине было не занимать, и она даже не слишком удивилась, когда в голове неожиданно возник абсолютно незнакомый голос:
«…останешься здесь. Этот вариант даже не обсуждается.»
Голос умолк, а затем продолжил, уже совсем с другими интонациями:
«Послушай, Жаклин. Ты же все прекрасно понимаешь. Корабль нельзя оставлять без присмотра, а значит, так или иначе, кому-то из нас остаться здесь просто необходимо.»
Ага, подумала Катерина. Значит, как минимум один из пришельцев у нас женщина, и зовут ее Жаклин. Что ж, уже кое-что… Ну давайте, давайте, не тяните. Расскажите, зачем вы сюда прибыли, что именно забыли в покинутом городе…
«Нет, не понимаю,» — сказала Жаклин. — «Почему именно я? Почему не Гюнтер?.. Это вы меня послушайте, Каттнер. Вам не кажется, что бросать несчастную женщину в одиночестве на чужой планете — это как-то не по-мужски? А? Молчите… возразить нечего… А вдруг я просто боюсь? Ведь может же так случиться, что мне попросту страшно. Ну ответьте хоть что-нибудь!»
Вот и еще имена, подумала Катерина. Собеседника этой Жаклин зовут Каттнер, и, похоже, он в этой команде главный.
«Почему-то мне никак не верится, что тебя может так уж сильно напугать одиночество. Спрашивается, чего тогда стоит вся твоя подготовка? Ты же у нас в недавнем прошлом сотрудник космофлота, к тому же пилот, а значит, корабль — это твое хозяйство. Вот и присмотри за ним в наше отсутствие.»
«Капитан,» — в голосе Жаклин послышались умоляющие интонации. — «Ну почему мы не можем отправиться все вместе? А если вы так уж опасаетесь за корабль, то могу успокоить: с ним здесь совершенно точно ничего не случится, просто потому что не может случиться никогда. Планета пуста, тектоническая активность на нуле… Что еще?»
«Не стоит забывать, что еще совсем недавно Лорелея была весьма населенной планетой.»
«Вы имеете в виду аборигенов? Так они же давным-давно исчезли с лица планеты. Скорее всего, просто вымерли.»
«Вымерли, говоришь? Да нет, исчезли — гораздо более подходящее слово… Причем заметь, никто не знает, куда. И об этом тоже следует помнить.»
«Все равно,» — упрямо сказала Жаклин. — «Никто не сможет жить в вакууме.»
«Но мы-то можем.»
Жаклин промолчала.
«А погоня?» — вмешался в разговор кто-то третий, вероятно, тот самый Гюнтер. — «Если вдруг какой-нибудь умник вычислит, куда мы направились, и сюда заявятся безопасники, то нам даже убежать будет не на чем. Ты, конечно, как знаешь, но я почему-то за решетку не тороплюсь.»
Ледяные львы переглянулись.
Н-да, вот вам и спецназовцы… Просто-напросто беглые преступники, хотя и весьма экзотической породы. Пожалуй, никому до сего момента еще не удавалось использовать для побега звездный корабль. Решительные и явно не дураки, а потому очень и очень опасные. И еще неизвестно, какой из двух вариантов хуже: спецназовцы или бандиты. Но, тем не менее, есть и одна неплохая новость: судя по разговору, их всего лишь трое. А следовательно, силы примерно равны, несмотря на все их экзоскелеты…
«Погони не будет,» — ответил Каттнер. — «По крайней мере, в ближайшее время. В солнечной системе сейчас просто нет ни одного подготовленного к старту звездного корабля. Не-ет, они предпочтут ловить нас на выходе, в зоне гиперперехода вблизи Цереры. По крайней мере, так сделал бы я. Но на этот случай мы предусмотрели для них пару замечательных сюрпризов, не правда ли, Жаклин?»
«Думаю, да. Надеюсь, они сработают,» — ответил женский голос. — «Кажется, я все рассчитала верно.»
«Я в этом нисколько не сомневаюсь. И тем не менее, лишнего времени у нас нет. Успех операции зависит от точного исполнения графика. Поэтому все, дискуссия окончена. Итак… Жаклин! Ты остаешься на корабле, это приказ. Мне нужно, чтобы ты была на корабле,» — слово «нужно» Каттнер произнес с нажимом, явно намекая на некие крайне важные обстоятельства, понятные только ему одному. — «Мы постараемся поддерживать с тобой связь, насколько это окажется возможным. Гюнтер! Хватит глазеть по сторонам! Забирайся в машину, мы улетаем.»
«Да иду я, иду.»
Одна из черных фигурок исчезла в кабине антиграва.
«Ну, вот и все,» — произнес Джошуа. — «Так мы ничего толком и не узнали. За исключением имен этой троицы: Каттнер, Гюнтер и Жаклин. Хм… Жаклин… мне нравится это имя. И голос… Наверняка ей лет двадцать пять, не больше. И почему-то я даже не сомневаюсь, что она непременно должна быть красавицей. Хм… Жаклин…»
«Вот же старый ловелас,» — хмыкнул Рон. — «По одному лишь имени и звукам голоса уже готов нарисовать полный портрет. Жаклин, Жаклин…» — передразнил он.
Ответить Джошуа не успел.
«Капитан!» — вдруг крикнула Жаклин. — «Вы слышите?»
«Что?» — еще одна черная фигурка остановилась на подножке летающей машины. — «Что я должен слышать?»
«Только что…» — голос Жаклин слегка дрожал. — «Только что кто-то назвал меня по имени. Кто-то, мне незнакомый…»
«Ну вот,» — Гюнтер не считал нужным скрыть прямую насмешку. — «Теперь она разыгрывает из себя сумасшедшую.»