Не злите добрую колдунью (СИ)

— Вы, — спокойно поправила я, внимательно рассматривая незнакомку.
— Чего? — не поняла она.
— Говорю, что первая спросила. Ты кто такая, девица из ниоткуда?
— Ага, разбежалась и тут же сказала, — огрызнулась она. — Ходят всякие, суют нос в чужие дела.
— Ты без спроса вломилась на мой участок, — сдержанно пояснила я, дескать, все, что происходит за заросшим густым плющом забором является моими личными делами.
— Ты местная ведьма? — резко поумерив пыл, уточнила она.
— Практически готова ею стать, — согласилась я. — Так что ты здесь забыла, грозная девица?
— Хозяина ищу, а он был да сплыл. Только камушки и остались. — Она пнула острым носом сапога обломок кирпича.
— Хозяин? — нахмурившись, нараспев повторила я и повнимательнее пригляделась к чудному хамоватому созданию. — Ты никак последняя из темных прислужниц Хэдлеев?
— Вот еще, — откровенно оскорбилась девица и гордостью объявила: — Я первая из Эльб.
Мне понадобилось некоторое время, чтобы вспомнить имя и наконец переварить тот факт, что мы с тревогой ждали письма из башни Варлоков, а дождались целого почтового голубя.
— Танита Эльба? Ты темная прислужница?
Лицо ведьмака при виде девушки в пыльнике описать одним словом было бы сложно: на нем отразился целый спектр эмоций, от изумления до глубокой печали. Он оцепенел посреди кухни с недонесенной до рта кружкой, а Нильс просто замер с поварешкой, с которой капала на пол густая каша.
Видимо, школяр, как и я, не сразу сообразил, что перед нами не диковинная нечисть, похожая на обстриженную девицу, а самая настоящая девица.
— Хозяин, — завопила она и, едва не снеся меня по дороге, рванула к ведьмаку.
Танита прилипла к нему, как репей к обивке Йосика, и прижалась щекой к груди. К счастью, уже прикрытой рубашкой. Он разве что кружку с кофе успел поднять над головой.
— Ты живой и здоровый, — довольно ворковала она.
А еще, слава всем вашим демонам, одетый. Не побритый, правда.
— Да что ему сделается? — фыркнула я себе под нос, следя за славным воссоединением ведьмака и темной прислужницы посреди светлого чародейского дома.
— А похудел-то как, — Девушка чуточку отстранилась и посмотрела на него. Физиономия ведьмака осталась безнадежно небритой.
— Ты как сюда добралась? — наконец вернул дар речи Фентон.
Он с трудом отцепил руки восторженного создания и заставил его отодвинуться.
— Портальным амулетом, конечно, — пояснила Танита. — Перенеслась, а дом разрушен, тебя нет. Вокруг живая табуретка скачет. Знаешь, как я испугалась?
По-моему, для темной прислужницы верховного колдуна, умеющего совершать весьма неоднозначные обряды, она была слишком впечатлительной.
— Привезла записи? — резковато спросил Фентон.
— Конечно. Спрятала ближе к телу.
"Светлые боги, только пусть не в исподнем" — мысленно помолилась я.
Выразительным жестом фокусника она раскрыла полы мешковатого кожаного плаща и продемонстрировала нам тайник. На внутренней стороне, как у торговцев запрещенными снадобьями, висели пристегнутые на пуговицы матерчатые сумочки. Из каждой торчали верхушки одинаковых блокнотов небольшого размера в черных кожаных обложках.
— Хорошо я придумала? — просияла она и принялась суетливо вытаскивать сокровища.
На столе выстроилась неровная стопка из пухлых рукописных томиков, а по полу разлетелись отодранные от подкладки плаща пуговицы. Некоторые ускакали прямиком под половицы.
— Твое письмо я сожгла, — отчитывалась прислужница, — а пепел…
Вероятно, намазала на лицо.
— …ссыпала в кулечек и тоже привезла.
Она полезла в карман, вероятно, в большом желании предъявить этот самый бумажный сверточек.
— Зачем, бога ради? — искренне удивился ведьмак.
— На всякий случай, чтобы никому не досталось, — заговорщицки прошептала она.
— Так надо было после прочтения съесть, — с иронией прокомментировала я.
— Хозяин, вообще-то, кто эта дамочка?
