Магия за минимальную плату (ЛП)

— Да, — он опустил левую-правую ладонь на рычаг. — Терпи.
Я терпела. Я сидела без слов десять минут, пока Ник разбирался с собой. Наконец, когда он в миллионный раз попробовал ладони, Ник завел двигатель и отъехал, осторожно направил машину на дороги вокруг закусочной.
Судя по интернету, ближайший вход в Узлы был под Центром второго Возрождения, комплексом из четырнадцати башен, который был отчасти офисным зданием, отчасти выставочным центром, отчасти корпоративным отелем. И это был самый людный туристический район в центре города у реки. Конечно, парковаться было сложно. Мы оказались в гараже магазина в четырех улицах от нужного места, к недовольству Ника, но другого выбора не было. Если мы не хотели часами кружить в поисках парковки на улице, гараж магазина был единственным вариантом в этой части города.
Эти места работали как магазины оружия, но вместо пуль в них были машины. Машину завозили на металлическую платформу, и механизм поднимал ее и помешал в металлическую ячейку, полную других машин на платформах. Когда ты хотел забрать ее, ты вставлял билет в механизм и ждал, пока машину опустят.
Я не винила Ника за недовольство. Такая парковка была грубой, и машину забрать быстро не вышло бы. Если бы его новая ладонь не тянула его, он потребовал бы другое место, но я видела, как синтетические мышцы на его ладони дергались, и это я приняла как хороший знак.
— Мы должны быть близко, — я закрепила ремешок своей сумки с записями доктора Лиля на груди под пончо.
— Я не понимаю, почему это тут, — буркнул Ник, забрав сумку со своими припасами и правой ладонью. — Это место — зоопарк, переоцененный бред для туристов. Я думал, Узлы — сердце СЗД. Зачем она решила открыть это тут?
Вопрос был хорошим. Второе Возрождение — или 2В, судя по сувенирным футболкам в магазинах у тротуаров — было классической туристической ловушкой СЗД. Это место все еще было разделено между Подземельем и Небесными путями, но тут было больше лифтов, лестниц и эскалаторов, чем где-либо в городе. Выставочный центр был даже с большим входом сверху, двором для гостей, чтобы они увидели Подземелье, не покидая технически отель. Небесные пути были полны бутиков и роскошных ресторанов с дорогими блюдами, а в Подземелье здания выглядели как со съемочной площадки.
Тут не было дешевых бетонных кубов. Это была свободная зона, место, где люди могли строить свои здания, а не арендовать то, что СЗД подняла из земли. Эти зоны привлекали много внимания, результатом было безумие, и 2В не отличалась. Мы прошли мимо зданий из соединенных ящиков, здания над улицей, превращающие тротуар в туннель, чтобы места для домов было больше. Были здания, похожие на те, что были из Старого Детройта, и краской был изображен ущерб времени, а были дома из лестниц, ведущих к узким переулкам, где было еще больше магазинов. На одной улице даже не пытались делать здания, там были леса, на которые можно было поставить как можно больше лотков, и проекторы дополненной реальности показывали рекламу реке клиентов, которая не иссякала.
— Это неправильно, — зло сказал Ник, отмахиваясь от танцующих картинок сувениров, которые проецировал прилавок, висящий на стальных канатах над нашими головами. — Это место настолько безумное, что это почти пародия. Это не настоящая СЗД.
— Откуда нам знать, что настоящая СЗД? — спросила я, хватая его за руку, чтобы его не сбила стена туристов из Европы, радостно делающих фотографии слева. — Духов определяют их владения, помнишь? Ты прав, это место — сплошной стереотип, но, думаю, потому Узлы и открываются тут. Просто посмотри на это.
Я махнула рукой на яркую улицу. Мы были почти у основания 2В, и толпа — и реклама — стали гуще. Машины тут не могли проехать. Это был океан людей, окруженный неоновым каньоном казино, магазинами сувениров, торговых автоматов и заведений развлечений, борделей виртуальной реальности. Тут были магазины, где продавали органы людей, товары было видно в окнах, были зоомагазины, где продавали животных, запрещенных в других местах в мире. Тут были бары с боями, с наркотиками, такие, где платил людям, чтобы они притворились твоими друзьями. Все место было хаотичным, пропитанным выпивкой и наркотиками, кошмаром жадности, гедонизма и амбиций. Это было худшее в людях и верх гениальности и изобретательности, торговцы боролись друг с другом, чтобы завлечь больше туристов. Если сказать СЗД тем, кто не жил тут, они представят это место, и от этого мое сердце билось в предвкушении.
 
