Баллада о Лорелее (СИ)

— Н-х… н-ет… — задыхаясь, произнес Сэм. — Н-х… н-адо идти… Если я сейчас ос… тановлюсь, то уже н-х…икуда отсюда не дв…инусь.
— А ты дойдешь? — с сомнением спросил Майкл.
— Д-да.
— Ладно. Тогда пошли.
И снова началось безумное «плавание» в вязкой среде.
Оставшиеся несколько десятков метров показались воистину бесконечностью, которая просто по определению не может завершиться ни за что и никогда. Поэтому неожиданное появление впереди высокого куполообразного корпуса КРИСа Майкл воспринял как настоящий подарок небес. Подлинное чудо, из разряда тех, которые, по-видимому, иногда все-таки имеют место в нашей жизни.
Сэм, раскинув руки, просто упал на белоснежный металлокерамический бок ставшей едва ли не родной автоматической станции и, похоже, тихо молился.
— Дошли, — отдышавшись, сказал Майкл.
Сэм не отозвался, лишь в наушниках слышалось его хриплое прерывистое дыхание.
Майкл бросил под ноги давно осточертевшую, казавшуюся теперь совершенно неподъемной связку из шлангов и сказал:
— Нужно освободить Федота. Эту работу я беру на себя. А ты все-таки попробуй установить связь с Ником, его консультации нам жизненно необходимы. Потому что самостоятельно мы вряд ли сумеем оживить нашего полузадавленного членистоногого друга. И второе… самое время выяснить, куда же следует подсоединять вот эти долбаные шланги. Пока я не вижу на КРИСе ни одной подходящей дырки.
— Понятно, — отозвался Сэм. — Попробую.
Майкл повернулся и решительно направился к внушающей благоговейный страх куче покореженного металла, которая совсем недавно носила гордое название «Феникс».
— Осторожно там, — добавил Сэм ему в спину. — А то, не дай бог, получишь еще балкой по голове… Тьфу-тьфу…
Майкл в ответ только махнул рукой. Мол, не беспокойся, все под контролем.
После короткой паузы послышался голос Сэма:
— Станция «Афродита», ответьте… станция «Афродита»… На связи Сэм Харди…
В наушниках немедленно засипело, заскворчало и, наконец, донесся далекий, однако, прекрасно различимый голос:
— Слышу тебя, Сэм. Доложи обстановку.
Сэм тут же принялся подробно описывать нелегкий путь через каменную пустыню. В красках.
Майкл особенно не вслушивался в переговоры Сэма со станцией, ему явно было не до того.
Есть связь — и хорошо, просто прекрасно! Пусть Сэм этим и занимается, раз уж напросился в напарники. А у меня ближайшая задача — отыскать этого чертова Федота и вытащить его задницу из дурацкого капкана, так некстати поставившего под угрозу всю спасательную операцию. Только бы его там не раскатало в тонкий блин… иначе все усилия могут оказаться напрасны.
Майкл через узкий лаз протиснулся внутрь разрушенного корабля и остановился, осматривая пол под ногами.
Ну, и где эта насекомообразная тварь? Ни черта не видно… даже нашлемные фонари не спасают. А если его не просто придавило упавшей сверху балкой, а на самом деле завалило самым что ни на есть капитальным образом… тогда я могу искать его здесь хоть до второго пришествия.
— Сэм! — позвал он, дождавшись, когда в переговорах напарника со станцией наступит долгожданная пауза.
— На связи!
— Попроси Ника зажечь прожектор Федота.
— Я тоже слышу тебя, Майкл, — неожиданно вмешался далекий Ник. — Включаю.
Майкл вырубил нашлемные фонари и принялся озираться по сторонам в надежде заметить хотя бы отблеск на рваном металле…
Ничего, как говорится, от слова совсем. Впечатление такое, словно и не включали. А ведь, помнится, прожектор у Федота очень даже неслабый… должен быть заметен издалека. Правда, в этих металлических джунглях всякое может быть… накрыло сверху листом, и никакой прожектор не поможет… А вдруг он вообще разбит? Очень это было бы некстати, очень…
— Вижу! — вдруг крикнул Сэм. — Вижу отблеск!
— Где? — немедленно спросил Майкл.
— Метрах в пятнадцати от того места, где ты вошел. Влево… Там сплошная каша из металла.
— Хорошо, понял. Попытаюсь добраться.
Что ж, влево так влево.