— Ты меня назвала "дамочкой"? — несколько опешила я от невероятной, по меркам приличного магического общества, дерзости.
 
Хотя, если подумать, мы не общество, а сообщество. Дикая смесь из чародеев разных мастей и прочей нечисти. Ничего приличного.
Девушка упрямо дернула подбородком и с подозрением сощурилась:
— Если подумать…
— Не надо думать, в этом доме думают взрослые, — честно попытался осечь ведьмак, но девицу понесло.
— Дом Хэдлеев разрушен, ты живешь здесь. Хозяин, ты ее шантажируешь или в заложниках держишь?
У меня вырвался издевательский смешок. По-моему, точнее описания нашей дурацкой ситуации не придумаешь. Светлая чародейка и верховный колдун оказались заложниками. Друг у друга.
Фентон тяжело вздохнул:
— Есть хочешь?
— У нас только каша без молока, — объявил хлебосольный Нильс и покосился в раковину с окунями: — И рыба с чешуей.
За милыми семейными посиделками мы с ним наблюдали из глубины кухни, чтобы не мешать знаменательному воссоединению. Плащ Танита снять не пожелала, точно оказалась в дешевой таверне и боялась, что уродливую вещь кто-нибудь под шумок свистнет. Ела она сразу двумя ложками. В смысле, левой рукой девушка орудовала ничуть не хуже, чем правой.
Я встречала людей, умеющих одинаково хорошо писать обеими руками, но ни разу не видела, чтобы этот необычный навык использовали за столом, словно кто-то грозился отнять у оголодавшего создания тарелку.
— Учитель, — едва слышно забормотал школяр, следя за гостьей, — они ведь совершенно непохожи.
— С чего им быть похожими? — не поняла я. — Нет, конечно, я слышала, что у темных прислужников с годами проявляются способности ведьмаков…
— Она темная прислужница? — Нильс едва не поперхнулся на вздохе. — Я думал, младшая сестра.
— И тебя не насторожило, что она зовет верховного "хозяином"?
— Темные очень странные, — тихонечко высказался он. — Кто знает, как у них в семье принято обращаться к старшим.
— Не знала, что порталы вызывают такой голод, — между тем, жаловалась Танита сидящему напротив хозяину. — Дракона бы съела.
Она с удовольствием запихнула в рот ложку каши.
— Но у нас пока нет дракона, поэтому ты здесь, — заметила я и была одарена двумя недовольными взглядами. Вот ведь темная банда.
— Вообще, я забрала дневники из твоей комнаты и собиралась передать нарочитым, а тебе отправить письмо, — охотно рассказывала девушка с видом ребенка, ожидающего похвалы, — но ты прислал деньги. Я тут же кинулась к портальщику, купила амулет и перенеслась в тебе.
— Когда обратно? — уточнила я.
— Не знаю, — пожала она плечами. — Портал был в одну сторону.
И в кухне повисла тяжелая пауза.
— Танита, ты возвращаешься в башню Варлок, — спокойным голосом объявил ведьмак.
— Когда? — насторожилась она.
— Сегодня.
— Но, хозяин, — воскликнула она, откладывая ложку. — Я же только приехала. Как ты без меня справишься?
— Не переживай, в моем доме уже есть темная прислужница, — вставила я.
— Где? — искренне удивилась девушка.
— В посудном шкафу.
Она с искренним любопытством посмотрела на массивный посудный шкаф с разноцветными витринами, словно пыталась разглядеть вредную тетушку, засевшую внутри.
— Госпожа темная, а она там спит стоя? — видимо, впечатлившись тем, что мне удалось впихнуть целую прислужницу в полку, она вдруг перешла на официоз.
— Светлая, — поправила я.
— А?
— Шкаф одержим нечистью. Она вообще не спит, — перебил нас Фентон, очевидно, не желающий, чтобы Танита узнала подробности нашего, так сказать, жизненного казуса. — Ты доела? Почтовый дилижанс уходит после обеда. Умойся и переоденься, а то смотреть на тебя больно.
— А что тебе не нравится? — нахально вопросила она.
— Ты похожа на дрессировщика драконов, — не заботясь о женской самооценке, рубанул он.
— Вообще-то, это был твой плащ, — обиделась явно задетая Танита и, сунув руки в глубокие карманы, нахохлилась, как воробей. — И других вещей у меня с собой нет.