— Наверное, тут, — я вызвала карту и приблизила ее, насколько могла. — Сибил, покажи места входа.
Красные точки появились перед глазами.
— Тут все, которые замечали последние два месяца, — сказала моя ИИ, открывая карту в 3D, чтобы показать глубину. — Почти все ниже места, где вы. Придется найти способ спуститься.
Это было не сложно. Большая стрелка, указывающая вниз, была рядом, и вывеска обещала больше магазинов внизу. Я не знала, что у этой улице был нижний уровень, но, если магазины были над головой, меня больше ничто не удивляло.
— Идем, — я потянула Ника за бронированную куртку. — Нужно спуститься.
Скрывая настоящую левую ладонь в кармане, где был его пистолет, Ник помог мне пробиться через толпу зевак к лестнице, которая оказалась люком, с которого сорвали крышку и заменили винтовой лестницей с сияющими огнями. Я с трепетом пошла вниз, замерла, чтобы надеть перчатки Уборщика, а потом сжала липкие на вид перила.
Не удивительно, судя по входу, что мы вышли в систему сточных вод. Точнее, раньше тут было такое. Кто-то заложил кирпичом трубу, чтобы вода текла в другую канализацию, и труба в десять футов в диаметре тянулась под улицей и была достаточно сухой, чтобы превратить ее в подземный торговый центр. Сама труба была основой. Отдельные магазины проникли глубже, пробили бетонную стену трубы и землю за ней, чтобы создать просторные пещеры. В основном тут были игорные дома, секс-шопы и бары, но было много и нормальных ресторанов, барбер-шопов, салонов маникюра, прачечных и капсульных отелей.
Последнее меня удивило. После ужасной лестнице я ожидала, что тут заведения будут гадкими. Но, если подумать, выбор был практичным. Когда все было разрешено, было логично поставить поразительное на виду для максимального удара. Остальное — обычные магазины и услуги — были убраны к частям дешевле. Наверное, тут те, кто сверху работал в заведениях среди безумия, обедали и пили после работы. Основной слой коммерческой экосистемы 2В.
И было недостаточно глубоко.
— Еще один путь вниз слева, — шепнула Сибил. — Рядом с кафе с синт-суши.
Я кивнула и махнула Нику идти за мной, повернулась и втиснулась в туннель, где ресторан хранил урны. Как только мы прошли мимо, туннель стал спускаться, уводил от перекрытой сточной трубы в другую систему туннелей. Ее не было на карте Сибил.
— Где мы? — спросил Ник, глядя на изогнутые стены в подтеках.
Я включила фонарики на очках, чтобы видеть.
— Думаю, это один из старых туннелей метро, — я указала на металлические рельсы, оставшиеся в крошащемся полу. — Пара таких тянулись вдоль реки в Старом Детройте, чтобы грузы возили по городу, не превращая его в депо. Я не знаю, это часть туннеля Виндзор или старой центральной линии Мичигана, потому что за последние восемьдесят лет все запуталось, но этому место больше ста пятидесяти лет.
— Откуда ты все это знаешь? — Ник шагал рядом со мной. — Я жил в СЗД с тринадцати, но не слышал о подземных туннелях для поездов.
Я пожала плечами.
— Я читала об этом. Я люблю историю, и история Детройта восхищала даже до появления магии и духов. Этот город полон скрытых мест. Просто будь осторожен в темноте. Тут живет много магических существ.
 
Это не было шуткой. Судя по размеру следов в грязи на полу, тут ходили большие звери. Я плохо разбиралась, чтобы сказать, чьи были следы, но видела все сезоны «Охотников в канализации СЗД», так что знала о больших аллигаторах, миногах и крыс размером с урны, которых не выдумали ради лучших продаж. Охота на то, что жило под СЗД, было серьезным делом. Как еще все те незаконные зоомагазины получали личинок, пожирающих ману, и большие яйца аллигаторов?