Майкл осторожно, тщательно обходя многочисленные препятствия в виде разорванных трубопроводов и свисающих с потолка спутанных гирлянд из разнокалиберных проводов и толстых змееподобных кабелей, прошел влево по заваленному мусором коридору примерно с десяток метров и, наконец, тоже увидел.
 
— Кажется, я его нашел, — сообщил он. — Сейчас подойду поближе и посмотрю, что тут можно сделать.
Открывшаяся взгляду картина его совсем не обрадовала. Бедный Федот лежал на полу, прочно придавленный большой металлической плитой в мелкую круглую дырочку. Плюс две перекрещенные массивные балки сверху.
Да-а, подумал Майкл, это серьезно. Хорошо хоть плита оказалась в дырочку, а то черта с два мы разглядели бы даже самый мощный прожектор.
— Ник! — позвал он. — Попробуй подвигать Федота, а я посмотрю.
Мгновением спустя придавленный тяжкой ношей аппарат ожил, заскреб лапами по полу, однако, сдвинуть лежащую на нем груду металла так и не смог.
— Стоп! — скомандовал Майкл, и Федот сразу же затих.
Майкл осмотрел завал со всех сторон и, наконец, произнес:
— Ник! Ситуация непростая, но, думаю, справлюсь. Нужно только найти что-нибудь вроде рычага… Ага! Обломок трубы… кажется, то, что надо. Итак!.. Я попытаюсь слегка разгрести эту кучу, а ты по моей команде, запускаешь Федота. Направление движения — вперед, метра три максимум.
— Понял, — ответил Ник. — Командуй.
Майкл с помощью рычага одну за другой сдвинул в сторону обе балки, отдышался, а затем подсунул трубу под придавившую Федота неподъемную ношу и, сказав в микрофон: «Готов? По счету три… Раз, два… три!» — изо всех сил рванул проклятую плиту вверх. Федот со страшной скоростью заскреб по полу всеми лапами, с трудом вырвался из плена и сразу же резко затормозил, едва не врезавшись в сплошное переплетение покореженного металла. Импровизированный рычаг мгновенно вырвался из рук Майкла, так что тот едва успел отскочить, а плита со страшным грохотом обрушилась на пол.
— Майкл! — закричал Сэм.
— Все в порядке, — ответил Майкл. — Я жив. Федот на свободе.
Он с трудом унял бешено колотившееся сердце, сделал глубокий вдох и спросил:
— Ты разобрался со шлангами?
— Да. Даже подсоединил. Тут всего-то… оторвать штатный шланг от системы надува воздушных шаров и подсоединить наш. Марк объяснил, как…
— Прекрасно. Видишь свет от прожектора Федота?
— Да.
— Тогда суй сюда свободный конец шланга, а я попытаюсь его вытянуть.
Сэм тяжело задышал, засопел в наушниках, а потом Майкл вдруг заметил движение внутри перегородивших выход металлических джунглей. Словно извивающаяся в смертельном танце змея.
— Вижу конец шланга, — сказал он. — Пытаюсь до него дотянуться… А, черт! Сэм! Постарайся продвинуть его еще хотя бы на метр…
Змея закрутилась, забила по стенам свободным концом и вдруг рванулась вперед, да так, что Майкл едва успел посторониться.
— Есть! — крикнул он, хватая ее за голову. — Тащу!
Внезапно в наушниках раздался голос, который Майкл меньше всего ожидал услышать.
— Говорит Алекс Маккуин! Ответьте! Что у вас там происходит? А то мы здесь ощутили нечто вроде землетрясения.
— Алекс! — немедленно крикнул Сэм.
— Алекс! — одновременно с ним отозвался Майкл, вытягивая последние метры шланга и укладывая его ровными кольцами у своих ног. — Говорит Майкл Джекман. Все в порядке. Мы уже здесь и только что высвободили из плена нашего Федота.
— Кого?
— Робота, — пояснил Майкл. — Робота по имени Федот.
— Понял. А кто это — мы?
— Мы — это я и Сэмюэль Харди, стажеры со станции «Афродита».
— Стажеры? — сказать, что Алекс удивился, значит не сказать вообще ничего. — Этого нам еще не хватало…
— Не волнуйтесь, — сказал Майкл. — Мы вас точно вытащим, я вам обещаю. Тем более, что Сэм очень за вас переживает и если что — точно мне голову открутит.
— Не сомневайся, — сказал Сэм. — Откручу, безо всяких шуток.