Телохранители тройного назначения (ЛП)

Голос Мэтта настойчив.
— Брайар. Остановись.
— Нет! — Я поворачиваюсь к нему, мой голос становится выше. — Я не собираюсь молча глотать всё это! Это ненормально! Не имеет значения, насколько ты большой фанат, если ты берешь на себя смелость вломиться в мой дом, можешь сразу же идти нахуй! — Он хватает меня за запястье, и я стряхиваю его руку, поворачиваясь обратно к камере. — Но, эй, может быть, я слишком сурова. Я всё поняла. Должно быть, тяжело жить, когда из-за одного твоего присутствия женщины хотят заштопать свои киски. Уверена, что невероятно одиноко наблюдать, как другие мужчины ходят на свидания, в то время как тебе приходится издалека преследовать своих воображаемых девушек, надеясь, что они не увидят твое лицо и не вызовут полицию. Черт, должно быть, это действительно расстраивает, когда каждая девушка, с которой ты разговариваешь на вечеринке, инстинктивно прикрывает свой стаканчик, потому что ты такой чертовски мерзкий…
— Ладно. Этого достаточно. — Руки обвиваются вокруг моей талии, и я вскрикиваю, когда меня поднимают в воздух и относят подальше от микрофона. Интервьюер разевает рот, и я вижу, как операторы ловят каждое наше движение.
Я извиваюсь, пытаясь вырваться из железной хватки Мэтта.
— Отвали от меня! Я разговаривала!
— Нет, — рычит он мне на ухо. — С тебя хватит. Хватит. — Он перекидывает меня через плечо и несет прочь от линии прессы, к дороге.
Я пинаю его в голень, вонзая шпильку, а он даже не вздрагивает.
— Отвали. От. Меня, — шиплю я.
Он игнорирует меня, грубо проталкиваясь сквозь толпу. Все оборачиваются и смотрят на нас. Я вижу вспышки фотоаппаратов и людей, достающих свои телефоны, чтобы снять то, как меня уносят.
— Ты в порядке? — кричит кто-то нам вслед.
— Этот мужчина пристает к тебе?
— Хочешь, чтобы мы вызвали полицию?
— Только попробуйте, — рявкает Мэтт.
Я снова пинаю его.
— Отпусти меня!
— Ты просто вернешься к камерам?
— Конечно же! Ты прервал меня в середине выступления!
— Тогда нет. Иисусе, как ты могла так сглупить?! — Я чувствую, как он дрожит подо мной.
— Я защищала себя, ты, чертова горилла! Отпусти меня!
Мы подходим к обочине. Кента и Глен оба стоят у машины с мрачным видом. Мэтт ставит меня на землю и рывком открывает заднюю дверь.
— Садись.
— Нет! — кричу я.
Его лицо словно застывшая маска. Он выглядит совершенно безучастным, но я вижу гнев в глубине его глаз. Его хватка на моем локте усиливается.
— Залезай, пока я сам тебя не посадил.
— Я еще не закончила!
Мэтт вздыхает, хватает меня за талию и поднимает, запихивая на заднее сиденье и забираясь следом. Кента и Глен тоже садятся внутрь, захлопывая за собой двери.
— Езжайте по маршруту Е, — говорит Мэтт водителю.
Водитель хмурится.
— Сэр…
— Езжай! — рявкает Мэтт.
— Но автострада…
— Её безопасность была поставлена под угрозу. А теперь отвези нас по длинному пути, пока преследующий её извращенец не увидел всё то идиотское дерьмо, которое она только что извергла в прямом эфире.
Гнев пронзает меня насквозь.
— Это не идиотское дерьмо, — огрызаюсь я. — Это самозащита. Как ты смеешь вот так меня хватать?!
— Контракт, который ты подписала, дает нам право на использование соответствующей силы принуждения для вызволения тебя из опасных ситуаций. Ты представляла опасность для самой себя.
— Я отвечала на вопрос интервьюера!
— Ты проигнорировала меня! — ревет он, его голубые глаза сверкают. — Я сказал тебе перестать разговаривать с этим репортером, а ты отказалась!
— Так вот в чем дело? Ты злишься, что я не выполнила твои приказы?
Он прерывисто вздыхает.
— Когда мы подписывали контракт, ты пообещала, что будешь полагаться на нас в вопросах безопасности. Ты внесла этот чертов пункт, но, конечно, тебе на это насрать, не так ли? Всё, что тебя заботит, это быть в прессе и иметь последнее слово за собой.
Мой рот раскрывается от шока.
