Телохранители тройного назначения (ЛП)

Я забираю у неё клатч и медленно следую за ней в спальню. Я слышу, как мужчины расхаживают снаружи, тихо разговаривая.
— Как я должна спуститься вниз? Они ни за что не позволят мне уйти. — За считанные минуты я превратилась из клиентки в заключенную.
— На самом деле, — улыбается она, переводя взгляд на пожарную лестницу, — они были достаточно любезны, чтобы отдать тебе комнату с аварийным выходом.
Несколько секунд я рассматриваю дверь. Боль, гнев и разочарование кружатся внутри меня.
— Возьми мои каблуки, — бормочу я, и она взвизгивает от возбуждения, хлопая в ладоши.
Глава 41
Кента
Я спускаюсь на ресепшен, чтобы показать службе безопасности отеля фотографию X, а затем провожу быструю проверку общественных мест. Когда я возвращаюсь в номер, Мэтт сидит за обеденным столом с бутылкой газированной воды и хмуро смотрит на свой телефон.
— Служба безопасности отеля согласилась, чтобы сегодняшний ночной охранник следил за трансляцией с камер видеонаблюдения, — говорю я ему, вешая пиджак. — И они проверяют удостоверения личности у всех, кто входит и выходит из отеля. — Я оглядываю гостиную. — Где Брайар?
— Дуется в своей комнате, — бормочет Мэтт.
Я бросаю взгляд на дверь. Горит свет, и слышится низкое гудение играющего телевизора.
— Не знаю, чего ты ожидал. Если ты не говоришь ей, почему она не может поехать, конечно, она злится. Ты обращаешься с ней как с ребенком.
Его челюсть сжимается.
— Она наняла нас, чтобы мы защищали её. В чем смысл иметь охрану, если всё равно не следуешь советам?
Я фыркаю.
— Ты имеешь в виду свои приказы?
Он поднимает на меня свой ледяной взгляд.
— Разве это имеет значение?
— Это её жизнь. Её карьера. Ты правда думаешь, что она позволит тебе прийти и разрушить всё это без видимой на то причины? — Я качаю головой и направляюсь к её двери. — Когда мы расскажем ей, я уверен, она всё поймет.
Мэтт хватает меня за запястье.
— Нельзя рассказывать ей о черном порохе.
— Что? — Я стряхиваю с себя его хватку. — Она должна знать! На карту поставлена её жизнь!
Он тяжело дышит.
— Мы не можем контролировать её. В последний раз она полностью ослушалась нас. Если мы расскажем ей, она просто разозлится и сделает всё только хуже. — Он потирает лицо. — Бомбы, Кента. Не пушки, а чертовы бомбы.
Я хмурюсь.
— Я думаю, ты недооцениваешь её. В прошлый раз она словесно атаковала только лишь потому, что именно так она научилась справляться с домогательствами в этой индустрии. Теперь, когда мы рассказали ей о различиях в психологии сталкеров, она не совершит одну и ту же ошибку дважды. Во всяком случае, наша вина в том, что мы не проинструктировали её должным образом.
Мэтт хлопает ладонью по столу.
— Откуда ты знаешь, что она не сделает этого снова?
Я пожимаю плечами.
— Просто уверен. Я знаю её.
— И ты готов поставить на кон её жизнь? — спрашивает он с диким взглядом. — Ты готов поставить на кон жизни всех присутствующих на этой премьере? Каждого фаната, каждую знаменитость, каждого работника, фотографа и ребенка?
Я внезапно понимаю, что происходит. Он не видит того, что находится прямо перед ним. Мысленно он снова на Ближнем Востоке. В последний раз, когда он рискнул нашими жизнями, нас пытали месяцами. Теперь неудивительно, что он не хочет ошибиться в вопросе безопасности.
Это неудивительно, но все равно неправильно.
— Я бы с радостью доверил их жизни в её руки, да. Она нежная девушка, Мэтт. Она бы сознательно не сделала ничего, что могло бы подвергнуть опасности кого-то невинного.
— Но…
Я раздраженно вскидываю руки.
— Что мы должны делать до конца поездки, держать её здесь взаперти и не говорить ей почему? Рано или поздно она просто уволит нас и будет делать всё, что, черт возьми, ей заблагорассудится. Нечестно вот так держать её в неведении. — Я качаю головой. — Я скажу ей.