— Ты думаешь, я сделала это, потому что хотела привлечь к себе внимание? Я сделала это, потому что мне надоело, что меня домогаются!
 
Он игнорирует меня, поворачиваясь к Кенте.
— Позвони пиарщице. Пусть она закажет машину до отеля и напишет извинение. Искреннее извинение.
— Принял. — Кента достает свой телефон и начинает печатать.
Я недоверчиво смотрю на мужчин. Не могу поверить, что это происходит.
— Что, черт возьми, с вами не так, люди? Я не извинюсь, ведь не сделала ничего плохого. Он вломился в мой дом, преследовал меня по всему миру, взломал мои социальные сети и опубликовал чертову фотографию своих гениталий…
— Не имеет значения, что он сделал! — кричит Мэтт. — Дело не в твоем ебанном эго!
— Нет, — соглашаюсь я, — дело в том, что он совершает насильственные действия против меня. Как ты не понимаешь, что мне нужно постоять за себя? Мэтт… — Я тянусь, чтобы схватить его за руку. Он поворачивается ко мне, его красивое лицо искажает чистая ярость. Через мгновение он внезапно замирает. Каждая мышца в его теле напрягается. Его взгляд расфокусирован, будто Мэтт напряженно думает о чём-то другом. Я чувствую, как он слегка дрожит подо мной. Моё сердце начинает биться где-то в горле, когда машина погружается в тишину.
— Брайар, — тихо говорит Кента. — Отпусти его. Медленно.
Глава 27
Брайар
Я хмурюсь.
— Неужели он…
— Просто отпусти его, — инструктирует Кента, — и медленно откинься назад. Если он случайно поранит тебя, это убьет его.
— Он не поранит меня.
— Это очень маловероятно, да. Но у него сейчас флэшбек, так что нельзя быть ни в чем уверенным.
Флэшбек. Это слово пронзает меня изнутри, и чувство вины просачивается в меня. Я стала его причиной? Я пытаюсь отдернуть руку, но Мэтт ловит мое запястье, крепко сжимая. Он всё ещё не смотрит на меня, пристально уставившись на что-то поверх моей головы.
— Мэтт, — осторожно говорит Кента. — Отпусти её.
Пальцы Мэтта слегка ослабляют хватку на моем запястье. Медленно я поворачиваю свою руку так, чтобы наши пальцы переплелись, а ладони прижались друг к другу. Я не помню, когда в последний раз держалась с кем-то за руки, но проводить своим большим пальцем по тыльной стороне его ладони кажется удивительно естественным. Он закрывает глаза, слегка дрожа. Несмотря на то, что все его мышцы напряжены, я чувствую, как внутри него бурлит энергия. Требуется много его усилий, чтобы оставаться таким неподвижным.
— Всё в порядке, — тихо говорю ему. — Ты в порядке.
Медленно он снова открывает глаза, оглядывая машину. Его широкие плечи опускаются.
Кента наклоняется, достает бутылку воды из мини-холодильника и протягивает ему. Он смотрит на неё так, словно не знает, что с ней делать.
— Она холодная, — говорит Кента.
— Точно, — бормочет Мэтт. — Спасибо. — Он берет бутылку, прижимает её к горлу, затем к щеке. — Отпусти меня, Брайар.
Я так и делаю, вытаскиваю свои скользкие от пота пальцы из его хватки как раз в тот момент, когда мы подъезжаем к отелю. Снаружи ждет группа папарацци.
— Дерьмо, — ругается Кента. — Как, черт возьми, они узнали, где ты остановилась?!
— Думаю, это был только вопрос времени, — мрачно говорит Глен.
Кента поворачивается к Мэтту.
— Может, нам выбрать другой отель?
— Не знаю, — говорит Мэтт, безучастно глядя на мужчин.
— Должен ли я…
Мэтт проводит рукой по волосам, взволнованно дергая их.
— Не знаю! Я, блять, не знаю, что делать!
Кента кивает.
— Мы выходим, — решает он.
Он и Глен окружают меня, пока мы переходим тротуар, шагая сквозь вспышки и неприятные крики.
— СЕГОДНЯ ТЫ ПРЕКРАСНО ВЫГЛЯДИШЬ, БРАЙАР!
— БРАЙАР, ЕСТЬ ЛИ ЕЩЁ СЛОВА ДЛЯ ТВОЕГО ПРЕСЛЕДОВАТЕЛЯ?
— БРАЙАР, ПОЧЕМУ ТЫ ТАК ВНЕЗАПНО ПОКИНУЛА МЕРОПРИЯТИЕ?