Он встает, готовый остановить меня.
— Не скажешь.
Я стискиваю зубы.
— Ты больше не мой командир. Я. Скажу. Ей. Ей нужно…
 
Меня прерывает громкий сигнал моей рации. Я отстегиваю её и подношу ко рту.
— Алло?
— Включи телевизор, — говорит Глен без всяких предисловий. Он тяжело дышит, как будто бежит. — 17-й канал.
— Что? — Я в замешательстве. — Тебе нужно подкрепление? Почему ты еле дышишь?
— Возвращаюсь из спортзала. 17-й канал.
Мэтт хватает пульт и начинает переключать каналы.
— Зачем мы это делаем? — спрашиваю я. — Что происходит?
— Репортаж о премьере только что начал транслироваться на экранах в спортзале. Она…
— Она там, — говорит Мэтт, его голос полон ужаса. Я поднимаю взгляд на плазменный экран с широким экраном, и мой желудок сжимается. На общем плане тридцать с лишним знаменитостей прогуливаются по красной дорожке, улыбаются и раздают автографы. Сотни фанатов прижимаются к красным бархатным канатам, отделяющим их от звезд. Брайар легко узнать по её ярко-красному платью и алой помаде. Она улыбается девочке-подростку с ребенком на руках, перегнувшейся через веревку, чтобы сделать селфи. Позади неё мужчина в солнцезащитных очках и наушнике проверяет свой телефон и полностью игнорирует толпу. Я смутно припоминаю его, он из популярной в Лос-Анджелесе охранной компании.
Дерьмо.
Дверь в номер открывается, и Глен врывается внутрь со спортивной сумкой через плечо и пятнами пота по всей футболке. Он ничего не говорит, сразу же хватая свой пистолет из чемодана у двери.
— Мы отправляемся туда. Сейчас же.
Я срываюсь с места, чтобы взять свой пистолет, но прежде чем успеваю дойти, звонит мой телефон. На экране высвечивается номер Анфисы. Я принимаю вызов и швыряю телефон на стол, пока пристегиваю кобуру.
— Кента Ли. Ты на громкой связи, Мэтт и Глен здесь.
— Хорошо. Вам нужно это увидеть, — говорит Анфиса отрывистым голосом. — Это отправили ей в личные сообщения несколько минут назад. Наша исследовательская группа только что зафиксировала это.
Мой телефон оповещает от входящем изображении. Это скриншот из одного из аккаунтов Брайар в социальных сетях.
Не могу дождаться нашей сегодняшней встречи, ангел. Я приеду, чтобы забрать тебя и отвезти домой.
Если ты не пойдешь без лишнего шуму, умрут люди. X
Внизу есть фотография низкого качества, на которой изображена куча коротких серебряных трубок, сложенных в пирамиду. Закрыв глаза, я передаю свой телефон остальным, снова доставая пистолет.
— Трубчатые бомбы[66], — тихо говорит Глен.
— Мы потеряли её след, — говорю я Анфисе. — Она сейчас на мероприятии.
Анфиса на мгновение замолкает, затем из телефона льется поток русской ругани. Я улавливаю несколько слов. Придурошный. Британский. Кретин.
— Мы знаем, — огрызается Мэтт, направляясь к двери. Я присоединяюсь к нему, надевая свою обувь. — Что, черт возьми, ты будешь делать?
— Я удвою количество полицейских патрулей и вызову саперов. Мы постараемся эвакуировать этот район как можно скорее, но это будет непросто, учитывая количество приглашенных СМИ. Студия, вероятно, ничего не предпримет. Не говоря уже обо всех знаменитостях, — говорит она измучено.
— Делай то, что считаешь нужным, — говорит Мэтт. — Мы проникнем туда и вытащим её.
Она вздыхает.
— Мне это не нравится. Почти всё расследование мы терпели поражение. Он явно достаточно умен, чтобы избежать обнаружения. Тот факт, что он буквально сообщил вам об угрозе взрыва, означает, что ему теперь насрать на вас.
Я не знаю, что ответить на это.
— Увидимся там, Анфиса, — бормочу я, и она вешает трубку. Я поворачиваюсь к Мэтту, раздражение бурлит во мне. — Отличная работа, — говорю я категорично. — Теперь она именно там, где он хочет её видеть, и она даже не знает, что этот ублюдок угрожал взорвать её.